Мама, не горюй

Юлия Чепалова: “Лыжи или биатлон? Да кто ж его знает!”

19 декабря 2007 в 19:15, просмотров: 347

На стартующей сегодня в Подмосковье “Красногорской лыжне” планирует впервые после рождения второго ребенка выступить 3-кратная олимпийская чемпионка Юлия Чепалова. Как знаменитая лыжница видит свою дальнейшую карьеру? Будет ли только бегать или бегать и стрелять? Накануне Чепалова дала эксклюзивное интервью “МК”…

— Ну вот, Юля, опять все сначала. Начавшийся сезон называют и проходным, потому что нет чемпионата мира (а до Игр еще далеко), и экспериментальным — можно искать новые пути к успеху. Трудно заставить себя работать, когда нет венчающей сезон точки?

— Для меня это как раз нормально — не надо ничего форсировать. Никаких основных стартов нет, я могу потихоньку втягиваться, без резких движений, без паники.

— А может, стоило этот год пропустить — вы же только в феврале родили дочку, — насладиться детьми и втягиваться уж совсем потихоньку?

— Нет, это было бы уже гулянье. На самом деле вариант-то уже опробованный — так было и с первой дочкой, — такое же время, отсутствие венчающей точки, как вы говорите.

* * *


— Как дается возвращение? Есть опыт, на который вы уповали еще во время беременности, но есть и накопленная за столь длинную и успешную карьеру усталость…

— Знаете, я действительно как-то без страха думала о возвращении. И сейчас могу сказать: нормально все проходит, легче даже, чем в первый раз. И опыт, и даже возраст — мне кажется, только на меня играют. Может, потому что не мечусь? Силы зря не трачу? Хотя я с Василиной даже больше находилась, чем когда-то с Олесей. И одна с ней оставалась, и вообще больше времени уделяла, чем старшей.

— А вы с рождением Василины перестали совсем тренироваться или все же заставляли себя?

— Нет, я вся была нацелена только на детскую волну, дорвалась-таки до дочек...

— Первая тренировка далась психологически очень трудно?

— Психологически, кстати, нет. Как обычное дело.

— Что, неужели даже ни разу не отложили: ну, завтра пойду…

— Представьте себе, нет. Вообще об этом как-то не думала, хотя начала тренироваться в июне — значит, Василине было всего четыре месяца.

— Девчонки разные по характеру?

— Очень разные. Но это так здорово. По возможности я стараюсь возить их с собой. Потому что всегда говорила и говорю, что сделаю все для того, чтобы мы всегда были рядом и вместе. И в этом вопросе никакие деньги не важны.

— А муж Василий Рочев не пытался вам сказать: “Знаешь, Юля, мать двоих детей, пора и в доме посидеть”? Или как лыжник и чемпион он просто по определению так сказать не может?

— Он не может так сказать, потому что умный. И понимает, что раз я не ухожу из спорта — значит, пока еще не могу. И ждет, как и я, результатов, и помогает мне во всем, кстати. Он молодец. Поддерживает очень сильно. Ведь проблем, конечно, в психологическом плане много, как бы я ни говорила, что возвращение дается легче, чем, например, в первый раз.

* * *

— Я вспомнила, как вы в Турине говорили, что не уйдете из спорта, потому что дали обещание одному человеку добегать до Ванкувера. Этим человеком был Рочев?

— Нет. Ну надо же, как журналисты все помнят…

— Приходится — ведь именно в Турине вы впервые заговорили о биатлоне, потом сказали, что пошутили. Нынче уже стартуете. Нам как к этому относиться? Шутка, авантюра?

— Ну почему? Нет, я серьезно пытаюсь заниматься, учусь. Это же занятие не одного года, правильно? У меня есть уже свое оружие, которое мне дали два месяца назад. И это здорово — потому что летом я тренировалась так: у кого чего возьму. Очень мало у меня было на самом деле тренировок и стрельбы очень мало, так что о серьезных стартах говорить не приходится, да и зачем? Хотя все вокруг кричат, что только выйду и буду всех побеждать! Нет, зря так, конечно, говорят. Мастерство биатлониста годами должно нарабатываться.

— Вполне объяснимо кричат: потому что понимают, что такая прожженная чемпионка просто так ничего делать не станет…

— Ну что вам сказать на это? Пока учусь, мне нравится. Это интересно. Что-то поменялось в моей спортивной жизни. Конечно, очень много за спиной — и гонок, и побед, вообще этой жизни спортивной. И вроде удивить трудно, и новые ощущения найти — тоже. Но мне очень интересно сейчас. Получится, не получится — это уже другой вопрос.

