Сгоревший заживо продолжает жить

Украинские врачи чудесным образом спасли парня из Санкт-Петербурга

30 июня 2008 в 18:02, просмотров: 423

Премию “Призвание”, учрежденную Министерством здравоохранения РФ, получила на днях интернациональная бригада врачей, в которую входили медики из Донецка. Этим людям удалось сделать невозможное: спасти подростка, получившего ожог 98% поверхности тела. В Москву на вручение премии отправились руководитель Ожогового центра Института неотложной и восстановительной хирургии им. Гусака АМН Украины Эмиль Фисталь и заведующий лабораторией клеточного и тканевого культивирования ИНВХ Андрей Попандопуло… “МК” расспросил врачей о совершенном чуде.

Несчастье случилось в январе 2007 года в Питере. 16-летний Джасурбек Хандамов вбежал в баню в тот момент, когда там вспыхнул огонь. За несколько секунд он сгорел практически полностью: уцелела лишь тонкая полоска кожи, защищенная плавками. Парню постепенно удалили все обожженные участки кожи, чтобы продукты распада не всасывались в кровь и он не погиб от интоксикации, а оголенные ткани прикрыли лоскутами из кожи свиней. Пересаживать собственную кожу приходилось с того лоскутка ткани, который остался неповрежденным, — снимали, дожидались, пока кожа восстановится, и снова снимали с уже заживших участков. Но состояние парня не улучшалось, четыре раза у него останавливалось сердце, развилась легочная и почечная недостаточность. Четыре месяца он провел на искусственной вентиляции легких.

— В определенный момент питерские врачи поняли, что сами не справятся с ситуацией. Они обратились к австрийцам, и те помогли специальными биологическими повязками, поддерживающими влажную среду, необходимую для формирования зачатков кожи. А со мной они советовались в плане тактики лечения, — рассказывает руководитель донецкого ожогового центра Эмиль Фисталь. — Для спасения подростка были использованы клеточные технологии, которые мы широко применяем в Донецке. По просьбе россиян мы передали в Северную столицу 30 доз фибробластов.

Суть метода в том, что в результате одной биопсии (взятия клеточного материала) можно в лабораторных условиях вырастить нужное количество тканей. Шесть месяцев Джасурбек провел в реанимации, а потом пошел на поправку. Для врачей это действительно была победа.

Кстати, феноменальным спасение питерского подростка Эмиль Фисталь не считает. Подобные чудеса его доктора совершают ежедневно, выхаживая обожженных малышей, пострадавших шахтеров… В надежде на спасение в донецкий ожоговый центр уже несколько лет подряд везут пациентов не только со всей Украины, но и из ближнего зарубежья. “Вот недавно пациент из Одессы поступил. Его ударило током, он потерял сознание и упал лицом на раскаленную лампу, которая к тому же еще и взорвалась… Слава богу, пострадавшего можно было транспортировать”, — рассказывает профессор. Был и еще один уникальный случай: “Помню, парень у нас лежал, который получил 85% ожогов. Случилось это во время службы в армии. Так у него даже суставы на ногах начали рассасываться. Но и его удалось вылечить. Сейчас он военком, подполковник. Мы с ним частенько перезваниваемся!” — вспоминает Фисталь.

После спасения Джасурбек проходил реабилитацию в Бостонском ожоговом центре в США. В настоящий момент молодой человек сдал выпускные экзамены в школе и собирается поступать в СПбГУ на факультет международных отношений. Он бегает, слушает музыку, радуется жизни и солнцу. С теми, кто вытащил его из лап смерти, он смог познакомиться уже на сцене во время вручения премии. “Мы, конечно, перекинулись парочкой словечек”, — улыбается Эмиль Фисталь. По его словам, результатом работы, питерских врачей и своей, он более чем удовлетворен: “У парня, конечно, на шее я заметил рубцы. Но думаю, несколько реконструктивных операций — и лечение можно будет считать полностью завершенным!”

Не могли мы не поинтересоваться у руководителя ожогового центра и задумками на будущее. “Сейчас хотелось бы определить стволовую клетку, чтобы можно было ее ввести в вену и стимулировать процессы репарации, то есть заживления, изнутри. Это было бы большим подспорьем в тех случаях, когда организму для заживления не хватает собственных ресурсов”, — заключил Эмиль Фисталь.



    Партнеры