Пара нормальное явление

Алексей Ягудин и Саша Савельева признались “МК”, что в их отношениях пока нет брака

1 февраля 2008 в 17:51, просмотров: 796

Она готовит, он моет посуду. Она поет, и он тоже снялся в клипе. Он катается на коньках, и она тоже вышла на лед. Он посмотрел на нее и сразу влюбился, а она, оказывается, была влюблена в него уже давно. Он подписывает ей свои SMSки “Чехов” и обещает, что “никогда не предаст”. Однако замуж звать не торопится. Она в ответ утверждает, что “не сторонница лишних штампов в паспорте”. Короче, он и она, он — Алексей Ягудин, она — Саша Савельева, в двойном эксклюзивном интервью “МК”.

Новыми романтическими отношениями в отечественном шоу-бизнесе вряд ли кого удивишь. Обычно это либо пиар, либо легкая интрижка, цена которой — неделя нежной дружбы и пара публикаций в прессе.
Но в случае с парой Ягудин—Савельева такого не скажешь.  

Как они познакомились, что в их жизни, теперь уже совместной, происходит нового, как строятся личные отношения спортсмена и певицы, обозревателям “МК” рассказали сами герои их романа. Рассказывали по отдельности, разным нашим журналистам, дабы не могли влиять на показания друг друга.

Саша САВЕЛЬЕВА: “На моем месте должна была быть Таня Овсиенко!”


Саша Савельева была счастлива и откровенна. Она поведала репортеру “МК” о том, как красиво ухаживал за ней знаменитый фигурист, но сразу поставила все точки над “i” — домохозяйкой она не будет, творческих планов в жизни — громадье.
Меня специально выводили на скандал

— Сейчас в вашей жизни произошли большие перемены, но давайте вспомним, с чего все начиналось. Кто-то из приемной комиссии “Фабрики звезд” недавно вспоминал, что впервые увидел вас невзрачной девочкой, странно одетой, поющей русские народные песни, но разглядел большой потенциал...

— Интересно! Что значит невзрачной? На тот момент, когда проходил кастинг “Фабрики звезд”, я была финалисткой конкурса “Лицо года-2002” одного известного журнала. И получила все призы от прессы. Со мной была передача на MTV, на радио. Я пела в группе “Они” и легендарной группе “Аракс”, выступала на всех крупных площадках Москвы.

Так что, наверное, кто-то из комиссии меня с кем-то перепутал. А потом на мне был отличный голубой пиджак, который приносил мне всегда удачу. И был он, кстати, очень дорогой. Ха-ха-ха! А по поводу потенциала? Конечно, я не могла представить, что со мной будет. Я шла на этот кастинг просто так. Было просто интересно, возьмут меня в проект или нет. Помню, я опаздывала, у меня был экзамен по музыкальной литературе в училище. Прибежала за три минуты до окончания кастинга. Комиссия уже в дверях. Наверное, что-то такое комиссия все же увидела во мне. Ведь они решили все же остаться и прослушать меня. Тогда сказали: “Спасибо большое! Вы нам понравились. Мы вам позвоним”. Я этим дежурным словам не придала значения. Но позвонили в этот же день. И все началось.

— На пути к популярности было много разочарований?

— Я стала заниматься тем, чем хотела заниматься с детства. Поэтому я была готова ко всему. И тот негатив, который присутствовал, я восприняла спокойно. Было тяжеловато, когда пытались вытянуть на какой-то скандал. Но это нормально. Это шоу. Мне тогда было семнадцать лет. Даже психолог говорил моей маме: “Что же это у вас дочка такая спокойная? Никак не можем ее растормошить. Вывести на скандал”. А я просто человек спокойный, нервы в порядке.

— Группа “Фабрика” всегда позиционировалась как единое целое, но в последнее время девушки стали появляться поодиночке. Это ваше пожелание или продюсера?

— Так происходит в любом коллективе. Но это не значит, что мы отдаляемся друг от друга. Просто иногда мы расходимся по интересам. Все равно я остаюсь Сашей Савельевой — солисткой группы “Фабрика”. Мы вместе.

— А девичьи обиды в группе присутствуют?

— Нам в самом начале Матвиенко сказал, что мы три солистки, у нас нет лидера, что мы все три — личности. И вот так вот мы будем жить. Да, нас берут в разные проекты, но трений внутри коллектива не возникает. Мы вменяемые люди. Для каждой есть свое место в жизни, каждая идет по своему пути.

