Малыш “с моторчиком”

В чем беда неуправляемых детей?

27 сентября 2007 в 15:59, просмотров: 1154

Впервые о детской гиперактивности я услышала года четыре назад. На детской площадке молодые мамы ошарашенно наблюдали за трехлетним мальчуганом, носящимся, словно тайфун “Катрина”.

— Он так крутится все 24 часа в сутки — его ни в один детский сад не берут, — чуть не плакала мать непоседы. — У него синдром  дефицита внимания и гиперактивности.

Диагноз СДВГ становится все более модным в России. Детские неврологи уверяют, что гиперактивен каждый третий ребенок. А значит, у него больше шансов стать преступником, наркоманом, игроманом или вообще отбросом общества. Однако в России СДВГ редко диагностируют правильно. И еще реже — лечат.

На самом деле СДВГ — совсем не новая болезнь. Впервые ее обнаружили… более ста лет назад! На Западе считают, что ее открыл английский педиатр сэр Георг Фредерик Стилл. В 1902 году он описал группу импульсивных, плохо усваивающих информацию детей. И долго пытался доказать коллегам, что невнимательность и отставание в развитии — разные вещи.

В 1968 году Американская ассоциация психиатров предложила первые методы диагностики СДВГ. В России о синдроме заговорили лишь во второй половине 90-х годов прошлого века.

Сейчас различают три его вида — невнимательный, смешанный и гиперактивно-импульсивный (без дефицита внимания). Самый распространенный (более 65%) — смешанный. Наиболее редкий (менее 10%) — гиперактивно-импульсивный, причем 90% таких детей уже через пару лет переходят в смешанный тип.

Остальные дети — невнимательные (мечтательные, рассеянные, застенчивые и медлительные).

Трудный диагноз


Настя А., 5 лет.

Рассказывает мама:

— Настя постоянно носится, уложить ее спать очень сложно. Чтение она выдерживает не более 10 минут, дальше начинает убегать и заниматься чем-то своим. На занятиях она сосредоточиться не может, поэтому в садике с ней воспитателям очень сложно. Постоянно требует к себе внимания, не может играть одна.

Некоторые специалисты уверяют, что в наш век детей “с моторчиком” — 90%. Однако крупные ученые считают, что это — абсолютное заблуждение. В действительности СДВГ страдают лишь 3—7% детей — это около двух миллионов маленьких россиян. Чаще всего это мальчики (их примерно втрое больше, чем девочек).

Некоторые специалисты так усердствуют, что ставят СДВГ детям, у которых его и в помине нет. По данным профессора Николая Заваденко, каждый 3-й диагноз СДВГ в России — следствие некомпетентности специалистов. Немудрено: есть довольно много сходных состояний — эмоциональные расстройства, органические поражения головного мозга, задержки развития и даже обычные возрастные кризисы или особенности характера.

Половина проявлений СДВГ относится к нарушению внимания (ребенку трудно сосредоточиться; он не слышит обращенную к нему речь; не может закончить начатое; не способен самостоятельно организовать выполнение заданий; избегает или открещивается от дел, связанных с большим умственным напряжением; часто теряет вещи; легко отвлекается; забывчив). Другая половина — симптомы гиперактивности и импульсивности (малыш ерзает; слишком много говорит; совершает беспокойные движения руками и ногами; бегает или встает с места, когда нужно сидеть; не может тихо и спокойно играть; отвечает, не выслушав вопрос; пристает к окружающим, вмешивается в беседы; не любит ждать).

Обычно эти симптомы развиваются у ребенка до 7 лет. Но! Поставить диагноз можно не ранее 5—6 лет (хотя у нас нередко “награждают” им и двухлетних детей). Потому что частично проявления СДВГ могут быть присущи любому ребенку, но если это действительно болезнь, они должны иметься в совокупности, быть ярко выражены, проявляться в любых ситуациях (в школе, дома, на улице) и сохраняться на протяжении минимум шести месяцев.

— У меня был случай, когда учительница математики определила у ученика гиперактивность, потому что он был неусидчив на ее уроках. Но это не проблема ребенка, а проблема педагога! — говорит Николай Заваденко.

