Глаз народа

В МНТК им. Федорова умеют возвращать зрение

11 марта 2008 в 18:52, просмотров: 961

Всевидящее око на крыше МНТК “Микрохирургия глаза” дает надежду, что прозреют все. Клиника имени Святослава Федорова давно уже стала всемирно признанным офтальмологическим брендом. Но свои основные достижения генеральный директор МНТК профессор Христо Тахчиди видит не только в успешной борьбе с глазными болезнями.

— МНТК — очень удачный вариант государственной структуры, адаптированный к рыночной экономике, — убежден Христо Периклович. — Система обладает колоссальной жизнеспособностью. Ее не сломили ни перестройка, ни лихие 90-е, ни экономические и политические реформы, ни гибель лидера и руководителя Святослава Федорова. Мы доказали, что в нашей стране, с нашими людьми можно хорошо работать. К сегодняшнему дню мы пришли с мощной базой, передовыми технологиями и прекрасной организацией. Этой структуре подвластны любые задачи. Если вы хотите понять, как будут развиваться национальные проекты, какого успеха можно добиться за 20 лет, посмотрите на МНТК. Этой структуре подвластны любые задачи.

Здесь прозревают и видят цвет

В ожидании профессора Тахчиди его помощник по связям с общественностью Дмитрий Жернов проводит экскурсию по огромному московскому центру, где обслуживаются и жители Подмосковья. Наука, производство, обучение и лечение — все находится здесь в нескольких зданиях, объединенных подземными переходами.
Еще Святослав Федоров говорил, что пациент должен быть позитивно настроен — тогда лучше проходит лечение. Соответственно, все, что вокруг, должно отвлекать его от мыслей о болезни. Коридоры и холлы центра украшены картинами. Пациенты живут не в больничной палате, а в персональных номерах. Здесь создан некий оазис, где человек прозревает и сразу видит счастливую жизнь.

Катаракта — этим заболеванием страдают более 500 миллионов человек. Диагноз означает, что хрусталик глаза теряет прозрачность. Человек при катаракте видит перед собой грязное, мутное пятно. То, что по краям, видно лучше, чем по центру. Зрение снижается потихоньку, и даже водители привыкают ездить с этим заболеванием. По данным исследований, многие пожилые люди ездят за рулем, имея лишь 60—40% зрения, а все оттого, что вовремя не прошли обследование.

Современные технологии микрохирургии позволяют врачу через крошечный прокол удалить помутневший хрусталик и заменить его искусственным. И никаких швов, а вся операция длится 15 минут! Через стекло заглядываем в операционную. Одновременно на восьми столах врачи через микроскопы колдуют над больными.

Еще один конвейер диагностический — больной проходит по цепочке, врачи отсеивают “классику”, потом более сложные случаи, и в итоге самыми сложными случаями занимаются самые опытные специалисты. Для этого больной проходит полное обследование: измеряется острота зрения, внутриглазное давление и прочая, прочая. Без тщательного исследования лечения не назначат.

МНТК — госучреждение, где существуют соответствующие льготы, пациенты обслуживаются по ОМС и на коммерческой основе. Обычный день: на диагностику пришли 892 человека, сделано 220 операций.
Веселые цветные картинки на стенах, почти домашняя обстановка. Два детских центра: хирургия, где оперируют врожденные катаракты, косоглазие, и поликлиника. До двенадцати лет, пока глаз ребенка развивается, задача врачей вытянуть зрение, не прибегая к операции. Специальные приборы тренируют детские глазки работать так, как надо. Мультик на экране то и дело прерывается, как только 6-летняя девочка перестает на него смотреть. За 10—14 процедур можно излечить ребенка от близорукости.

Российские офтальмологи разработали первый в мире полный комплекс мер, позволяющий спасать зрение недоношенным детям. Диагностика и лечение проводятся в Калужском филиале МНТК “Микрохирургия глаза”. Ежегодно в России почти 10% детей рождаются недоношенными (более 125 тысяч). Из них более 20% страдают врожденным заболеванием глаз — ретинопатией. В Калуге научились пришивать сетчатку у детей в возрасте до 3 месяцев, чьи глаза не успели сформироваться во время укороченной беременности.

Доходим до святая святых. В мемориальном кабинете Святослава Федорова студенты смотрят учебный видеофильм. Здесь все так и осталось, кажется, что знаменитый офтальмолог только что повесил свой халат и вышел. Лучшей учебной базы придумать невозможно. Молодого врача к пациентам сразу не подпускают, только после 50 операций, которые он проделывает в первом в России специальном тренажерном зале, где создана обстановка настоящей операционной — VetLab — ветлаборатории на свиных глазах.

