“Оскар” будет наш!

По крайней мере — спортивный

15 февраля 2008 в 17:29, просмотров: 351

Церемония вручения премии Мировой академии спорта Laureus Awards впервые за девять лет существования этой награды пройдет в России, в Мариинском театре Санкт-Петербурга. Голливудские звезды, известные дирижеры, музыканты, артисты балета, звезды бизнеса и шоу-бизнеса — кого здесь только не будет в ближайший понедельник! Но главные участники — спортсмены. Мария Шарапова, Виталий Кличко, Марк Спитц, Франц Беккенбауэр, Борис Беккер, Сергей Бубка, Эдвин Мозес, Надя Команечи, Мигель Индурайн, Елена Исинбаева, Оскар Писториус, Новак Джокович, Роджер Федерер… И — наш первопроходец Алексей Немов (он получил премию по итогам 2000 года), который уже сегодня вылетел в Санкт-Петербург по настоятельной просьбе организаторов. Он-то и рассказал “МК” подробности грядущего действа.

Тогда, 7 лет назад, когда олимпийский чемпион Немов притащил домой эту в прямом смысле слова нелегкую ношу — крылатую статуэтку Мировой академии спорта, — никто не удивился. Не потому, что Алексей как никто заслуживал награды — просто про нее толком-то никто и не знал. Удивились только таможенники: “Что за металлическую коробку парень в страну ввозит? О-о! А это что за чудо такое внутри? Ничего себе — одиннадцать килограммов!” Чудо внутри было спортивным аналогом премии “Оскар”.

— Алексей, вы уже семь лет живете с “Оскаром” бок о бок…

— Это я после Олимпиады-2000 был награжден как лучший атлет планеты. Все было буднично — через федерацию пришло приглашение: вы в числе номинантов на спортивный “Оскар”. Но это было и так неожиданно, что, честно, я даже обалдел. Тем более что плохо понимал, о чем речь. Хорошо понял только одно — приглашают с женой в Лондон.

— Даже в спортивном мире о подобной премии не слышали?

— Наверное, дело было в том, что вручение еще не было длительной традицией. А может, просто мы, как всегда, плохо знали, что происходит за гимнастическими помостами… В общем, побежали делать визу — надо было сделать быстро, а рядом находился офис Оли Слуцкер. Она тогда нас так выручила, спасибо ей до сих пор большое. Мы зашли поздороваться, заодно сказали, что стоим в очереди в посольство, показали ей приглашение — говорим: вот, мол, нас позвали в Лондон. Она все тщательно прочитала, потом вдруг говорит: “Ребята, а вы подготовились? Тут вечерняя церемония, должен быть фрак…” Мы переглянулись и поняли, что за вечер найти фрак, который я в жизни не надевал, нам явно не по силам. И Оля, все поняв даже без наших

маловразумительных бормотаний, быстро позвонила своим знакомым, все им объяснила. В результате меня одели с ног до головы.

— И вот — вы уже в Лондоне, во фраке…

— И не я один. Масса звезд — вплоть до Мохаммеда Али! Первая же встреча — с Надей Команечи. При первой же поездке в лифте. Для меня эти дни стали сплошным восхищением: кто-то просто проходит мимо, но этот кто-то — звезда. Как в фильме! Что удивительно — рядом успевали не только махать руками, но и прокомментировать наше появление: мол, даже такие русские спортсмены, как Ирина Роднина, этот приз не получили, а чего уж тут гимнасту-то ловить? Хотя я был доволен безумно уже тем, что попал вообще на такой сбор великих.

— Зато представляете, что они потом говорили?

— Я их, честно говоря, не запомнил, может, и подходили потом… И вот номинация лучшего спортсмена планеты, на экране вижу себя и еще несколько человек. Занервничал, поэтому как-то так расплывчато все помню. Объявляют меня… Шок не шок, а на сцену идти надо. А на английском ни черта не знаю: спасибо, спасибо, на плечо себе “Оскара” положил и пошел.

— То есть речь вы заранее решили не готовить?

— Я пытался — мы до этого за столиком там сидели, думаю: а вдруг? С одной стороны, конечно, сплошь мировые звезды. А с другой стороны — почему нет? Пусть говорят, что хотят, на дорожках, но ведь пригласили же! Так и вышло — в зале я сидел уже с этой громадиной с крыльями.

— А что — тяжелый, что ли?

— 11 килограммов. Хорошо, что пока шла церемония и дальше какие-то еще происходили события, его унесли, а потом принесли уже в номер, потому что таскать — тяжеловато, конечно.

— 11 килограммов чистого золота?

— Да вы что? Золота там нет ни грамма. Он золотой по духу. В контейнере везли, причем на таможне документ не проходил, надо было открывать и показывать, что там. Из Лондона нам все это помогли отправить, бумажек всяких понаклеили, типа “не бросать!”. Особо ценный и так далее. А у нас на границе встреча была какая-то такая — с подозрением. Я пытался сказать: да нет еще у нас в стране аналогов этому, первые мы, поэтому вы и не знаете… Но все было так сурово — вскрывали, смотрели, не понимали, что это вообще такое — ящик своеобразный, металлический… Ну, в общем, довезли, стоит дома, груз моих медалей на крыльях выдерживает.

А в Москве тогда, кстати, почти никто и не знал об этом награждении. Андрей Малахов узнал каким-то образом, пригласил к себе в утреннюю программу. Опять я тогда взвалил его на плечо и повез. Знаете, я после торжеств в Лондоне думал, что это будет как-то освещаться у нас: не то что за себя порадоваться хотел — за страну многие бы испытали чувство гордости. Хорошо, что сегодня эта премия стала уже столь популярной и у нас. Не сомневаюсь, что церемония в Питере будет очень яркой. Еще бы кто-нибудь из россиян вновь выиграл…



Партнеры