Откуда что берется

Ученые сумели убедительно доказать: чаще всего СДВГ имеет генетическую природу, в подавляющем большинстве случаев он передается по наследству. Если один из родителей болен, заболевание передастся ребенку с вероятностью от 20 до 50% (чаще — по линии отца).

Среди прочих причин возникновения СДВГ — повреждения головного мозга, курение и употребление алкоголя женщиной на сносях, осложнения беременности, асфиксия плода во время родов… На развитие синдрома может повлиять повышенная тревожность будущей мамы и недоношенность плода.

В небольшом проценте случаев СДВГ бывает приобретенным. Причина может крыться в черепно-мозговых травмах, инфекциях, отравлении свинцом. Теория, что СДВГ может спровоцировать диатез или повышенный уровень сахара в крови у ребенка, доказательств не получила.

У половины детей с этим синдромом возникают серьезные проблемы в зрелом возрасте. Они чаще попадают в криминальные истории, уходят из дома, легче подсаживаются на иглу, крепче дружат с зеленым змием. Они склонны к неоправданному риску, сталкиваются с карьерными трудностями. Зарубежная статистика такова: 32—40% детей с СДВГ бросают школу, 50—70% почти не имеют друзей, 30% попадают в аварии, а 20—30% девочек беременеют в подростковом возрасте! Они в 4—7 раз больше подвержены травмам, нежели их сверстники. Эксперты из Научного центра социальной и судебной психиатрии им. Сербского на основании собственных исследований пришли к выводу: более 90% игроманов, которые попадают к ним на лечение, в детстве страдали СДВГ. Есть даже основания предполагать, что люди с СДВГ меньше живут, поскольку у них чаще встречаются сердечно-сосудистые и онкологические заболевания. Кроме того, у гиперактивных людей повышены риски развития депрессий и склонность к суицидам. С возрастом симптомы могут слабеть, но полностью не исчезают.

Как помочь “моторчику”?

Паша М., 6 лет.

Рассказывает мама:

— Сын ломал уже все, что только можно, — руки, ноги, перенес сотрясение мозга. Он не может сидеть на месте — когда мы садимся обедать, обязательно на пол упадет или чашка, или тарелка. Кричать на него бесполезно — он становится лишь еще более невнимательным. Пробовали отдавать его в кружки, однако он не выдерживает: не может закончить начатое дело, невнимательно слушает педагогов.

Как же бороться с этой бедой? Американцы считают, что в 80% случаев не обойтись без психостимуляторов.

Российские врачи мягко называют назначение таких препаратов детям “американским подходом”. “Даже взрослым не советую пить подобные таблетки”, — сказала “МК” один невропатолог.

“Российский подход” иной. Наши медики считают, что пичкать лекарствами гиперактивных детей нужно лишь тогда, когда другие методы не помогают.

А методов немало. Главное — знать их.

— Часто взрослые не понимают, что происходит с ребенком, — говорит профессор Заваденко. — Они думают, что он хулиганист, ленив, глуп. Им в голову не приходит, что непоседе необходима помощь. Начинать лечение нужно с рекомендаций родителям — как правильно воспитывать таких детей, как с ними общаться. Родители должны понять, что у ребенка есть объективные трудности и нельзя считать его хулиганом, двоечником, бездельником.

Например, существует довольно эффективная психолого-педагогическая коррекция. Она заключается в том, чтобы грамотно организовать учебу таких детей. Для них необходимо делать паузы во время уроков, разбивать большое задание на несколько мелких — то есть проводить любые занятия дробно.

Также для лечения детей с СДВГ в России используют метод биологической обратной связи — в питерском Институте мозга их уже давно и успешно применяют для детей с 8—9 лет. Этот метод основан на тренировке внимания с помощью компьютерной активизации импульсов мозга. Еще есть метод, разработанный в НИИ экспериментальной медицины РАМН: электротоки небольшой силы воздействуют на ткани головного мозга.

Процедура показана детям уже с пяти лет. Плохо одно: в большинстве российских поликлиник и школ с этими методами практически не знакомы.

Помогают бороться с гиперактивностью занятия с психологом и логопедом, лечебная верховая езда, лечебная физкультура и некоторые виды спорта.

— Гиперактивные дети стремятся к единоборствам — карате, боксу, самбо, потому что склонны к конфликтам.