Друзья считали мои синяки


— Вы не побоялись участвовать в ледовом шоу, а ведь это могло закончиться травмой.

— Все так быстро произошло, что я не успела ничего понять. Так получилось, что Таня Овсиенко не смогла принимать участие в шоу, и меня поставили на коньки за два дня до начала. Не забуду, как Саша Жулин произнес: “Ладно. До послезавтра успеем”. Я переспросила, почему до послезавтра. А он мне так спокойно ответил: “Да потому что послезавтра первое шоу”. Вот тогда я подумала: “Господи! Куда же я влезла?” Но назад дороги уже не было.

— Тренировки не мешали основной работе?

— Тренировки и концерты пересекались. Я безумно уставала. Тренировалась по пять часов в день. Но время на все нашлось. Только вот не высыпалась. Отдыхала часов по пять. Но это не мешало. Спорт, здоровый образ жизни — все это держало меня в тонусе.

— На мир как-то по-новому взглянули после шоу?

— Абсолютно. Появилось в жизни какое-то новое веяние. А когда что-то новое в жизнь приходит, это всегда приятно. И это несмотря на то, что ходила я вся в синяках. Когда с подружками была в бане, они ужаснулись: “Боже мой! Тебя там бьют?” А я им со смехом перечисляла, сколько раз упала, сколько раз партнер сильно схватил при поддержке. На ноге от этих поддержек у меня было ровно пять “хороших” синяков от пальцев. Но это было не важно, я получала удовольствие. Жаль, что рано покинула проект. Именно когда я поняла, как надо кататься. Но свои 6,0 я получила.

— После “Ледникового периода” в вашей личной жизни произошли серьезные перемены...

— Перемены начались, как только я стала принимать участие в проекте. Я познакомилась с большим количеством спортсменов-чемпионов, с актерами, телеведущими. А ведь могла с ними и не познакомиться. Еще я узнала, что спорт — это такой же шоу-бизнес.

Мне всегда нравился Ягудин

— Признайтесь, раньше вы фигуриста Алексея Ягудина замечали?

— Когда я пришла на шоу, я не думала, что что-то особенное может произойти. У меня было состояние шока, которое не покидало меня на протяжении всего первого месяца. Нужно было подсобраться. Ни о чем, кроме льда, я и не думала. А Лешу я помню еще по Олимпиаде. Мы всей семьей болели тогда за него. Такой у него всегда был профессионализм. Такие эмоции. Но я никогда не думала, что судьба сведет меня с ним.

— А почему так долго держали ваши отношения в секрете?

— Почему долго? Все происходило так, как происходило. Мы же не сразу начали общаться, встречаться. Все шло постепенно. Леша очень много усилий приложил для того, чтобы растопить мое сердце.

— И как произошло знакомство?

— Познакомились там же, на шоу.

— Ягудин романтично подъехал к вам на коньках?

— Нет, мы сначала просто перекидывались фразами, потом, когда меня номинировали на вылет, он нашел телефон моей мамы, договорился с ней и сделал мне сюрприз. Когда я приехала домой, смотрю, у меня на кровати лежит огромная игрушка с шариками. А на открытке он написал что-то типа: “Я хочу, чтобы твое хорошее настроение ничего не омрачало. Хочу, чтобы ты всегда улыбалась”. Я была удивлена. Как это все появилось в моей квартире? Позвонила маме, она сказала, что ничего не знает. Но ключи от моей квартиры были только у нее. В итоге мама сдалась. Призналась, что это принес Леша.

— Он красиво ухаживал?

— Было очень много разных красивых поступков с его стороны. Впервые он подарил мне цветы через мою знакомую. Но приятельница не сказала, от кого, дескать, я сама пойму, когда прочитаю записку. А в записочке были слова: “Спасибо за то, что ты есть”. И подпись: “Чехов”. Тут я поняла, что это от Леши. Мы накануне общались с ним через SMS, он писал, что читает Чехова, а я отвечала, что недавно его перечитывала. И было много таких вещей с его стороны, которые меня тронули. Не каждый мужчина у нас сейчас способен на такие романтические поступки. Леша мне как-то написал, что никогда меня не предаст. Я прониклась. После этого я стала иначе к нему относиться. Именно эта его фраза меня к нему приблизила. Очень важно взаимное доверие и взаимопонимание.

— Алексей с вашей мамой познакомился сам, а своим родителям он вас представил?