— То есть из всех предполагаемых версий (вы ушли, потому что побаиваетесь скоростной конкуренции с молодыми; хотите отвлечь внимание от своего возвращения на лыжню, чтобы не заострять внимание на результатах; биатлон — это протест против того, что Анатолия Чепалова временно отлучили от сборной и так далее) справедлива только одна? Вам просто хочется новых ощущений?

— Да, это желание изменить свою жизнь, именно спортивную. Немножко повернуть ее в другое русло. Еще это новый стимул для тренировок. Мне интересней стало. Речь ведь идет не только о том, как ты бежишь — с винтовкой или без нее. Другой род упражнений совсем, да все другое. Появился азарт, честно — глаза заблестели. Не то что изо дня в день одно и то же, как я говорю: “классика” — “конек”, “конек” — “классика”…

* * *

— Мне недавно Анфиса Резцова рассказывала, как стирала в кровь локти при биатлонных тренировках, уйдя из лыж…

— Да, я читала интервью с ней в “МК”. Тяжело в биатлоне, очень тяжело, но интересно.

— И вы готовы пойти на то, чтобы раздирать руки ради удачной стрельбы?

— Знаете… У меня и сейчас коленки все синие. Хотя в тренировках был перерыв в целый месяц. Потому что я не смогла винтовку вывезти — у меня не было кейса для перелета, школа не в состоянии была закупить. Теперь у меня их два — сама купила. Колени синие, и локти болят — и это я еще мало совсем лежу на стрельбе, от силы у меня получается две тренировки в неделю. А тренаж я практически и не стояла еще…

— И вот от этого у вас глаза горят?

— Да. Не надо искать никаких объяснений. Я всегда вообще любила, например, стрелять, но как-то и повода не было, и времени. Да, видимо, не созрела тогда для перемен, а сейчас — интересно.

— Никто не допускает мысли, что Ванкувер пройдет без вас, — так тремя Олимпийскими играми вы уж нас приучили. Так вы в каком качестве себя видите: бегущей или бегущей и стреляющей?

— Скорее предпочитаю не загадывать: как пойдет — так пойдет. Там посмотрим. Но пойду, конечно, за максимальным результатом.

— А Резцова еще говорит, что очень важно иметь грамотного тренера по стрельбе. Есть такой?

— Да есть, Хлусович Александр Дмитриевич, у него спортсменка — Левченкова Наталья, мы с ней в паре и занимаемся. Это молдавские спортсмены, они у папы в группе тренируются.

— Ситуация с Анатолием Михайловичем Чепаловым сложная — он отстранен от работы со сборной, а вы — член сборной...

— Вы знаете, говоря языком подростков, я не запариваюсь на эту тему. Стараюсь ни на что не реагировать, как будто это вообще происходит не со мной.

— Но как это выглядит чисто технически? Вы же не тренируетесь со сборной? Главный тренер Юрий Бородавко говорит, что в этом году вам предоставили полную свободу в тренировочных планах и выборе стартов.

— Я без папы не могу тренироваться: у него своя команда, а я — рядом с ними. Я ему доверяю, знаю, что результат будет. Он как-то умеет так сказать, что я понимаю: это правильно. В общем, я не могу без него — значит, должна быть с ним.

* * *

— Как вам видится ближайший год?

— На сегодняшний день я всем довольна. Единственное — есть некоторые медицинские проблемы, буду пытаться их ликвидировать. У нас же, как всегда, времени мало, к врачу толком сходить некогда. Вот попробую выступить на “Красногорской лыжне”: настроена на “конек”, “классику” мне пока тяжело еще бегать…

— Если оценивать ваше функциональное состояние, как считаете, на сколько процентов восстановились?

— Я в своем весе, что уже хорошо. Сейчас была в Европе два месяца и с нашими девчонками на лыжне не сталкивалась. На биатлонном старте сорок секунд Шевченко проиграла — это многовато для лидера, да? А с другой стороны, для моего состояния вроде и ничего. Тем более что неделя на неделю, как я говорю, не приходится. Но сейчас посмотрим — первый раз ведь собираюсь выступать с нашими. Самой интересно очень.

— Может, и про биатлон забудете?

— Да кто ж его знает…



Партнеры