Новая эра Бандеры

На Западной Украине поклоняются националистам, а с москалями расправляются ножами и вилками

13 марта 2008 в 15:45, просмотров: 1805

Под прицелом автомата в руках грозного охранника поднимаю рюмку. Входной “тост” звучит как пароль: “Подтверждаю, что я не коммунистка, не жидовка и не москалька”. Пройдя проверку, я оказываюсь в помещении, где люди с аппетитом режут “пьяных москалей” и накалывают шматки на вилку… Это не сцена из триллера. Помещение, куда пускают только после фейс-контроля, — львовский ресторан “Крыйивка”. А “пьяные москалики” — блюдо из карасей. О бандеровцах, героизации фашизма и о жизни “клятых москалей” на украинской земле — в репортаже корреспондента “МК”, побывавшего в очаге национализма — на Западной Украине.


Бандеровцами не рождаются, ими становятся

— Все там у вас врут по телевизору в России, что у нас здесь русских не любят. Слышите, я ведь с вами даже по-русски говорю, — многообещающе заявил таксист по дороге из львовского аэропорта.

— А может, и бандеровцев здесь нет? — парировала я.

— Как же нет? Я сам бандеровец!

Бандеровец ныне на Западной Украине — звание почетное. Так называют приверженцев идей ветеранов из организации ОУН-УПА (Организация украинских националистов — Украинская повстанческая армия), воевавших во время Второй мировой на стороне Гитлера и участвовавших под началом фашистов в карательных акциях против поляков, евреев, русских, а также “инакомыслящих” украинцев. Теперь им на Украине ставят памятники и присваивают звания героев.

В культурной столице Украины, как величают Львов, даже воздух какой-то особенный — “национально-повстанческий”. Центр города. Через каждый десяток метров стоят здоровые стеклянные стенды с изображением мужчины. Подхожу поближе — под стеклом портрет предводителя украинских националистов Степана Бандеры.

“Сокровище нации! Будь сильным, как он!” — кричит надпись на плакате. Портрет Бандеры, как назойливая муха, преследует буквально на каждом шагу.

“Повстанцы” вообще во Львове в почете. То и дело на домах попадаются барельефы или памятные доски очередному члену ОУН-УПА. И везде обязательно живые цветы. Мои гиды из Русского культурного центра (РКЦ) рассказывают, какими темпами во Львове переименовывают улицы, избавляясь от всего “москальского”. За изменениями названий не поспевают сами горожане. Добрая половина так и продолжает использовать старые. Одна из центральных улиц Львова, носившая когда-то имя Лермонтова, теперь переименована в улицу Джохара Дудаева. “Не думайте, что мы это поддерживаем. До сих пор стыдно говорить, что живем на улице Дудаева”, — возмущаются обитатели домов на Лермонтова-Дудаева. Львовяне сплетничают, что и Шамиля Басаева хотели увековечить в названии улицы. Якобы ждали, когда он покорит Дагестан… Но вот оказия, не успел…

— К великим русским писателям здесь вообще особое отношение. Бывшая улица Пушкина теперь носит название Генерала Чупрынки (Тарас Чупрынка — один из псевдонимов лидера ОУН-УПА Романа Шухевича. — Е.П.). Конечно, Пушкин, по их (националистов. — Е. П.) мнению, не имеет отношения к Украине. Зато Джордж Вашингтон и Авраам Линкольн во Львове, видимо, были частыми гостями. Потому что такие улицы есть. Но мы не опускаем руки — будем отстаивать право на свою культуру и историю, — рассказывает директор Русского культурного центра во Львове Олег Лютиков.

Один из активистов Русского культурного центра Сергей Евсеев живет в старой части города, на улице, которая теперь носит имя Евгена Коновальца, “проводника” ОУН. Семья русских интеллигентов Евсеевых от происходящего во Львове в тихом ужасе. “Живем, как в театре абсурда. Представляете, до чего дошло: каждый год в июне националисты проводят праздник нашей улицы. В день празднования школьников срывают с летних каникул и собирают на Коновальца — для массовки, ну и, конечно, для идеологического воспитания. По улице шествуют бывшие воины УПА. Одни несут знамена, другие, объединившись в хор “Повстанец”, распевают националистические песни. Школьники должны стоять и слушать этот бред, аплодируя “героям”, — негодует супруга Сергея Сергеевича.