— Мы случайно оказались с ним в Питере в одно и то же время. Я по своим делам, он по своим. Когда он узнал, что я тоже в городе, то предложил съездить к своим родителям. Родители у него очень хорошие. Мама потрясающая. Я восхищаюсь женщиной, которая вырастила чемпиона. И чемпиона не только по статусу и званиям, но и по жизни. Это дорогого стоит. И бабушка у него очень хорошая.

— Если не секрет, вы его маму называете мамой?

— Нет. Я считаю, что даже когда люди переходят на близкие отношения, у меня есть свои родители, у него свои. Почему он мою маму должен называть мамой? Это немножко неправильно из этических соображений. Я не смогу назвать родителей своего близкого человека мамой, папой. Ты высказываешь им свое уважение, называя по имени и отчеству.

Домохозяйкой я не буду

— А Алексей следит за вашим творчеством?

— Более того. Он не понаслышке знает шоу-бизнес. Недавно записал песню с Викой Дайнеко. Мне кажется, дуэт удался.

— А в машине он слушает “Фабрику”?

— Я ему показывала песни, которые записала сама еще до “Фабрики”. Одна ему очень понравилась. Он признался, что теперь это его самая любимая. Он ее постоянно слушает. Мне это приятно. А вот почему она ему понравилась, не говорит. (Смеется.)

— Алексей не просил вас оставить ради семьи музыку, заняться домом?

— Что вы! У людей, которые любят друг друга, таких разговоров просто быть не должно. Представляете, я ему сейчас скажу: “Леш, брось свое фигурное катание, занимайся бизнесом!” Это будет неправильно и неуважительно. Так что в этом плане у нас все в порядке. Даже мыслей таких не возникало.

— Если честно, бытовые проблемы вас уже коснулись?

— Все хорошо. Единственное, в чем я призналась ему, так это в том, что я не люблю мыть посуду. Я могу приготовить, слепить что-то, испечь, но только не мыть посуду. Теперь посуду моет он. (Смеется.) Ну и к тому же нам по дому помогает специально обученный человек (смеется). Я, в силу своей занятости, не всегда могу помыть полы, погладить белье. Просто нет времени.

— Наверное, свадьба уже не за горами?

— Я не хочу ничего загадывать. Могу сказать одно: я не сторонник лишних штампов в паспорте. Если Леша сможет до конца убедить, что он мой человек, что мы будем жить долго и счастливо вместе, я подумаю о замужестве.

Виталий Бродзкий.

 
Алексей ЯГУДИН: “ЖЕНИТЬСЯ Я ПОКА НЕ ГОТОВ!”

Алексей в интервью репортеру “МК” был более сдержан.

Он заверил, что предложения Саше еще не делал, но тем не менее признается, что делит с Александрой крышу над головой.

А также рассказал о своих творческих и спортивных планах, о новой книге, о съемках в фильме и о многом другом.

“Идею выпустить книгу подкинули мне японцы!”

— Алексей, презентация вашей книги “НаPRолом” прошла уже во многих городах. Расскажите, как вообще возникла идея рассекретить подробности своей личной и творческой жизни?

— Книга была написана еще в 2003—2004 годах и впервые издана в Японии на японском языке. Просто именно японцев первых посетила мысль издать историю моей жизни. Весь текст я надиктовывал канадской писательнице на английском языке. Причем все это делалось по телефону. Полтора года я проделывал это ежедневно по 3 часа в день.

Затем это все редактировалось, корректировалось и переводилось на русский язык, чтобы моя мама могла прочитать и скорректировать даты. Книга тогда называлась “Преодоление”, и она до сих пор успешно продается в Японии.
Кстати, там есть главы, которых нет в русском варианте. Например, про мою жизнь в коммунальной квартире.

Японцев этим можно удивить, а наших — нет. Спустя несколько лет мне поступило предложение от издательства. Я дописал книгу, так как в японском варианте действие заканчивалось 2004 годом, и изменил название. Нам показалось, что “НаPRолом” — отличный вариант, так как многим спортсменам, чтобы достичь чего-то в этой жизни, часто приходится идти напролом сквозь все преграды.

— А до этой книги у вас была так называемая проба пера?

— Писал сочинения в школе и записки одноклассницам.