Мы, греки, народ увлеченный

Не могу скрыть восторг: “Ой, Христо Периклович, у вас здесь все так интересно!..”

— Это все — гениальные находки, поиски, идеи покойного Святослава Николаевича, который был просто заряжен подобными вещами. Это был человек глобального мышления. Он мыслил категориями страны, земного шара, космоса... МНТК — это реально эффективная государственная медицина. Святослав Федоров каким-то гением сумел просчитать эту ситуацию, она при любом экономическом режиме, в любых ситуациях выживает. Все, что он делал, — абсолютно правильная вещь. Многое из того, что он делал, общество не понимало. И мы не все понимали. Но теперь очевидно, что все это было необходимо. Корабли, пароходы, самолеты, подсобное хозяйство и так далее...

С 70-х годов прошлого века в стране отмечался прогрессирующий рост слепоты и слабовидения. В регионах России и Советского Союза уровень офтальмологической помощи был крайне низок, несмотря на то, что офтальмологическая наука находилась на подъеме. Однажды Святослав Николаевич пришел к Николаю Ивановичу Рыжкову, в то время Председателю Совета Министров СССР, с просьбой о финансировании, которое требовалось для дальнейшего оснащения Московского НИИ микрохирургии глаза современным оборудованием. Но Николай Иванович, будучи человеком государственного ума, в ответ сказал: “Мы можем купить для вас новое оборудование, но разве это поможет решить офтальмологическую проблему в стране? Что же все-таки нужно сделать, чтобы с ней справиться?” Решить проблему могло только создание на базе института межотраслевого научно-технического комплекса “Микрохирургия глаза” и открытие его филиалов по всей стране. И в результате в апреле 1986 года появилось постановление ЦК КПСС и правительства СССР о создании нашего центра.

— Как гибель Федорова отразилась на коллективе?

— Незадолго до смерти Святослава Федорова в МНТК сложилась непростая ситуация. Святослав Николаевич усиленно занимался политикой, отойдя от проблем центра. Это не могло не сказаться на психологическом состоянии коллектива, люди пребывали в состоянии дискомфорта. Наша организация всегда мощно развивалась, а тут наступила пауза. В начале 2000 года закончились депутатские полномочия Святослава Николаевича, и он с новой силой начал заниматься проблемами МНТК. Но случилось то, что случилось, — Федоров погиб. Дальше было 9 месяцев безвластия. Судебные тяжбы. После смерти Святослава Николаевича осталось очень много нерешенных вопросов и проблем, замыкавшихся на нем. Сами понимаете, настроения это никому не улучшало. С января 2001 года меня назначили генеральным директором, и мы начали новое движение. И, на мой взгляд, получилось неплохо.

— Московский центр не первый, который вы возглавляете?

— У меня есть огромный опыт создания Екатеринбургского филиала с нуля, с котлована. Надо было создать коллектив. И мне удалось собрать таких людей, которые в два раза делали больше операций и обследовали больных, чем в других филиалах. Этот коллектив выполнял довольно сложные задачи. А надо вспомнить, что это были 90-е годы, когда рухнула экономика и прекратилось финансирование. Несмотря на это, МНТК никогда не проваливался, не терял достигнутого уровня. Этот опыт дает убеждения, что в нашей стране, с нашими людьми можно нормально работать. Конечно, поднимать Московский центр оказалось значительно сложнее, как в случае любой переделка. Тем более что здесь шла речь о человеческих душах, судьбах, проблемах.

— Как вам удается совмещать врачебную практику и руководство центром?

— У каждого человека есть внутренний стержень, призвание к чему-либо, кто-то делает деньги, кому-то нравится руководить. Мой стержень — врачевание. Я был, есть и остаюсь врачом, черпаю из профессии энергию и силы. Что касается управления, то это обязанность. Если раньше, чтобы купить томик Дюма, надо было собрать и сдать 10 килограммов макулатуры. Управление — это та необходимая макулатура, условия, которые дают тебе возможность реализоваться как врачу. Чтобы ты мог реализоваться, необходимы хорошее здание, классная аппаратура, инструмент, технологии, грамотные коллеги, сервис и прочее. Для этого приходится отдавать колоссальное количество времени управлению. Но благодаря этому я обязательно лечу, оперирую два раза в неделю, в Екатеринбурге было 4 операционных дня, я мог себе это позволить. Здесь же первый год я не оперировал вообще, занимался экономикой, хозяйством, налаживал работу.