Но именно эти виды спорта им противопоказаны, — говорит доктор медицинских наук, профессор Александр Пальчик. — А рекомендованы те, что связаны не с противостоянием, а с преодолением внешних трудностей: лыжи, плавание, туризм.

…Пока в России к СДВГ серьезно относятся лишь ряд крупных специалистов. Большинство учителей, родителей и даже врачей часто ничего о нем не знают. 90% гиперактивных детей попадают в коррекционные школы.

А ведь многие гиперактивные дети умны и талантливы. И очень обидно, что, получив клеймо “неуправляемый”, “педагогически запущенный”, они не имеют никаких возможностей реализовать себя.

Комментарий специалиста

Татьяна ДМИТРИЕВА, директор ГНЦ социальной  и судебной психиатрии им. Сербского:

— Гиперактивность — не просто детская живость, это бессмысленная двигательная активность, которую ребенок не в состоянии контролировать. Дети с СДВГ не способны тормозить импульсы. Они с трудом концентрируют внимание, отвлекаются, не представляют себе последствий поступков. Родители часто кричат на них, в школе их наказывают, сверстники не хотят с ними общаться — их выкидывают отовсюду. А в основе — всего-то одна проблема, которую нужно решать всем вместе: и учителям, и родителям, и медикам. Необходимо создать в России сеть психолого-медико-социальных центров для родителей. Надо объяснять им, что проблемы могут усугубиться, если на ребенка давить. В школе могут заметить странности в поведении ученика, но диагноз способен поставить лишь врач. Отправлять таких детей в коррекционные классы — не выход. При отсутствии помощи ребенок может впоследствии попасть в приют, спецшколу или воспитательную колонию.

P.S. Недавно в Москве начала работать общественная организация родителей детей с СДВГ “Импульс”. Родители поставили перед собой цель информировать “собратьев по несчастью” и педагогов об СДВГ, а также защищать права своих детей на жизнь и нормальное образование.

Во многих странах мира такие родительские организации — самая влиятельная сила, способная помочь детям с СДВГ. “Самые болезненные проблемы связаны со школой и детским садом, — рассказывают родители из ассоциации. — В саду гиперактивные дети постоянно обращают на себя внимание воспитателей. Те, ничего не зная о проблеме СДВГ, пытаются ее решить криком, шлепками, а то и вовсе запирают детей в темных холодных туалетах. В школе еще сложнее: дефицит внимания тут же дает о себе знать трудностями в обучении. Часто жизнь ребенка и его семьи превращается в ад”.

Родители намерены сами защищать данное их детям Конституцией право на образование. Очень часто школы и детсады требуют забрать проблемного ребенка. Многие дети успевают сменить три-пять школ или переходят на семейное обучение. “К сожалению, дети с СДВГ не имеют никаких прав на особые подходы и какую-то помощь в учебе, что принято во многих странах мира. У нас нет законов, которые обязывали бы учебные заведения помогать детям, которым трудно учиться”, — сетуют родители.

Советы родителям гиперактивных детей:

1. Не спешите ставить диагноз “гиперактивность” самостоятельно — обратитесь к сведущим специалистам.

2. Не заставляйте ребенка заниматься силой — как только он устал, прекращайте занятие.

3. Не внушайте малышу, что он двоечник, хулиган и т.д., — подобные термины больно ранят гиперактивных детей.

4. Отдайте сына или дочь на плавание или в лыжную секцию — эти виды спорта полезны таким детям.

5. Не пренебрегайте занятиями с психологом (а в случае необходимости — и с логопедом).

СДВГ страдают и взрослые (1—2%). Эти люди, как правило, выбирают для себя очень активную деятельность, у них слишком много дел в расписании, они болтливы, постоянно заняты, непоследовательны, часто бросают работу, разводятся, ссорятся с окружающими, превышают скорость. По данным американских ученых, трудоголики с СДВГ тяготеют к нездоровому образу жизни (32—53% из них балуются алкоголем, а 15—21% — оттягиваются марихуаной). А чтобы закончить их описание, стоит сказать, что они часто становятся преступниками или жертвами преступлений. Врачи рекомендуют гиперактивным взрослым: вести ежедневник и записывать туда все дела; больше печатать на компьютере, чем писать от руки; записывать на магнитофон важные лекции и встречи и не отказываться от помощи окружающих (в т.ч. врачей).



Партнеры