Тот, чей преемник — Путин

“МК” подвел итоги премьерства Виктора Зубкова

5 мая 2008 в 19:16, просмотров: 702

Дни правительства Виктора Зубкова, возглавлявшего до прихода в премьерское кресло финразведку, сочтены. Последний премьер президента Путина готовится передать экономику страны в “хорошие руки”. В Белом доме сейчас меняется не только интерьер здания вкупе с набором и рассадкой его обитателей. Меняется эпоха.
Бывший финансовый разведчик стоял у руля недолго, но запомниться успел. Тем, что поначалу был принят за преемника. Назначен “швейцарскими часами”. Требовал не обманывать себя “вокруг пальца”. Было ли за шумом дело, попытался разобраться “МК”.

 “Слуга царю, отец солдатам”

Любимчиков, как говорят в окружении, Зубков себе так и не завел. Сегодня критикует — завтра хвалит. Но все же некоторых подчиненных выделял особо и чаще других звал на “рандеву”.

— Он больше доверял Голиковой, с которой был знаком по Минфину, — рассказывает чиновник из ближайшего окружения Зубкова. — Не менее хорошо относился к Набиуллиной и поддерживал ее в спорах с Кудриным. Также Зубкову импонирует неформальное отношение к работе Козака. У того в запасе всегда было множество идей. Хотя от их обилия порой и страдала подготовка документов: Козак их делал “с колес”.

В общем, особым доверием удалось заручиться новобранцам в правительстве, которые вошли в его состав уже при Зубкове. Впоследствии те же чиновники были включены премьером в “великолепную четверку”, во главе которой тот выезжал в регионы. Из “старичков” в круг доверенных лиц попал Игорь Левитин — и это несмотря на то, что был не раз публично отчитан за “простои” в борьбе с одной из главных российских бед.

Об отношениях премьера с подчиненными “МК”, впрочем, слышал не только позитив. Недоброжелатели, к примеру, говорят, что тот же всесильный Кудрин начал просто-напросто задвигать в долгий ящик поручения премьера. Например, согласно одной из “баек”, Зубков как-то раз решил устроить у себя совещание по судьбе бывшего Стабфонда. Но Кудрин взбрыкнул: пока не переговорю по этому вопросу с Путиным, никакие совещания не нужны. И премьер капитулировал. “Бунт на корабле” выплескивался и на публику. Зубков не раз критиковал Минфин за неэффективную исполнительскую дисциплину. Недавно он сказал, что треть заданий “исполнены с нарушением первоначально установленного срока”. И на заседаниях правительства Зубков не раз нападал на некачественные документы, в который раз подсунутые ему Минфином в сыром виде.

В аппарате правительства отрицают какой-либо демарш со стороны шефа Минфина. Все-таки Кудрин — опытный чиновник, известный рассудительностью. Он не пошел бы напролом против главы правительства, который, между прочим, для Путина — “свой человек”. С мнением “краснопресненского авторитета” Зубков, как рассказали “МК”, всегда считался.

А от экспертов — “двойка”…

О негласной “забастовке” правительственных чиновников, охваченных “чемоданными настроениями”, не написали разве что правительственные издания. В обществе последние месяцы активно создавался негативный настрой по поводу работы зубковского кабмина. Даже депутаты Госдумы в качестве одного из аргументов скорейшего утверждения Путина премьером фактически назвали паралич нынешнего правительства. Якобы кабмину срочно нужен новый начальник: междуцарствие затянулось. А ведь совсем недавно эта “группа товарищей” практически в едином порыве утвердила Зубкова…

Экспертное сообщество тоже не лучится радостью по поводу эффективности работы правительства.
— Правительство Зубкова не смогло стать единым механизмом. Оно потонуло в межклановых, межведомственных и личных разборках, — заявил “МК” д.э.н. Никита Кричевский. — В борьбе с главной бедой — инфляцией — оно не только не смогло выработать согласованный план мер, но и даже прийти к единому мнению о ее природе. Эти люди за полгода умудрились не сделать ничего существенного. Любая хорошая инициатива обрастала тонной согласований, и рациональное зерно выхолащивалось.

