На два песо надежды

Куда поведет Кубу Рауль Кастро?

11 марта 2008 в 16:27, просмотров: 376

Президент США Буш, общаясь недавно с прессой, заявил, что он против переговоров с новым лидером Кубы Раулем Кастро: “Каков может быть результат от объятий с тираном, который сажает своих людей в тюрьмы за их политические убеждения? Результат — мы дадим неверный сигнал”.

“Он не более чем продолжение действий его брата, направленных на разрушение острова и на заключение в тюрьму людей за их убеждения”, — категорично высказался насчет Кастро-младшего американский президент.

И все же многие аналитики надеются, что перемены на Кубе все-таки грядут — во всяком случае, в сфере экономики. Возможно, первым звонком преобразований стало заявление Рауля Кастро о возможности ревальвации кубинской валюты. На острове официально существует две валюты: “национальный” песо и конвертируемый песо. При этом 1 конвертируемый песо равен $1,08, тогда как за 24 “национальных” песо дают $1.

Об особенностях кубинской экономики и возможных путях ее реформирования “МК” рассказал Вадим ТЕПЕРМАН, директор Центра экономических исследований Института Латинской Америки РАН:

— Многие товары, причем не только те, что выходят за рамки предметов первой необходимости, можно на Кубе купить только за конвертируемое песо. А ассортимент товаров, которые может кубинец получить за те песо, что он получает в виде своей зарплаты, довольно невелик.

О негативных сторонах существования двух валют на Кубе шло обсуждение еще при Фиделе. Многие кубинцы еще тогда были недовольны подобной системой. Но полагаю, что сразу пойти на отмену двух песо кубинское руководство не может. Рауль Кастро постарается пойти по этому пути посредством постепенного сближения курсов. Тем более что это сближение помалу происходит. Когда я был на Кубе в 2002 году, за один доллар давали 26 “внутренних” песо, теперь дают 24.

Но при новом руководстве, думаю, этот процесс несколько ускорится. Тем не менее считаю, что постепенность будет сохраняться. Если сразу провести эту денежную реформу, это будет означать катастрофу. Ревальвация будет производиться, может быть, раз в год, раз в два года. Прогнозировать, сколько времени может занять этот процесс — десять лет, пятнадцать, двадцать, — не берусь. Но, конечно, это правильный курс.

Перед кубинскими лидерами стоит еще одна задача, не менее, а может быть, и более важная: повысить значение зарплаты. В среднем кубинцы получают 400 песо, нетрудно сосчитать, сколько это будет в долларах. Так что если курс песо сравняется и лет через десять на Кубе будет единый песо, то повысится и зарплата.

В какой-то степени этот конвертируемый песо можно сравнить с чеками для “Березки”, существовавшими в советское время. Те кубинцы, которые работают, скажем, в зарубежных компаниях, или те, кому удается раздобыть доллары, меняют валюту на конвертируемые песо — и получают возможность купить дефицитный товар, недоступный в обычных магазинах за внутреннюю валюту.

— Ну а чем отличается ассортимент товаров обычных магазинов от тех, где торгуют за конвертируемые песо?

— На Кубе отоваривался как раз в обычных магазинах, поскольку там дешевле. Что сказать? Ассортимент, в общем, достаточный для удовлетворения обычных потребностей. Носки, рубашку, брюки, ботинки, может быть, не самого лучшего качества — все это можно купить в простых магазинах. А вот из продуктов — скажем, сыр продается за валюту. Зато ветчину можно купить за национальные песо. При этом какие-нибудь хорошие сорта колбас продаются лишь за конвертируемые песо. За валюту можно купить какие-нибудь вещи длительного пользования, качественные духи. За внутренние песо — только какие-нибудь лосьоны местного производства.

— Помимо денежной реформы каких еще преобразований можно ожидать от нового руководства Кубы?

— Я ожидаю снятия ограничений (правда, далеко не всех) на частный бизнес. Ведь первоначально существовал перечень профессий, разрешенных в свое время для частников. Впоследствии этот перечень урезали. Скажем, поначалу весь бытовой ремонт мог осуществляться частниками, а потом эту сферу урезали.

Помимо снятия таких ограничений можно ожидать, что будут расширены сами масштабы частного бизнеса. Например, если сейчас в частных ресторанчиках разрешено иметь не более четырех столиков, то их количество может быть увеличено до десяти. Вероятна децентрализация экономической деятельности, причем это относится не только к частному, но и к государственному сектору. На Кубе очень большой контроль со стороны государства, много инстанций, необходимых для всяких согласований, и так далее (это все есть и у нас, но там еще сложнее). Стране необходима большая простота ведения бизнеса.

