Пансион пани Зоси

Актриса Валентина Шарыкина: “Я поняла, что такое мужчина!”

19 ноября 2007 в 15:50, просмотров: 718

Пока Соня живым воротником устраивается на шее, а Поручик Голицын норовит сорвать поцелуй, еще три меховых сожителя ждут своей порции ласки. На кухне пять плошек: четыре собачьих и одна кошачья. И это не предел. Бывало, когда в небольшой двухкомнатной квартире помещалось куда больше живности. Валентина Шарыкина и ее муж Юрий Извеков не могли отказать в приюте бездомным животным, которые были обречены на смерть.

— Началось все с волнистого попугайчика, которого мне подарили. Ярко-синюю девочку мы назвали Чипочкой. Я даже не знала, что птички могут быть такими нежными: она цокала лапками по полу, садилась ко мне на плечо и целовала клювиком. Вскоре она захотела иметь детишек и стала нести пустые яички. И тогда мы решили выдать ее замуж. У нашей соседки был желтенький попугайчик, генерал Кеша, толстенький, в два раза крупней Чипочки.

Он всю свою жизнь изучал себя в зеркальце, которое висело в его клетке. Попугайчики сутки провели вместе у нас на кухне. Чипочка ластилась к Кеше, а он так и не ответил ей взаимностью. Пришлось вернуть несостоявшегося жениха соседке. Дома он кинулся к своему зеркальцу, начал его целовать и приговаривать: “Соскучился!” И тут я поняла, что такое мужчина! — со смехом говорит Валентина Дмитриевна.

Но Чипочка по-прежнему хотела мужа, и тогда Юрий Владимирович отправился на Птичий рынок. Взял первого попавшегося попугайчика, которого никто не хотел покупать. Гриня оказался очень нежным созданием: щекотал хозяина за ушком, пробовал еду из его тарелки и даже пытался накормить большой палец. Но, когда Гриня стал отцом, он всю свою любовь отдал многодетному семейству и даже хозяина не подпускал к гнезду. У парочки рождалось до 7 птенцов, которые летали и пикировали по всей квартире.

— Как-то мы уехали на пару дней на дачу, — вспоминает Юрий Владимирович. — Вернулись: попугайчик лежит без движения. Я подумал, что он умер, и все-таки позвал: “Гринька! Гринька!” А он поднял головку, открыл глаза, посмотрел на меня, пропел в последний раз и умер. Лебединая песнь.

Кого только не пригревали в этой семье! Однажды взяли на постой ежика, как-то поселили крольчиху Марусю, которая несколько лет прожила на кухне, без всякой клетки, и ластилась, как кошка. Был даже вороненок с перебитым крылом, спасенный от стаи ворон.

— Юра привез его на дачу, — рассказывает Валентина Дмитриевна. — Карлуша, так мы назвали птенца, не мог летать, ходил с нами гулять и дергал за хвост собаку Кузю. Кормили вороненка мясом и вареными яйцами. Мясо он растаскивал по разным местам и ел, когда оно начинало гнить. Однажды Юра накопал ему червей. Карлуша, верный своей привычке, стал рассовывать их по всем углам. Потом мы червяков находили на столе, под подушкой — ужас! За это Карлуша был сослан на второй этаж. Как-то привезли его в Москву и поместили на балкон. Мигом слетелось все воронье округи, и начался безумный переполох: кар! кар! В общем, мы были счастливы, когда Карлуша в сентябре встал на крыло и улетел.

Первого песика актрисе подарили в день рождения со словами: “Вырастет серебристый пудель!” Юрий Владимирович в это время оплакивал своего друга Кешу, но увидел щенка и растаял. Раз пудель — значит, Артемон. Но через год малыш превратился в черное недоразумение, с длинными ногами и волнистой спиной, — Тошку.

— Юра каждый год осенью покупал снегирей, зиму мы их держали, а 7 апреля выпускали на волю. 31 декабря в шесть часов вечера открываю дверь и спрашиваю: “А где птичка?” И вдруг из сумки показывается морда умирающего пуделя, со стеклянными глазами… “Ну пусть хоть умрет в человеческих условиях!” — говорит Юра.

Он выкупил несчастную собачку у алкоголика по цене двух бутылок водки. Пока наш избалованный Тошка кочевряжился с едой, умирающее существо вдруг устремляется к его миске и опустошает ее в мгновение ока. Пес был страшно голодным.

В тот момент им казалось, что две собаки — это много. Поэтому попытались пристроить, но только никто не взял. Все говорили: “Да он же старый!” А через две недели “старик” по кличке Чарли загнал под диван Тошку и прожил в семье 17 лет. Ходил за хозяином по пятам и сопровождал его даже в парилку!

В холодный осенний день в доме появился Кузя — белый тибетский терьер. “Куда ты третью собаку?” — возроптала Валентина Дмитриевна. “Ну я привел его только покормить, он сам за мной пошел”, — оправдывался Юрий Владимирович. И она, конечно, не смогла выбросить живое существо на улицу.

— Прошел год. Звонит Юра с дачи: “Валь, тут такой пес замечательный приблудился. На песца похож. Я его пытался вернуть хозяину, но собака так плакала!” Я договариваюсь с одной знакомой актрисой. Она сначала согласилась взять, а потом вернула его обратно: писается!

Дальше была дворняжка, которую назвали Точечкой. Потом метис йоркширского терьера с голой от голода и болезней спиной. Затем кошка Соня, которая лежала без движения, как мертвая.

Похожий на лисенка Тепа — тоже дитя улицы. Валентина Дмитриевна в нем души не чает. Недавно увидела в журнале портрет собаки — Тепа один в один! Вельш корги пемброк — в переводе злобная дворняжка. У Елизаветы II тридцать таких собак. По легенде, эту породу вывели эльфы Уэльса, чтобы кататься верхом, как на лошадке. А недавно, когда Юрий Владимирович прогуливался с Тепой, тормознула иномарка. Выпорхнули две дамы: “Вы из какого клуба?” Не верили, что песик с помойки. 

Шерсть, свалявшаяся в валенок, лапа, висящая на нитке, блохи живым ковром — люди проходят мимо. Юрий Владимирович не может. Покупает килограммы мясных костей для бездомных. Не раз спасал собак из живодерни и устраивал в приюты. Пишет заявления в районную управу и подписывается: лауреат Государственной премии, участник боевых действий в Афганистане. Однажды даже встал на колени перед неумолимой чиновницей. И та сдалась: выписала смертникам вольную.

У Валентины Дмитриевны тоже сжимается сердце, когда она смотрит в несчастные собачьи глаза. Была в Челябинске на гастролях и увидела в парке стаю голодных собак. Пошла на рынок, купила мясо — они глотали не жуя.

— Если бы не муж, ни одной собаки у меня сейчас не было бы, — признается она. — Возраст уже не тот. Трудно гулять. Мы живем на восьмом этаже, и если лифт ломается — катастрофа! Но и без них нельзя. Из человеческих отношений уходят тепло и искренность. Я знаю, что собаки не бросят и не обманут. С ними ты можешь быть самим собой.



    Партнеры