Москвичи проиграли на бирже

Театральное реалити-шоу на фестивале NET

5 декабря 2007 в 19:42, просмотров: 575

Западный театр — он вообще с русской точки зрения странный. Это у нас, понимаете, “не верю”, проживание, конфликт, Островский… А вот из-за кордона к нам приехал совместный голландско-немецкий спектакль “Прыжок дохлой кошки”. Спектаклем его можно назвать только с натяжкой. В течение 80 минут актеры с помощью денег, вырученных за билеты, играют на бирже в режиме онлайн. По-настоящему.

Вы ничего не понимаете в биржевых делах? Вы — дока в игре на бирже? И тем и другим на спектакле было любопытно. Да, кое-кто уходил — что полчаса слушать названия компаний и постоянно меняющиеся суммы в долларах? Многие восприняли происходящее на сцене как телешоу, которое они словно бы смотрят с экрана, и мирно хохотали. Несколько человек переживали так, как будто это они на сцене следят за графиками цен. А корреспондент “МК” даже нашел определенную художественную выразительность, свойственную театральному искусству. На сцене офисные столы, стулья, несколько ноутбуков, проблемный телефон. По-деловому одетые мужчины и женщины — за исключением смешного попсового чувака в малиновой рубахе и разноцветной тинейджерской шапке. На мониторах — цифры, графики, а то вдруг черно-белое женское лицо, а то кадры игры на бирже лет этак семьдесят назад. Деньги за билеты выставляются на игру. Путем сложных финансовых объяснялок все поняли, что нам надо заработать $83,99. “Мы не будем играть за ваши деньги, — говорят актеры, — мы будем играть вашими деньгами”. И если мы — 320 трейдеров-зрителей плюс пять актеров — получим прибыль, то мы заберем ее с собой. В доказательство один из актеров-игроков потряс двумя мешками, набитыми русскими рублями и копейками. И началось. Через ноутбуки, подключенные к Интернету, мы в режиме реального времени следили за ростом цен и их падением, покупали и продавали акции реально существующих компаний (одна из них, кстати, была русской; здорово мы на ней потеряли. А когда актеры открыли сайт этой компании и со страницы руководства на нас глянули типичные русские рожи, всех разобрал смех). “Главное для трейдера — решимость. Трейдер — человек, которому нравится постоянно принимать решения”. А в чем закономерность роста и падения цен? А ни в чем. После взятия Саддама Хусейна акции одной компании выросли. “А после того, как я купил себе пару кроссовок, акции упали”.

— А у меня, — говорит чувак в шапке, — есть своя система, как сделать, чтобы акции выросли. Я зажигаю свечу, беру в руки фигурку и молюсь: “Сеньор Виндоса, сеньор Виндоса, пор фавор, пор фавор!”

В этом представлении даже мораль есть. “Мы водим компании за нос, мы пинаем их под зад. Деньги, деньги…

Сколько денег всего в мире? Рынок любит победителей и не терпит неудачников. Вы готовы мириться с проигрышем?” До конца работы Нью-Йоркской фондовой биржи — пять минут. Четыре. Три. Главное — успеть продать все акции. Вот она, кульминация, вот они, нервы. На экранах с бешеной скоростью вертятся нарисованные улитки. Все! И мы в диком проигрыше. “–$21.18” — написано на табличке. Это самый большой проигрыш за время существования спектакля, признались актеры. Так что ни копеечки мы не заработали.




Партнеры