Менее резко, но тоже со знаком “минус” оценил работу кабмина Зубкова заместитель директора Института социальных систем Дмитрий Бадовский, объяснивший неудачи переходным статусом правительства. “Из-за этой специфики оно не имело возможности системно реагировать на главные угрозы — развитие мирового финансового кризиса, ускорение инфляции, — считает политолог. — Работа кабмина скорее была функционированием в текущем режиме. Он ориентировался на замораживание, а не решение проблем (возьмем пресловутую заморозку цен). Стратегические вопросы не решались. Когда Путин заявил, что готов стать премьером, кабмин окончательно перешел в инерционный режим”.

Директор Института социальной политики и социально-экономических программ Сергей Смирнов оценил организаторские способности Зубкова на “двойку”: “Правительство Зубкова старалось не быть самостоятельной политической силой — выполнять скорее технические, а не политические функции. В ответ на окрики премьера министры покивают головами на очередном заседании — и этим дело ограничится. Кудрин, не оборачиваясь на Зубкова, продолжил проводить свою политику”.

“Больше внимания, чем в предшествующий период, стало уделяться исполнительской дисциплине”, — отдает должное руководитель экспертной группы при Минфине Евсей Гурвич. Однако существенных дисциплинарных успехов эксперт не увидел. Кроме того, он отмечает попытки Зубкова зарегулировать экономику страны и вообще явное усиление административного подхода.

“Ушел в сумрак”

Правительственные чиновники не блистали сверхрезультативностью во все времена. Виной, конечно, архаичная система управления, которую в один миг не перестроить. Ведь невозможно же “смастерить” пресловутые нанотехнологии с помощью кувалды! Но достойно ли “временное правительство” Виктора Зубкова обвинений во вселенской неэффективности, от которой исполнительную власть теперь якобы избавит Путин?

Зубков, конечно, не свернул горы. Он бы и не успел просто физически. Но реальная работа кабмина шла негласно — за закрытыми дверьми. Она заключалась не в окриках и “пинках” от премьера, сведения о которых долетали до аудитории в пересказе СМИ. “Зубков всегда был хорошим менеджером”, — уверен его помощник. Но идеальным публичным деятелем при этом не был. Из-за чего отчасти и поплатился.

Премьер ведь не имел опыта работы в публичной сфере. В отличие от того же Фрадкова — международного дипломата, для которого “разговорный жанр” был и хобби, и профессией. А потому он порой не всегда успевал заранее продумать эффект от сказанного. Так было со “вставлением зубов” трактористам и другими первыми опытами публичной деятельности премьера, которые чуть ли не с издевкой смаковала пресса. Зубков даже сделал неосторожное политическое заявление: он не исключил, что выдвинется в президенты. Вероятно, решив, что эксперимент в публичной сфере не удался, премьер приступил к постепенному “уходу в сумрак”. Закрыл заседания правительства, практически избавил (по сравнению с предшественником) от своего общества журналистов. Пресс-конференции во время поездок были заменены на сухие заявления для СМИ (“Мы не закрываем правительство от прессы, мы упорядочиваем работу со СМИ”, — не согласны с этой точкой зрения в пресс-службе Зубкова). Говорят, что такие непопулярные шаги делались “под Путина”, чтобы тому не приходилось заниматься “черной работой”. Однако “степень публичности” премьера начала уменьшаться еще задолго до вести о переезде ВВП.

Как бы то ни было, Зубков всецело сосредоточился на работе, которая публике была “как будто не видна”. В частности, была сдвинута с мертвой точки лесопереработка — в этой области появились реальные проекты, и уже сейчас ясно, что поток отправляемой на экспорт необработанной древесины серьезно уменьшится. Наконец свершится также и то, о чем говорили не один год: меньше чем через месяц состоится открытие товарно-сырьевой биржи, где будут определяться справедливые цены на многие товары. Борьба со скрытой торговлей станет частью кампании, развернутой властью против неумеренного подорожания продукции.

Именно инфляция стала главным вызовом для уходящего кабмина — бедой, на которую пришлось реагировать оперативно. Новости с аграрного фронта удручали, как сводки Совинформбюро осени 1941 года. На Сахалине “намылились” продавать хлеб по карточкам. Производители, в свою очередь, взвыли из-за “заморозки” цен, которой правительство без особого успеха пыталось хоть как-то облегчить жизнь малоимущим (“Морозилка у них не выросла!” — добавлял масла в огонь лидер КПРФ Геннадий Зюганов)…

Зубкову досталось непростое время — и вдобавок груз ошибок действующих и ушедших чиновников, рулящих страной. Раньше для обуздания инфляции достаточно было менять курс рубля к доллару. Но теперь все усложнилось: резко пошли вверх цены на зарубежные продукты, а Россия окончательно попала во власть импорта.