Должны расшириться права предприятий во внешнеэкономической деятельности, будут вводиться новые принципы работы государственных предприятий — то есть примерно то, что было в СССР при Горбачеве: самофинансирование, самоокупаемость и т.д. Эта работа ведется на Кубе давно, но очень уж непоследовательно.

— Чаще всего применительно к возможности экономической либерализации на Кубе вспоминают о “китайской модели социализма”. Но Куба и Китай сильно отличаются друг от друга...

— Китайский путь был бы оптимальным для Кубы — экономические реформы без потрясений. С политической точки зрения Куба и Китай с их однопартийными системами сопоставимы. Но существуют и принципиальные различия между Кубой и теми социалистическими странами, которые проводят экономические преобразования. Китай, Вьетнам, Лаос, — прежде всего аграрные страны. И свои реформы они начинали с сельского хозяйства. Если развязать руки кубинским крестьянам, то можно будет решить продовольственную проблему в стране. Ведь 80% продовольствия Куба сейчас импортирует. В том числе из Соединенных Штатов.

— Несмотря на санкции?

— Да, несмотря на эмбарго. Дело в том, что после урагана “Мишель” 2001 года американцы предложили Кубе гуманитарные поставки продовольствия. Куба отказалась от бесплатной помощи, но согласилась покупать у США продовольствие. Причем делается это на условиях предоплаты, перевозка осуществляется американскими кораблями. Тем не менее это получается дешевле, чем, скажем, завозить курятину из Бразилии или Европы.

Так вот, возвращаясь к китайскому пути для Кубы. Реформы в сельском хозяйстве позволили бы если не полностью обеспечить страну продовольствием — на 100% она все равно не может себя обеспечивать, — то, возможно, наполовину. Но на Кубе, где порядка 80 процентов населения — горожане, реформы в сельском хозяйстве не дадут такого толчка, как в Китае.

Надо учитывать и национальные особенности. Китайцы более педантичны, они будут убирать с поля каждую рисинку. Кубинцы не лентяи (далеко не правы те, кто говорит, что им бы только танцевать), но до китайцев в этом отношении им далеко. Поэтому и у нас китайская модель не пойдет — ну не пьют китайцы, как у нас!

Конечно же, Куба проигрывает в сравнении с Китаем по такому показателю, как наличие ресурсов. Китай гораздо богаче природными ресурсами, не говоря уж о людских. И все же у Кубы есть два источника сбыта, имеющих мировое значение. Это никель и кобальт. Опираясь на эти сырьевые ресурсы, Куба способна создать что-то и для других отраслей экономики (как это у нас: можно развивать различные сферы на нефтедоллары). И в последние годы главная статья кубинского экспорта не сахар, как прежде, а никель и кобальт. Не следует забывать и про рыбные ресурсы и морепродукты (лангусты, креветки и т.д.) как важную экспортную статью. И, конечно же, кубинский табак.

Еще один ресурс есть у Кубы — не природный, а научный. Это биотехнология, производство медицинских препаратов мирового уровня. Их активно покупают бразильцы, другие страны Латинской Америки. Экспорт увеличивается, хотя он и невелик. Выйти на мировой рынок кубинским лекарствам сложно.

— Когда на Кубе произошла смена руководства, некоторые наблюдатели выразили опасения, что при Рауле Кастро может быть сокращена помощь стране со стороны Венесуэлы: мол, у Чавеса нет таких задушевных отношений с Кастро-младшим, как с Фиделем.

— До трети кубинской внешней торговли завязано на Венесуэле — главным образом за счет поставок венесуэльской нефти на льготных условиях. И если вдруг Чавес порвет отношения с Кубой — это будет для Гаваны удар серьезный. Серьезный, но не смертельный. Венесуэльские поставки начались в начале 2000-х годов, а выход из экономического кризиса на Кубе начался гораздо раньше — примерно в 1994 году. Хотя Чавеса действительно не связывают с Раулем Кастро такие теплые отношения, как с Фиделем, которого Чавес называет отцом, признаков охлаждения отношений между двумя странами не просматривается. Если учесть, что Чавес умудрился поссориться почти со всеми, кроме Белоруссии и Ирана, то вряд ли он будет портить отношения с Кубой.



Партнеры