Очень живой классик

Родион Щедрин — “МК”: “75? Подождите поздравлять, дайте дожить!”

14 декабря 2007 в 14:57, просмотров: 353

Завтра — юбилейный концерт в БЗК, суета, времени — ноль, но Родион Константинович находит-таки полчаса для беседы, и мы уединяемся в уютной студии на телеканале “Культура”. Так кто же Щедрин сегодня?

— Вот говорят про тебя “живой классик”, — улыбается Родион Константинович, — но тут радует больше всего словечко “живой”. А то, знаете, сегодня называется “быть здоровым” — это когда каждый день болит в другом месте. 75 — цифра серьезная, немножко вздрагиваешь, глядя на нее… ведь приближаешься к пониманию Чуда жизни.

Становишься требовательнее к себе — буквально с каждой новой партитурой. Конечно, если начнутся какие-то маразматические процессы в голове, то контроль будет потерян, но пока (три раза стучит по дереву) их нет.

— Какие премьеры в будущем нас могут ожидать?

— Я, как человек суеверный…

— А вы суеверный?

— Очень. Это мой порок: верю в 99 примет из 100. Поэтому наперед говорить боюсь. Даже сейчас, когда меня заранее поздравляют, я умоляю: “Подождите, ведь до 16-го дожить надо! Можно споткнуться в любой момент…” Как Маршак говорил: хочешь мальчика, а родится девочка. Я лишь знаю план своих “отмечаний” на 2008-й — Берлин, Амстердам, Хельсинки, Париж, потом и Китай…

— Год назад вы давали мастер-класс в Московской консерватории, где подчистую раскритиковали “авангардизм” молодых студентов-композиторов…

— Да, я тогда говорил: одумайтесь, после такой музыки жена от вас уйдет и детей уведет… Это же старая истина: быть новым просто, быть вечным трудно. Сколько лет сбивали людей этими новомодными течениями, внушали, что “ты станешь никому не нужен, если не впишешься в новую религию — авангард, минимализм”. Авангард был назойлив, агрессивен. Но что в итоге? Авангардисты остались без слушателя, их музыка ушла из концертной жизни!

— Так что вы посоветуете молодым композиторам?

— Слушать самих себя. А не критиков и музыковедов, которые будут упрекать в оторванности от современного искусства. Не надо бояться “оторванности”! Пусть твоя тропиночка узкая, но она — своя! А дружно шагать отрядом в одном направлении — никуда не придешь… Вот месяц назад я был председателем конкурса молодых композиторов в Афинах. Едем с Майей Михайловной, я ее успокаиваю: “Тебе придется потерпеть, там будет авангард, но надо быть вежливыми…” — Майя Михайловна не любит авангард. Но вот началась репетиция, и — это поразительно — зазвучала настоящая талантливая музыка! А не абстракция, когда результат ошеломляет самого автора…

— Как сказал Владимир Спиваков, это большое заблуждение, будто классика не востребована. Просто определенным кругам выгодно так это подать, чтобы протащить во все эфиры попсу…

— Вот мне приходится часто ездить в Европе на такси. А в машине всегда работает радио. Еще 3—4 года назад сядешь: в уши бьет тяжелый рок, слышишь только “бум-бум-бум”, просишь — ради бога, выключите! А последние годы сажусь — “Послеполуденный отдых фавна” Дебюсси... представляете? В такси! Люди уже наелись этой попсой.

— Ваш юбилей выпал на удивительную политическую ситуацию в России… Вам это интересно?

— В день выборов мы с Майей Михайловной были в Мюнхене (там квартиру снимаем). Но специально поехали в консульство и проголосовали за Путина. Потому что ни в чем наша страна так сейчас не нуждается, как в стабильности.

Нас так швыряло за эти 75 лет — об одну скалу, о другую… вдребезги! А еще Путину удалось вернуть уважение к России в мире. 7—8 лет назад прилетаешь в Германию из Москвы — тебя из самолета не выпускают, двое полицейских проверяют паспорта прямо на трапе. Меня это так ранило, такое унижение! А Путин вернул достоинство… чтоб не вытирали о Россию ноги, не заталкивали ногами в собачью конуру!..

— Вот вы уже 25 лет бываете на отдыхе в Литве. Там-то отношение к русским нормальное?

— Сейчас — вообще без проблем. Но даже когда был самый накал “Саюдиса” (литовское движение за независимость 1988—1990 гг.), у меня сломался старенький “Мерседес”. Нужно было глушитель припаять. А тогда ведь автосервисов днем с огнем не сыскать было. И вот мне советуют: есть хороший мастер, проехать так-то и так-то. Приезжаю, выходят все эти литовцы, начинают разговор. Я им: “Извините, по-литовски не говорю”. Они: “А по-польски?” Я: “И по-польски не говорю”. Что делать, заговорили по-русски. В итоге — меня не прибили, не побили, а машину профессионально сделали…

— Вы там и на Новый год останетесь?

— Обязательно. Обычно наряжаем елку, зажигаем огни, потом идем на замерзшее озеро стрелять из петард… Литва для меня прекрасна тем, что время там идет гораздо медленнее, чем где бы то ни было. И этому есть чисто физические объяснения. Ведь Литва — географический центр Европы. И я там все успеваю: спокойно утром пью кофе, погуляю, если лето — искупаюсь, если зима — выйду на лед, прорублю лунки, порыбачу, потом поработаю, посмотрю телевизор, поваляюсь с собаками… гляну — а еще только четыре часа дня! В Москве же утром встал — а-а! — пора спать ложиться.

— Вот вы любите порыбачить… А охота?

— В студенческие годы баловался, а сейчас… как-то жалко. У животных я вижу живые, почти человечьи глаза. А рыб жалко меньше, у рыб — рыбий взгляд, не зря же так говорят. Из животных держим собак: в деревне живем, надо быть ко всему готовым… Была вот одна собака (хотя это он, мужчина) — помесь овчарки и волка, 100 килограммов, но она, увы, ушла из жизни. Ее так любила Майя Михайловна… А сейчас остался ротвейлер. Тоже серьезный пес. Недавно задрал дикую косулю: догнал ее, задушил и выжрал бок…

На концерте 16 декабря в исполнении РНО (дирижер Михаил Плетнев) прозвучат симфонические этюды “Диалоги с Шостаковичем”, романтическая “Анна Каренина” и другие произведения Родиона Константиновича…



    Партнеры