Русские изгои

Русская речь здесь почти не слышна. И надписей на русском нигде не встретишь. В трамвае, в магазине, в гостинице — везде говорят только на “мове”, хотя во Львовской области сейчас живет примерно 90 тысяч русских. Стоит открыть рот и заговорить по-русски, как на тебя сразу же смотрят как на чужака. Нелюбовь к “москалям-оккупантам” особо “национально-озабоченные” подкрепляют действиями. Главный объект нападок националистов во Львове — Русский культурный центр. Сколько раз хулиганы били там стекла, поджигали, поганили стены нелицеприятными надписями — руководители РКЦ уже сбились со счета.

— Мы уже устали ремонтировать это несчастное здание. Оно и так досталось нам в “убитом” состоянии. Привели его в порядок. Но националистам же неймется! Один раз здание просто чудом не сгорело дотла. Шутка ли, бросили в окно подожженную веревку, — сетует замдиректора РКЦ Сергей Евсеев.

Все, что связано в истории Украины с русскими, вытирается сегодня из памяти и сознания. Вытирается — в буквальном смысле слова: на памятнике Ивану Подкове, герою борьбы русского, украинского и молдавского народа против турецких поработителей, слово “русский” просто убрали. Вместо него на монументе теперь рельефная подковка.

Памятники — вообще отдельный разговор. От символов советской эпохи начали избавляться сразу же после развала СССР. Остался разве что холм Славы — мемориал воинам, павшим во Второй мировой. Это одно из излюбленных мест глумления для молодых националистов. Недавно вандалы испоганили ограду холма. Хорошо, что сам монумент не снесли.

— И с ним ведь хотели расправиться, но мы отстояли, подняли настоящую бучу. Но вот надолго ли? Мемориальный комплекс нужно реставрировать, а денег на пережиток СССР не выделяют. То ли дело памятники ОУН-УПА. Их содержание прописано в бюджете. Надо видеть, как за ними ухаживают. Больно и обидно за то, что сейчас происходит на Украине. И памятники им воздвигают, и денег выделяют больше, чем всем остальным ветеранским организациям. За какие заслуги? Не боюсь говорить, что сегодня Украина верным путем двигается к фашизму. Только что руки с криком “хайль!” пока не вскидывают… — делится со мной наболевшим председатель Львовской областной организации ветеранов ВОВ, герой Соцтруда Тимофей Маханек.

Письменный стол Тимофея Андреевича весь завален бумагами и книгами: ветеран не перестает писать статьи в киевские газеты о том, какой беспредел происходит на Западной Украине. “Мне через два года стукнет 90 лет, но отдыхать некогда. Надо бороться с этим безобразием — с национализмом. Я всегда говорил и писал на украинском, но когда к власти пришли националисты со своей дикой политикой, я им назло стал говорить и писать только по-русски. Это мой личный протест”, — рассказал пенсионер.

Статуя Степана Бандеры гордо возвышается в центре города, все равно что Ленин когда-то. У подножия монумента лежат свежие цветы. Поговаривают, что когда в начале 90-х в селах на Западной Украине начали ставить первые бюсты Бандеры, селяне их взрывали… Видимо, памятуя об этом, у изваяния Степана Бандеры во Львове выставили наряд милиции, который дежурит круглосуточно. Чтобы, не дай бог, не осквернили память о национальном “герое”.

О школах и “москалях-голодранцях”

Националисты очень трепетно относятся к воспитанию и образованию молодой поросли. Особое внимание — к средней школе. Взять хотя бы песенный конкурс “Сурми звитяг”, посвященный воспеванию украинской воинской доблести, а конкретнее — “подвигам” воинов УПА.

— Конкурс “Сурми звитяг” проходит среди школ ежегодно. Участие в нем обязательное, неважно — украинская школа или русская. Когда мы услышали, какие песни подготовили наставники украинских гимназий со своими учениками, мы дар речи потеряли. Как вам такие строчки: “Прилитив комарик вранци покусати москалив-голодранцив”? Подумать только, этому учат в школе! — рассказывает Елена, молодая учительница истории из русской школы.

Воспитанная в русской семье, Лена даже не подозревала, что в один момент русские люди станут вторым сортом на независимой Украине. Она вспоминает, как во время “оранжевой революции” в стекла русских школ националисты бросали камни за то, что учителя не хотели вести детей на митинги в поддержку “оранжевых”. “Мало кто знает, что тогда во Львове оголтелая толпа насмерть задавила четырех человек. Этот эпизод “революционеры” почему-то умолчали, не хотели замараться. Но это было на наших глазах. Какое счастье, что мы уберегли детей!”

Сейчас во Львове осталось всего пять русских школ. И то некоторые уже на грани выживания. “Мы постоянно бьемся за их существование. А в маленьких городках в области просто ужасное положение — нет русскоязычных СМИ, нет школ, нет русской православной церкви. Во Львове и то только одна церковь у нас есть, хотя прихожан очень много. Построить еще одну городские власти не дают места. Вообще, конечно, мы здесь как изгои. На руководящих должностях, например, русских нигде нет, — жалуется Сергей Евсеев. — Сегодня русский язык на Западной Украине знают благодаря детективам российских писательниц. Эта литература здесь пользуется популярностью”.