— Инфляция — системное упущение, — говорит один из советников премьера. — Мы оказались не готовы к вызовам. Зубков же настаивал именно на системном подходе. Сам выезжал в регионы, где знакомился с ситуацией на месте. По два совещания проводились еженедельно. Этот режим вылился в создание рабочей группы под управлением Гордеева. Чтобы согласовать монетарные и немонетарные меры, дело было доверено Кудрину. Его рабочая группа пока тормозит.

Премьер-громовержец

Если б в Белом доме вдруг вздумали провести конкурс на самого дотошного и придирчивого премьера в истории страны, с большим отрывом победил бы Виктор Зубков. Мелочность в данном случае отнюдь не порок. Ведь умением забалтывать проблемы наши чиновники отличались во все времена.

Давнишние обитатели Белого дома твердо могут сказать: таких ярых поклонников конкретики в здании на Краснопресненской доселе не водилось. Предположим, подсунут Зубкову очередную нетленку в стиле “космические корабли бороздят просторы Большого театра”. Премьер кричать и топать ногами не будет. Но спуску не даст — потребует переделать документ.

Зубков изобрел целую уйму способов не давать подчиненным расслабляться. Министры с начала года стали отчитываться о работе своих ведомств публично — на заседаниях правительства. А перед каждым заседанием правительства стал проводить совещания по их подготовке. На этом не успокоился: создал отдельный департамент по контролю, которому повелел засесть за инвентаризацию всех залежавшихся поручений.

Подчиненным пришлось смириться с новыми порядками. При этом ускориться и повысить качество подготавливаемых документов. “Аппарат правительства оживил и углубил свою работу”, — утверждает один из ближайших помощников Зубкова. Но мы не успеваем договорить — звонит сам премьер. Долго выясняет тонкости предстоящего совещания. Помощник тут же “ставит на уши” сотрудников аппарата. И так — каждый день.

— Зубков не тот человек, который воспитывает подчиненных при помощи публичных взбучек. Это не его стиль, — рассказывает один из сотрудников аппарата. — А вот частые вызовы “на ковер” по различным рабочим моментам — другое дело.

Так что единственным реально “пострадавшим” от публичных нагоняев Зубкова стал только один чиновник. Жертва дисциплинарного эксперимента — руководитель Департамента экономики и финансов правительства Антон Дроздов. Он был “вычислен”, пусть и ошибочно, Зубковым как главный виновник очередной затяжки с выделением средств, когда деньги не дошли до пострадавших от землетрясения в Невельске. Туда, на Сахалин, и был “сослан” Дроздов.

Эксперимент, правда, анонимно запороли чиновники из Минфина: они рассказали журналистам, что Дроздов к невельскому безденежью имел весьма опосредованное отношение. Но с Зубковым спорить никто не решился: а вдруг “сошлет” за компанию?

Народ не согласен!

Что бы там ни говорили эксперты, простому населению Зубков понравился. Симпатии к этому правительству, согласно опросам “Левада-центра”, традиционно испытывали всегда менее 40%. В декабре 2007 года Белый дом был уже интересен 53%. Последние же замеры показали, что деятельность правительства одобряют 60% граждан.

Пока заседания были открытыми, в некоторых рейтингах Зубков теснил даже президента! Например, по данным ФОМ, за последнюю неделю сентября высказывания Зубкова запомнились и понравились 16% телезрителей, а слова Путина — всего 12%. В обществе, как объяснили социологи, сильна ностальгия по брежневскому стилю управления. По мнению Сергея Смирнова, Зубков затронул душевные струны в первую очередь старшего поколения.