— Каковы успехи?

— Прошла реорганизация, была обновлена материально-техническая, лечебно-производственная и научно-образовательная база. Уникальность же нашей системы заключается в том, что мы работаем с колоссальными потоками больных. 300—400 тысяч операций в год — а обследований вообще порядка 900 тысяч. Это те объемы, которые переваривают наши 12 центров по всей стране. Филиалы находятся в Хабаровске, Иркутске, Новосибирске, Екатеринбурге, Оренбурге, Волгограде, Краснодаре, Чебоксарах, Москве, Калуге, Тамбове и Санкт-Петербурге. Но работа с большими потоками в сознании общества автоматически связана с низким качеством. Наша система доказала, что и на потоке можно работать с высокими технологиями. Это опыт уникальный, в мире мало кто его понимает. Врачи всех уровней квалификации собрались в одном месте. В общем объеме хирургической помощи МНТК 85% составляют операции высшей и первой категорий сложности. Что же касается объемов хирургии комплекса, то значительную часть здесь занимает лечение основных видов патологии — это катаракта и глаукома. Вторая по численности группа — рефракционная хирургия, то есть то, что связано с коррекцией зрения — дальнозоркостью, близорукостью, астигматизмом. Третья по численности группа — это лазерные операции, не связанные с коррекцией рефракции, необходимые при таких серьезных заболеваниях, как диабет, дистрофия сетчатки и др. И, наконец, четвертая группа — хирургия сетчатки и стекловидного тела. Также много внимания уделяется терапевтическому лечению офтальмологических заболеваний.

— Вы помните своего первого пациента?

— Конечно, у меня даже сохранились фотографии. Первую операцию я провел в Екатеринбурге осенью 1976 года, а летом только закончил учиться. Уже с третьего курса я знал, что буду офтальмологом, занимался этим. Я быстро освоил технологию и за первый год работы провел все виды операций.

Микрохирургии учат здесь


— МНТК как-то сотрудничает с другими глазными клиниками?

— С 2005 года я возглавляю общество офтальмологов РФ, и, конечно, мы взаимодействуем с коллегами. У нас проходят заседания президиума общества, различные конференции, обмениваемся опытом. Каждая организация хочет быть лучше, эта здоровая конкуренция двигает прогресс. Очень часто кроме болезней глаза пациент имеет целый букет заболеваний. Бесспорно, приходится общаться с врачами других специальностей. Москва в этом плане удобный город, где существует много высококлассных медицинских центров.

— В центр на лечение приезжает много иностранцев. В чем выигрывает наша офтальмологическая школа?

— У нас идет широкое сотрудничество с зарубежными коллегами. Сейчас началась эра микрохирургии. Пришел операционный микроскоп, через него мы заглянули в микромир живого глаза. Переход от обычной хирургии к микро в России как раз обеспечивал МНТК. В сущности — это аналог сегодняшним национальным проектам, только реально реализовавшийся и имеющий 20-летнюю историю. Этот проект дал возможность всю офтальмологию страны перевести в микрохирургию. Это был первый опыт в мире, сделанный Святославом Николаевичем. До Федорова элементы микрохирургии были в офтальмологическом мире, но никто не увидел в этом будущего. Он первый перевел свою школу целиком на микрохирургию, стали появляться новые технологии. К нам поехали учиться офтальмологи со всего мира, очень многие зарубежные врачи прошли федоровскую школу. Рефракционная хирургия — близорукость, дальнозоркость, астигматизм — начиналась здесь. Проблемой создания искусственного хрусталика занималось пять школ в мире, одна из них наша. И если на Западе проводили по 20—30 операций по замене хрусталика, у нас за то же время 200—300.

Западные врачи приезжают учиться к нам, мы посылаем своих знакомиться с зарубежными достижениями, постоянно идет общение. Каждый год у нас проходит три мощные международные конференции, на которые собирается мировая элита. Многие с удовольствием находят себя на старых студенческих фотографиях в мемориальном кабинете Федорова.

— Вы недавно создали центр в Китае, строится во Вьетнаме, какой в этом смысл для МНТК и для российской науки?

— Нас попросили приехать в Китай и наладить там технологию. Вахтовым методом туда ездят наши врачи, проводят операции, обучают китайских специалистов. Естественно, коллеги делают это за соответствующее вознаграждение. Второй смысл — распространение наших технологий по миру. Это поднимает наш имидж, престиж страны, дает поток иностранных больных в Россию. Мы активные участники Года России в Китае. Сейчас начинаем работать во Вьетнаме. Предложения есть из Саудовской Аравии, из Судана, с острова Корфу, из государств, образовавшихся в результате распада Югославии. Принимаем мы далеко не всех, поскольку это достаточно сильная нагрузка для нашей организации.