“Снимаясь в кино, я иногда забывал, кого играю”

— Вы не только книгу выпустили, но и заделались киноактером…

— Я действительно решил не зацикливаться на фигурном катании, где мной уже достигнуты все вершины, и учиться чему-то новому. Я уже записал песню с Викторией Дайнеко, снялся с ней в клипе. Сейчас снимаюсь в сериале. Мы планировали его запустить в январе, но пока сроки отодвинуты до февраля. Рабочее название киноэпопеи “Жаркий лед”. Это сериал о жизни нескольких фигуристов. Помимо меня в картине задействованы Леша Тихонов и Рома Костомаров.

— О своей роли можете рассказать?

— Я играю провинциального спортсмена, который приехал со своей гражданской женой покорять Москву. Я устраиваюсь работать сторожем на каток, так как надо на что-то жить, а по ночам катаюсь. И тут меня замечает молодая тренерша, которую играет Катя Гусева. Чем все закончится, я еще не знаю, целиком сценария не читал. Снимают все вразнобой. То 15-ю серию, то за ней 8-ю. Вот на днях отсняли несколько серий, как она меня тренирует… Много серий снималось у меня дома.

— И как вам в новом амплуа?

— Тяжеловато, дело-то новое, приходится много текста учить. Поначалу было совсем непривычно, но постепенно привык. Текст учу, пока мне накладывают грим. Хотя бывали случаи, когда я забывал слова. Вылетели из головы, и все. А я стою как дурак! Но для этого и существуют дубли.

— А кто играет вашу гражданскую жену?

— Ой, если честно, даже не помню. Ну что вы смеетесь? Я вот три недели был в Японии и за это время успел забыть, кого я сам играю. Мне дали на площадке очередной текст, а я спрашиваю: “А кто тут я?”

— В дальнейшем вы планируете продолжать карьеру актера?

— Мне уже поступило предложение весной сняться в полнометражном фильме, но пока я согласия не дал, так что секретов раскрывать не буду.

Савельева преподаст Ягудину уроки вокала

— То, что вы забыли имя вашей киношной подружки, еще можно понять. Надеемся, что имя настоящей невесты вы еще помните? Признайтесь, когда состоится свадьба с Сашей Савельевой?

— Я пока Саше предложения не делал, это всё СМИ раздули. Что удивительно, даже напечатали комментарий моей мамы, которая вообще ни с кем не общается на эту тему. Я действительно общаюсь с Сашей Савельевой, и у нас все хорошо. Но о свадьбе речь пока не идет.

— Ваша мама, наверное, уже внуков хочет…

— Она-то, может, и хочет, но для начала должен захотеть я. А мне пока и так хорошо. Это не значит, что я не хочу детей. Хочу, но попозже.

— Наверное, отдадите их в спорт?

— Если они захотят заниматься фигурным катанием, ради бога. Но насиловать их я не буду. Спортсменов миллионы, а добиваются чего-то — единицы. И в результате многие, у кого не сложилось со спортом, вешают коньки на гвоздик, а дальше — непонятно что. А ведь за то время, которое потрачено на фигурное катание, можно было чему-то учиться.

— Александра не ревновала к вашему пропиаренному роману с Дайнеко?

— Вы знаете, специально никто никого не пиарил. Просто журналисты решили, что у нас роман с Викой, а я не стал отказываться. Я по опыту знаю, что это бесполезно. Ни я, ни Вика не заявляли, что у нас роман.

— А танцевать вам с ней понравилось?

— Скажем так: мне не было с ней тяжело. Да и вообще, я никогда не жаловался на партнерш. Единственное, с кем были небольшие разногласия — это с Оксаной Пушкиной, но в конце концов я и с ней нашел общий язык. А с Викторией я был всем доволен. Единственное, из-за чего мне было тяжело, это параллельное участие в съемках сериала.

— Вы как-то сказали, что хотите закончить кулинарные курсы. Мечта еще не осуществилась?

— Нет, руки пока не доходят. Да и нет нужды — Саша прекрасно готовит.

— А любимое блюдо в ее исполнении есть?

— Лучше всего у нее получаются мясные блюда. Но вы не думайте, что я все взвалил на девушку. У нас разделение труда: я мою посуду, Саша готовит. А стирает у нас машинка! Правда, под Сашиным руководством.

— У вас уже появились какие-то общие интересы?