Школа №45 во Львове — один из немногих бастионов русской культуры на Западной Украине. Здесь все называют ее “пушкинской”. Директор школы Владимир Кравченко, как он сам говорит, “все делает для того, чтобы дети не забывали, кто они, чтобы не понаслышке знали о русской литературе и о таком явлении, как Александр Сергеевич Пушкин”. Детей из русских семей сюда возят со всех концов города. Да и многие украинские родители отдают своих чад в 45-ю школу — очень сильную базу знаний дают здешние учителя.

Учительница русского языка и литературы проводит мне экскурсию по своему классу. И вдруг — крик души: “Сил уже нет все это терпеть. К нам как к собакам относятся. Русских здесь всегда не любили, сколько я здесь живу, еще при СССР сюда переехала. Вышла замуж за хохла… Но не до такой же степени! Я бы хотела, чтобы Россия этим националистам перекрыла газ, совсем, чтобы они подумали, что творят. Ради этого я готова сидеть в холоде и стучать зубами…”

Случайная смерть или атентат?

Сын командующего Украинской повстанческой армии Романа Шухевича Юрий Шухевич — ныне политик, возглавляющий партию “Украинская национальная ассамблея” (известна как УНА-УНСО). Персона в городе очень уважаемая. Ему во Львове — везде зеленый свет, все проблемы Юрий Романович может решить одним звонком — такое у меня сложилось впечатление. Еще бы, ведь и его самого, и его отца  президент Ющенко наградил званием Героя Украины.

Кто не знает, Роман Шухевич — соратник Бандеры, руководитель батальона СС “Нахтигаль”, участвовавшего вместе с фашистами в карательных акциях против мирных жителей 30 июня 1941 года, когда немцы вошли во Львов. Говорят, за эти заслуги национал-социалисты наградили его аж двумя Железными крестами. К слову, у Адольфа Гитлера и то был только один…

Я встретилась с сыном Шухевича в квартире-офисе на улице Генерала Чупрынки. Хозяин любезно предложил чай-кофе, спросил, можно ли в моем присутствии закурить… Наш разговор постоянно прерывался звонками. “Пани Галя, зараз не можу, в мене корреспондент”, — жизнь у Шухевича кипит. К моему большому удивлению, узнав, что я журналист из Москвы, Юрий Романович сразу же перешел на русский язык. Национализм национализмом, а пиар пока никто не отменял…

— ОУН-УПА боролась за освобождение Украины от советской власти. Никакой помощи фашистам не было. Это в России существуют стереотипы благодаря некоторым нашим политикам. Разве могла УПА существовать в подполье до 1956 года, если бы не поддержка народа? — заявляет потомок новоиспеченного героя Украины. О сталинском режиме он хорошо осведомлен — половину своей жизни Юрий провел в советских лагерях как сын предателя. Из тюрьмы вышел только в 80-х… А вот о деяниях отца помнит скорее по рассказам…

— Если не было связи с Гитлером, за что Роману Шухевичу дали два Железных креста Германии? — спрашиваю я в лоб.

 — Это брехня. Где вы это берете? В архивах вермахта перечислены все награжденные Железным крестом, от рядового до генерала. И единственный украинец, который там указан, — Лопатинский. И вообще ни в чьих наградах мой отец не нуждается. С Романа Шухевича брали пример Че Гевара и Хо Ши Мин.

— А почему такое негативное отношение к русским, почему их называют “клятыми москалями”?

— Ну да, называют “клятыми москалями”. Но, слушайте, им здесь очень даже вольготно живется…

О “вольготной жизни” ветеранов войны и русских школ во Львове я уже говорила. Еще “вольготней”, похоже, живется историкам, не согласным с ныне официальной версией о героическом прошлом повстанческой армии…

Книга историка и публициста Виталия Масловского “С кем и против кого воевали украинские националисты в годы Второй мировой войны” рассеивает все сомнения о сотрудничестве членов ОУН-УПА с фашистами. Автор не голословными обвинениями, а с помощью архивных документов и воспоминаний, написанных самими националистами, доказывает их преступления. И сотрудничество с фашистами, и участие в массовой казни мирного населения. В книге, например, приводятся обращения Степана Бандеры, которые распространялись во Львове, когда немцы вошли в город. “Народ! Знай! Москва, Польша, мадьяры, жиды — это твои враги! Уничтожай их!” — пестрела призывами одна из афиш. А вот другая: “Ляхов, жидов, коммунистов уничтожай без милосердия, не жалей врагов украинской народной революции!”