— У вас ведется активная научная работа. Какие-то суперсовременные научные разработки появились в последнее время?

— Операционный микроскоп открыл совершенно новые структуры глаза. Появилась потребность в приборах, которые бы ловили сотые доли миллиметра новообразований, чтобы заболевание можно было диагностировать на самых ранних стадиях. Через микроскоп мы увидели свой инструмент — это бронзовый век. Пришлось переделывать весь инструмент, а для этого потребовались новые материалы, новые системы заточек. Если раньше мы точили напильником, то теперь атомарной решеткой: при специальной температуре вращающийся диск со специальной скоростью вырывает из алмазного кристалла атомы, с тем чтобы получить режущую кромку. Это требует знаний физиков, химиков, медиков, биологов. Лазерная энергия работает на молекулярных уровнях клеток, буквально сдувая микроны с поверхности роговицы, — так мы преобразуем линзу глаза и изменяем рефракцию. То есть если у человека близорукость, это значит, что у него очень мощная линза, она сильно преломляет — и изображение не попадает на сетчатку. Подточив линзу, сделав ее послабее, мы получаем изображение туда, куда нужно. У дальнозорких, наоборот, усиливаем линзу за счет изменения ее рельефа. Этих результатов мы добились с помощью научных исследований. Вместе с Физическим институтом имени Прохорова мы разработали эксимерный лазер, который позволяет заниматься подобной хирургией с низкой травматизацией. Раньше мы делали операции, при которых разрез равнялся почти половине глаза, сегодня мы работаем через проколы 0,5 миллиметра. Утром — операция, вечером человек может сесть за руль, поскольку операции бесшовные.

— Слышала, что разработан новый уникальный хрусталик…

— Раньше искусственный хрусталик делался из пластмассы, жесткий, большой, диаметром 5 с половиной миллиметров. Чтобы его ввести, требовался разрез 6—7 миллиметров. Сейчас хрусталики мягкие, эластичные. Их можно свернуть в трубочку, ввести в шприц и через прокол впрыснуть в глубину глаза. Там он разворачивается и приобретает естественный вид. Последняя наша разработка — это хрусталик, через который можно видеть и вдаль, и вблизи. Искусственные хрусталики до последнего времени такой способностью не обладали, человек хорошо видел вдаль, а в вблизи были нужны очки, или наоборот. Сейчас есть три разработки универсального хрусталика. Одна из них — наша: хрусталик слоистый, как и естественный человеческий, разные по плотности слои дают многофокусность, то есть это мультифокальные так называемые линзы. Теперь в очередной раз конкурируем с зарубежными коллегам, чья линза лучше.

СПРАВКА "МК"

Христо Периклович Тахчиди — доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой глазных болезней Московского государственного медицинского стоматологического университета, председатель Общества офтальмологов России, главный редактор журналов “Офтальмохирургия” и “Новое в офтальмологии”, главный эксперт по офтальмологии Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения и социального развития. Под руководством Тахчиди за три последних года МНТК “Микрохирургия глаза” получил 135 патентов на изобретения, издал 5 монографий и учебник глазных болезней для студентов медицинских вузов. В стенах МНТК защищено 7 докторских и 32 кандидатские диссертации, что значительно превышает среднегодовые показатели по защитам за предыдущие годы. В четыре раза увеличилось количество проводимых в МНТК “Микрохирургия глаза” и его филиалах научно-практических конференций. Ежегодно в МНТК проводятся три международные конференции, в том числе и “Федоровские чтения”, в работе которых принимают участие офтальмологи России, стран СНГ и дальнего зарубежья.

В МНТК ежедневно проводится свыше 1200 глазных операций по новейшим технологиям, разработанным, апробированным и внедренным в 11 филиалах, расположенных в крупных областных центрах России и в 5 центрах за рубежом. В год это составляет более 300 тысяч операций. В здании стационара 10 офтальмологических отделений, закрывающих всю орбиту реконструкции глаза. Близорукость, дальнозоркость и астигматизм любой степени, все виды катаракт, глаукома на всех стадиях, любые поражения роговицы, стекловидного тела, сетчатки и зрительного нерва, внутриглазные опухоли, травмы глаз.



Партнеры