Опера как предчувствие

Образцова вальсирует с Керубино

12 февраля 2008 в 17:22, просмотров: 270

Фестиваль “Черешневый лес”, поддавшись глобальному потеплению климата, не дожидаясь весны, заявил вдруг о “пробуждении предчувствия” и зазвал московскую публику на гастроли Михайловского театра из Санкт-Петербурга. Михайловский театр, он же Оперный театр имени Мусоргского, он же Малегот, был в Москве во время оно. Теперь этот театр обрел новое лицо и новых руководителей — Елену Образцову и Владимира Кехмана. И привез в Москву настоящую итальянскую оперу — “Сельскую честь” Масканьи.

Михайловский театр имеет давние традиции. В нынешнем году ему исполняется 175 лет. Из них 90 он был Малеготом, а также Малым театром оперы и балета имени Мусоргского. После сенсационного назначения на пост директора театра бизнесмена Владимира Кехмана, именуемого в народе “банановым королем”, театр провел ребрендинг и вновь вернул себе славное и историческое имя — Михайловский. Пост худрука оперной труппы заняла Елена Образцова, давно мечтавшая о собственном оперном театре. И вот премьера, которой питерцы поделились с московской публикой. “Сельская честь” Масканьи в постановке Михайловского театра позиционируется как “настоящая итальянская опера”. И с этим не поспоришь. Режиссер Марина Бьянки, известная как мастер калькирования выдающихся режиссерских работ Висконти, Стрелера, Лилианы Кавани, аккуратно перенесла на российскую сцену работу Кавани 1996 года, представленную на Равеннском фестивале. При этом вам не впаривают бэушные костюмы или ветхие декорации — все новенькое, воспроизведенное по эскизам художников Лейлы Фтейты и Габриэллы Пескуччи. Режиссура Лилианы Кавани (ее фильмы, в частности гениальный “Ночной портье”, знают все, кто хоть слегка интересуется итальянским кино) абсолютно адекватна веризму Масканьи: приверженность итальянскому неореализму как нельзя лучше ложится на искренность и правдивость рассказа о человеческих страстях, религиозности, понятии о чести и долге простых сицилийских работяг.

И сценография, и режиссура очень напоминают методы работы Франко Дзеффирелли, в частности недавно показанный москвичам спектакль “Паяцы”: та же реалистичность декораций, подробная работа с массовкой, психологическая мотивированность поведения героев. Конечно, есть отличия. Но в целом система работает. И спектакль получается цельным, качественным, ярким и стопроцентно соответствующим  замыслу композитора и либреттистов.

Коллизия любовного четырехугольника, в котором ответственность за все берут на себя мужчины, казалось бы, далека от современного европейского менталитета: одна женщина, замужняя, становится любовницей парня своей молодости. Другая, нынешняя подруга этого самого парня, не может даже переступить порог его дома: она, видите ли, грешна — отдалась ему без венца. Муж первой должен вызвать соперника на поединок — иначе пострадает его честь. Сельская, разумеется. А незадачливый донжуан, понимая, что виноват, более всего печется о обесчещенной невесте и перед неминуемой смертью поручает ее своей матери. И самое главное — сюжет разворачивается на фоне празднования католической Пасхи — со всеми атрибутами: органом, детками с крыльями, выносом раскрашенной скульптуры Девы Марии. Казалось бы, что нам до всего этого? А ведь цепляет, еще как цепляет! Потому что искренни и очень убедительны все солисты: Татьяна Анисимова (Сантуцца), Олег Кулько (Туридду), Методие Бужор (Альфио), Екатерина Севрюкова (Лючия). Потому что страстно играет оркестр под управлением юного маэстро Даниэле Рустионе, которого Елена Образцова ласково называет Керубино. Кстати, на послепремьерном приеме примадонна закружилась с молодым дирижером в вихре вальса. Дебют Михайловского театра в Москве, безусловно, удался.



Партнеры