Родня дня

Что говорит закон о родстве министров

25 сентября 2007 в 18:03, просмотров: 1269

Несколько дней назад новый премьер Зубков объявил, что его зять, и.о. министра обороны Анатолий Сердюков, подал президенту прошение об отставке. Негоже, мол, близким родственникам находиться в подчинении друг у друга... Президент в этические игры играть не стал и отставку не принял. Объяснить свое решение глава государства не захотел. А в результате перестановок в правительстве появились еще два министра — близких родственника: Татьяна Голикова — жена Виктора Христенко...

“МК” решил разобраться, насколько такая семейственность соответствует законам. И выяснилось, что Голикова и Христенко в закон вполне вписываются, а вот Зубков с Сердюковым — не очень.

Закон “О государственной гражданской службе” категорически запрещает “близким родственникам или свойственникам” замещать должности, “связанные с непосредственным подчинением или подконтрольностью одного из них другому”. Глава МЭРТ Голикова и министр промышленности и энергетики Христенко не подчиняются друг другу и друг друга на службе не контролируют. Значит, претензий к ним быть не может. Но с премьером Зубковым и министром обороны Сердюковым все не так просто...

В законе “О правительстве РФ”, который принимался раньше закона о госслужбе, “запрета для родственников” не прописано. К тому же там есть статья, оговаривающая: президент как Верховный главнокомандующий ВС РФ и глава Совета Безопасности РФ “руководит непосредственно и через министров деятельностью органов власти”, отвечающих за оборону, безопасность, юстицию, иностранные дела и предупреждение и ликвидацию ЧС.

Поскольку Минобороны — в этом списке, вроде бы все чисто: формально входя в состав правительства Зубкова, Сердюков и его ведомство подчиняются только президенту.

Именно этой версии сейчас придерживаются эксперты и политики, которые дружно приветствуют и одобряют решение президента. Но в том же законе о правительстве говорится, что кабинет министров во главе с тестем Сердюкова, Зубковым, “координирует” деятельность вышеперечисленных “президентских” органов исполнительной власти. Координация предполагает подчинение этих органов в решении практических вопросов еще и премьеру. Каких именно? К полномочиям правительства, а не президента, относятся организация обеспечения обороны, оснащение техникой войск, вопросы соцгарантий для военнослужащих, разработка и принятие бюджета (вместе с его оборонными статьями)...

Так что в законах, которые принимались в разное время, есть некоторые нестыковки и неясности. Которые, конечно же, могут быть использованы в сложных ситуациях вроде нынешней.

Президента Путина можно понять: совсем “своих”, которых можно было бы в сложное время поставить на ключевые должности и главные финансовые потоки, не так уж и много. Но красивая сказка про “новые времена” и принципиальных, даже в мелочах, чиновников осталась лишь на бумаге, отправленной в корзину.

ОДНОЯЙЦЕВЫЙ ПРИМЕР

Один из самых ярких примеров семейственности во власти: в июле 2006-го во главе Польши оказались два брата-близнеца. Президентом стал Лех Качиньский, а его брат Ярослав — премьером.

Местная пресса с иронией назвала Польшу первой в мире “однояйцевой республикой”. Интересно, что до выборов братья заявляли, что если Леха выберут президентом, Ярослав не будет претендовать на пост премьера... Действительно, главой правительства поначалу назначили Казимежа Марцинкевича. Однако восемь месяцев спустя братья сочли, что их совместное присутствие на топ-постах — это не “чересчур”.

“Мы решили пойти на риск — потому что когда премьер-министр и президент — братья, это риск, — заявил Ярослав Качиньский. — И все-таки мы пришли к выводу, что предложить кого-то другого вместо меня было бы еще худшим решением”.

Как показали опросы общественного мнения, 60% поляков сочли неблагоприятным для страны “братское правление”. Разошлись мнения и в польском сейме — 205 депутатов были против Ярослава-премьера, но 240 все-таки проголосовали “за”.




Партнеры