…“Добрый дедушка”, “второй Брежнев”, “злой следователь”, “путинские “швейцарские часы”… Это лишь некоторые амплуа, которые успел перепробовать Виктор Зубков — пожалуй, самый нежданный-негаданный российский премьер, который всегда демонстративно предпочитал социалку макроэкономике. “Кто посмел поручения президента корректировать?!” — бушевал он, метая молнии в пользу пенсионеров, работников детских садов, жителей неотапливаемых домов…

Но основные “дивиденды” Зубков собрал при помощи поездок по стране. Прогремев с обещанием перевести на “ручное управление” регионы и погонять по необъятной стране министров, Зубков отправился изучать жизнь глубинки. Премьер одаривал бабушек и детей конфетами, распивал чаи с гражданами, совершал спонтанные выходы в массы. Например, во время визита в Астрахань неожиданно для окружения зашел в аптеку — подбодрить льготников. “Копирует стиль Путина”, “ведет себя как преемник”, — тут же заладили политологи. “У него совсем не было преемнических амбиций”, — пожимают плечами помощники Зубкова. Премьер просто “наводил мосты” к населению. “Был у нас дедушка Ленин — теперь будет дедушка Зубков”, — шутил депутат Госдумы Александр Хинштейн.

Надо отдать должное: премьерские десанты в регионы приносили реальные плоды. Например, поднимались зарплаты тем категориям работников, в которые “ткнул пальцем” Зубков. Однако “точечными ударами” по отдельным российским бедам всей стране помочь невозможно…

* * *

…Белый дом уже живет Путиным. По этажам снуют груженные папками чиновники вперемежку с ремонтниками, из Кремля постепенно дрейфует центр силы. Все на иголках. “Чиновник, как и самурай, должен быть готов к смерти в любой момент”, — подбадривает собратьев замминистра экономического развития и торговли Станислав Воскресенский. Ему увольнение явно не грозит. Он стал первой “ласточкой” в великом переселении кремлевцев.

Жутко переполошились журналисты. О роскоши, готовящейся в Белом доме для Путина, ходят настоящие мифы и легенды. Вплоть до того, что чуть ли не “на руинах” премьерской зоны, из которой на третий этаж выселен Зубков, строится бассейн или на худой конец теннисный корт. “Ничего из этого не будет”, — смеются в пресс-службе. Будет — функциональность и современная техника. Например, раньше премьеры вели конференции с регионами дедовским способом — по телефону. Теперь наступит XXI век — начнутся видеоконференции.
Останется ли в правительстве место для Виктора Зубкова? Согласно многочисленным утечкам, он станет первым вице-премьером и продолжит держать в руках страну. Грядущим назначением и будет поставлена самая главная оценка Зубкову.

ОПРОС “МК”

Зачем Путину понадобилось назначать Зубкова премьером?

Сергей СМИРНОВ, директор Института социальной политики и социально-экономических программ:

“Фрадков “слетел” из-за того, что делал попытки стать слишком самостоятельной фигурой, стараясь приобрести политический вес. В качестве премьера нужен был исполнительный человек, без амбиций”.

Никита КРИЧЕВСКИЙ, доктор экономических наук:

“Зубков был выбран Путиным, чтобы восстановить баланс во власти. Дело в том, что Фрадков стал давать крен в сторону силового блока, все больше ориентируясь на его рекомендации”.

Дмитрий БАДОВСКИЙ, заместитель директора Института социальных систем:

“Зубков был использован для отвлекающего маневра в операции “Преемник”.

ЦИТАТНИК УХОДЯЩЕГО КАБМИНА

Виктор ЗУБКОВ, премьер-министр:

“Каждый гражданин нашей страны ежедневно, три раза в день, подходит к столу, чтобы питаться. А некоторые и почаще подруливают!”

Дмитрий МЕДВЕДЕВ, первый вице-премьер, избранный президент*:

“Я вечерами мед ем. У меня фамилия такая, что я обязан его есть”.

Сергей ИВАНОВ, первый вице-премьер:

“Да, все правительство сейчас уйдет в отставку, но никто по этому поводу не комплексует — дело житейское, дело привычное”.

Алексей КУДРИН, вице-премьер, министр финансов:

“Мы шутили, сколько у нас было отставок. Больше всего их оказалось у главы МЧС Сергея Шойгу — на его счету 20”.

Алексей ГОРДЕЕВ, министр сельского хозяйства:

“Эти ножницы должны выстрелить!”

Александр СОКОЛОВ, министр культуры и массовых коммуникаций:

“Выходишь на какую-то дорогу и понимаешь: по ней только что прошло большое стадо. Дорога скользкая и с явно выраженным запахом. Поэтому нужно ее пройти и не поскользнуться самому. Вот это моя задача”.

*Сказано в период до избрания.



Партнеры