— Сложно сказать. Музыку, к примеру, мы слушаем разную. Саша любит все иностранное, а я предпочитаю нашу эстраду. Когда я жил в Америке, только ее и слушал. Но особых предпочтений у меня нет, я просто включаю “Русское радио” и все. Я вообще не люблю определять предпочтения, потому что я человек настроения — сегодня ем картошку, а завтра суши. Кстати, после опыта с Викой Дайнеко у меня возникло желание запеть. Саша обещала летом заняться со мной вокалом!

“Поклонницы мне дарят трусы, носки и лекарства!”

— Алексей, у вас бывало в жизни, что приходилось поступаться внутренней гармонией в угоду внешним обстоятельствам? Или для вас лучше лбом стену прошибить, но главным не поступиться?

— Со мной часто бывает такое, что я куда-то спешу и вдруг попадаю в пробку. Становится обидно до слез, и возникает желание все бросить, развернуться и уехать домой, где я мог бы проспать пару дней, выключив все телефоны. Но я поступаюсь своими желаниями, понимая, что работа есть работа и надо ее выполнять. Гармонично я себя чувствую, только когда высыпаюсь, а это бывает редко. С моими графиками случается, что я сутками не сплю. В прошлом году был вообще бешеный ритм — огромное количество гастролей, съемок, записей, телеэфиров… Всю осень я спал по 2—3 часа в сутки, да и то — в самолетах, автобусах… Но мы, спортсмены, с детства очень много путешествуем, так что уже привыкли к такому ритму жизни и не можем без него. После недельного отпуска (надеюсь, мне удастся отдохнуть в июле) уже снова хочется влиться в эту бурную жизнь, бежать куда-то…

— Насколько вы открытый человек? У вас есть люди, которым вы можете полностью довериться, излить душу?

— По жизни у меня было мало таких людей. Впрочем, настоящих друзей и должно быть мало. Я могу пересчитать близких людей по пальцам: это моя мама, Тарасова, мой агент и еще пара людей.

— Из фигуристов ни с кем не дружите?

— Приятельствую. Мне нравится Максим Маринин, мы с ним давно дружим. Он добрый, отзывчивый, как я говорю — “человечный человек”. А еще он очень умный, а среди спортсменов это скорее исключение, нежели правило.

— Говорят, у вас с Плющенко натянутые отношения. Вы совсем не общаетесь?

— Почему, общаемся. На уровне “здрасьте — до свидания”. Я к нему с уважением отношусь как к спортсмену, но в жизни у нас абсолютно разные пути, разный круг общения. Как таковых ссор у нас никогда и не было. Все это “обострение отношений” в борьбе за олимпийское “золото” 2002 года газетчики придумали. По сути, ведь только он и я могли бороться, из-за этого и был определенный накал.

— Я знаю, что у вас много поклонниц. Какие-то оригинальные подарки они вам преподносили?

— Обычно дарят обычные вещи — открытки, игрушки. Но иногда бывают интересные презенты. Например, носки, трусы, шапочки… Это все мне дарили в Японии. Они вообще большие оригиналы. То супы дарили, мне приходилось все эти сухие пайки тащить домой с мыслью: “А зачем они мне?!”. Медикаментов тоже кучу приволок. Они когда узнали, что у меня проблемы с ногой, тут же притащили какие-то баночки и велели мазать. Забрать-то я их забрал, но попробовать не решился.

“О победе в шоу мечтали все, кроме меня и Сихарулидзе!”

— В 2006 году вы установили рекорд, откатав 118 шоу. Это предел?

— Я думаю, что в этом году установлю новый рекорд — у меня будет больше 130 выступлений.

— Алексей, а вам не кажется, что такого рода шоу вредят спорту, отбивают у спортсменов тягу к соревнованиям?..

— Минувший год вообще был слабеньким в плане соревнований. Может, в этом году повезет? Мы тоже люди и не хотим много лет корячиться в спорте, а в результате не иметь ничего. Пока есть силы и здоровье, стараемся уйти в профессионалы, чтобы успеть заработать деньги. Когда карьера закончится, жить-то на что-то надо будет. 

— Коль уж мы затронули финансовую сторону, то сейчас ведь можно и в спорте зарабатывать деньги, не только на шоу.

— Ситуация сильно изменилась с тех пор, как я из-за травмы ушел из спорта в 2002 году. Мировое фигурное катание находится в упадке, призовых мест стало намного меньше. Мне хотелось добиться высоких титулов, ведь сейчас у нас зарплата в туре зависит именно от этого. Так что фигуристам надо как можно больше выиграть Олимпиад и чемпионатов, чтобы в профессионалах получать достойную зарплату.