Украинские издательства отказывались печатать скандальную книгу — боялись “получить по шапке” сверху. С помощью Русского культурного центра труд на украинском языке издали в Москве — тиражом всего 1000 экземпляров. А через несколько месяцев после выхода своего детища Виталий Масловский умер при загадочных обстоятельствах. Писателя нашли мертвым в подъезде его дома во Львове. Якобы историк ни с того ни с сего перевалился через перила и, пролетев несколько этажей, разбился. Родственники публициста и руководители РКЦ обратились в милицию: слишком странной была кончина Масловского. Но в возбуждении уголовного дела отказали. Близкие историка считают, что его внезапная смерть могла быть актом атентата. “Атентат — это что-то вроде джихада по-бандеровски”, — объясняет мне Сергей Евсеев, много лет посвятивший изучению националистического движения на Украине.

“Москаликов” съедают под вечер

“Бандеровщина” во Львове — не только национальный дух, но и неплохой бизнес… Площадь Рынок — сердце Львова, во многом похожа на Старый Арбат в Москве. На этой площади прямо напротив городской ратуши на первом этаже жилого дома находится кафе “Крыйивка” (“крыйивками” назывались схроны, в которых прятались в годы подполья члены ОУН-УПА). Если не знать точно, где находится это заведение, никогда в жизни его не найдешь. Дорогу знают только свои. Мне скандально известное местечко показали местные жители.

Вхожу в дом, передо мной большая деревянная дверь. Стучу. В двери открывается маленькое окошко — через него охранник с нацеленным автоматом спрашивает у меня пароль. “Слава Украине”, — я заранее подготовилась к походу в бандеровское кафе. “Героям слава!” — слышу подтверждение, и меня впускают в “Крыйивку”. Не успеваю опомниться, как охранник протягивает мне стопку с медовухой со словами: “Надо выпить, чтобы проверить, не коммунистка ли, не жидовка, не москалька”. Пытаюсь вежливо отказаться: мол, не пью крепких напитков. Но по грозному взгляду охранника понимаю, что иначе в кафе не попасть.

Ресторан работает круглосуточно, однако отбоя от посетителей нет в любое время. Столы здесь заказывают заранее. Но мне повезло — как раз освободился столик. Спускаюсь в подвальное помещение и попадаю наконец в настоящий “бандеровский схрон”. Кафе в стиле деревянного сруба увешано плакатами с изображением Бандеры, Шухевича и других членов ОУН-УПА. Тут же плакаты с изображением свастики. На полках под потолком железные каски, гранаты, наганы и автоматы. Можно взять оружие с полки и пострелять по дереву возле барной стойки. Денег за это не берут… От пальбы у меня закладывает уши, а в соседнем зале раздаются мужские крики: “Ну шо там? Москалей вже вбывають?” Атмосферка что надо, “дружелюбная”. Официант в характерной форме не то немецкого офицера, не то украинского повстанца приносит меню а-ля боевой листок. На пятнадцати страницах — богатейший ассортимент. “Сало кошерное по-гайдамацки” — на закуску, “москалики пьяные карасевидные” — на горячее, гречневая каша “Будни вермахта” в качестве гарнира.

Все сорок минут я чувствовала себя  как партизан, оказавшийся во вражеском тылу. А меню “Крыйивки”, которое можно приобрести за определенную сумму в качестве сувенира, знакомые теперь дербанят на части. Кроме меню в кафе можно купить книги и диски об ОУН-УПА, обеденный набор повстанца (вилка, ложка, нож) и даже “лимонку”…

Год от года все национальней

Широким празднованием 65-летия Украинской повстанческой армии и 100-летия со дня рождения ее командующего Романа Шухевича Украина отметила 2007 год. Но наступивший 2008-й обещает быть на “незалежной” не менее ярким.

1 января 2009 года страна готовится встретить очередную знаменательную дату — 100-летие со дня рождения главного ОУНовца Степана Бандеры. В честь этого уже в трех областях — Львовской, Тернопольской и Ивано-Франковской — нынешний объявлен годом Бандеры. Но и этого мало. Президенту предложили объявить год Степана Бандеры по всей Украине. Дескать, что ж только в отдельных областях, пусть везде чествуют “освободителя”.

Президент пока думает. Есть на повестке дня и другие вопросы. К примеру, признать советский период годами оккупации Украины. С таким предложением с пару месяцев назад обратилась Служба безопасности Украины. Что это? Фашизм или маразм?

Львов—Москва.




Партнеры