— А что вы скажете об эстрадных и киноартистах, которые до шоу вообще не стояли на коньках?

— Некоторые не стояли, а вот Чулпан Хаматова, к примеру, в своем Казахстане имела разряд по фигурному катанию. Это было заметно, и соревноваться с ней было бесполезно. А вот Лариса Вербицкая, может, и стояла на коньках, когда ей было пять лет, но сейчас-то ей 50! Это все равно что мою маму поставить на коньки.

— Вы считаете, это справедливо?

— А кто вам сказал, что у нас жизнь справедливая? Ха-ха-ха. Просто звезд для шоу тоже было непросто найти. Изначально я должен был кататься с Анжеликой Варум, но в последний момент она не подтвердила своего участия. Влад Топалов тоже пришел, попробовал и больше не вернулся.

— Вы сами на проекте за какую пару болели?

— Если честно, мне было абсолютно все равно, это же не Олимпийские игры! Хотя у многих крыша так съехала, что они стали тренироваться чуть ли не по 20 часов в день. Я же спокойно ко всему относился, как к очередному телепроекту. А многим так хотелось дойти до финала, там такая ожесточенная борьба началась! Некоторые даже не озвучивали музыку, на которую они готовят номер. Боялись, что другие перехватят.

А я был абсолютно спокоен — у меня были свои дела. И Вику призывал не нервничать. Когда могли — тренировались. Ну какая разница — первый ты или третий. Будет еще третий сезон! Настя Волочкова безумно расстроилась, когда попала в номинацию “на вылет”. После этого показа я отправился домой, смотрю — Настя меня догоняет на машине. Плачет, кричит: “Ну как же так? Почему мы?” Я ей говорю: “Настенька, мы встретимся в январе 2008-го, и ты уже забудешь, какое ты место заняла, в каких была номинациях и кто тебя выгонял! Это просто очередной этап нашей жизни!” Ну понятно, что мы все спортсмены, все раньше выигрывали, и все хотели победить. Не хотел только я и Сихарулидзе — он сейчас весь в политике.

“На таможнях позвякиваю железной ногой!”

— Говорят, вы хотите вернуться в любительский спорт?

— Я сейчас нахожусь на распутье. Можно потратить два года на тренировки в любительском спорте, но практика показывает, что ничего особенно интересного там не происходит. Хотя такое желание во мне присутствует. Именно из-за этого после травмы я пошел на сложную операцию по замене тазобедренного сустава на титановый. Сейчас у меня железное бедро, и, проходя в аэропортах досмотр, я постоянно звеню. Меня постоянно просят вынуть все из карманов, а я отвечаю, что с удовольствием сделал бы это, только железяка у меня в ноге.

— На Олимпиаду вы собираетесь?

— Скажу честно и откровенно — теперь уже нет. Хотя такое желание у меня еще присутствовало в феврале прошлого года. Я разговаривал с международным союзом конькобежцев, и они дали “добро”. Хотя я уже выступал в профессиональных турнирах, и в любители мне, по сути, дорога была закрыта. Так что в принципе, если бы я захотел, то мог бы вернуться. Но, к сожалению, 27 лет — уже тот возраст, когда тяжело восстанавливаться после травм.

— Сейчас нога не болит?

— Она не может болеть, она железная. Сейчас уже болит все остальное. Потому что те пять лет, которые я мучился от болей в правой ноге и старался ее как можно меньше напрягать, у меня надорвалось все остальное. Вот хочу после окончания турне лечь на обследование…

— А как насчет тренерской работы?

— Некоторое время помогал Татьяне Анатольевне Тарасовой в тренерской работе, так что опыт у меня есть. Но это было в 2003—2004 годах. А сейчас у меня нет на это времени, я занят по горло.  Я считаю, что если ты что-то делаешь в этой жизни, то надо делать на 100%, иначе это не имеет смысла. Есть масса направлений, в которых я хочу на сегодняшний день развиваться, поэтому уходить в тренерскую деятельность я не собираюсь. Займусь этим, когда не будет возможности идти по жизни дальше.

— Алексей, что вы считаете главной вашей победой в жизни?

— Она еще не случилась. Олимпийские игры и чемпионаты мира — это яркие события в моей спортивной карьере, но она занимает лишь часть моей жизни. А в жизни хочется все время достигать чего-то нового, изучать, познавать, развиваться дальше.

Марина Хоружая



Партнеры