Секреты Сталина спрятаны за забором

Репортер “МК” побывал на секретной даче генсека, где с момента его смерти ничего не изменилось

5 августа 2008 в 16:55, просмотров: 5388

Сталинская эпоха ушла — ее тайны остались… Корреспонденты “МК” побывали в местах, которые некогда были строго засекречены: в бункере Вождя народов и на “ближней” даче в Кунцеве. В распоряжение “МК” попала аудиозапись страшных подробностей строительства секретного объекта в Куйбышеве. А в кунцевской резиденции Сталина, как выяснилось, до сих пор исправно работают даже радиолы, которыми пользовался генсек…

Простых смертных, побывавших здесь, можно пересчитать по пальцам. “Ближняя” дача “вождя народов” в Кунцеве со дня его кончины ни на минуту не прекращала оставаться предельно закрытым объектом. Неудивительно, что это место по-прежнему овеяно легендами и тайной. Корреспондент “МК” побывал на даче Сталина и узнал, что прятал здесь генсек от чужих глаз.

Сворачиваем с Кутузовского проспекта, и через минуту мы уже у цели. Кратчайший путь от Кремля до дачи занимает ровно 12 минут. Потому Сталин и называл дачу “ближней”. За высокими елями ее даже не видно. Да и как заметишь, если и дом, и шестиметровый забор точно такого же цвета, как листва деревьев.

— Хозяин любил зеленый цвет. Может, потому что он маскировочный… — говорит мой проводник. — Дачу из-за этого еще называли “зеленой”.

Мы минуем охрану и оказываемся за воротами. У меня вырывается восхищенный вздох. Красотища неописуемая! Даже не верится, что это чудо расположено практически в самом центре Москвы. Шум мегаполиса сюда не проникает, потому тишина царит первозданная. Но я испытываю суеверный страх. Время здесь словно остановилось, “законсервировав” дачу, — на ней ничто со дня смерти генсека не менялось.

Грибница генсека

— Лишь ограниченное число чиновников и личная охрана знали, где располагалась дача, — говорит генерал-майор КГБ СССР Николай Новик (в 1952-м возглавлял одно из подразделений МГБ СССР). — На карте это место никак не обозначалось. Маршрут от Кремля до “ближней” был один. Но генсек, боявшийся покушений, однажды приказал охране поехать другим путем. Дело было зимой, дорога оказалась неподготовленной, и машина Сталина завязла в снегу. Он тогда строго сказал: “Вы меня под пули возите. У вас только один маршрут”.

— Слышала, что вокруг дачи был какой-то необычный забор…

— Да, двойной. Один внутренний, другой — внешний. Между ними еще во время строительства дачи сделали деревянный настил. Как раз на нем несли службу полтора десятка постовых. Здесь также было шесть постов, оборудованных телефонами. На каждом дежурили по два хорошо вооруженных офицера. Ночью периметр дополнительно обходили несколько охранников с собаками. За все время не было ни одного несанкционированного проникновения и тем более нападения на объект.

…Гуляю по дачному “участку” размером аж больше 20 гектаров. Да здесь заблудиться можно! Даже не верится, что когда-то на этом месте была пустошь, и только во время строительства дачи высадили 70 тысяч деревьев.

— Жаль, что не сезон, а то бы мы вас яблочками угостили, — говорят сотрудники ФСО, провожая к пруду. — Они здесь вкусные, таких нигде нет. И грибниц тут полно — их специально для Сталина высаживали.

Трудно представить Иосифа Виссарионовича мирно, по-крестьянски собирающим грибы-ягоды. Но еще сложнее — ласково разговаривающего с белками, которых здесь множество. Для них есть даже специальные кормушки.

Иду в роскошный сад, полный цветов. Особенно много их возле дома. Старожилы рассказывают, что Хозяин (здесь Сталина называют исключительно так) сам любил рвать цветы и даже самолично составлять букеты. Расставлял их в вазы, стаканы и даже фужеры в разных комнатах. Флорист из него, говорят, был неплохой... Часто провожая гостей, просил их подождать минутку, уходил в сад и возвращался с букетом для каждого. Некоторые этому поступку так дивились, что долго не могли прийти в себя, а потом цветочный подарок вождя засушивали и хранили не один год.

Вешалка для вождя

Передо мной главный дом — милый двухэтажный особнячок с колоннами на входе.

— Проект разработал архитектор Мирон Мержанов, — говорят работники, обслуживающие сегодня дачу. — Строительные работы на даче вели спецподразделение НКВД и московская фабрика “Люкс”. Со всех городов собрали лучших краснодеревщиков и отделочников.

Открываю дверь и попадаю в просторную прихожую. По обеим сторонам внушительные вешалки. Правая для посетителей, левая — для Сталина. Когда гостей было много, приносили другие вешалки — никто не смел пользоваться хозяйской. В прихожей Сталин обычно брился — вернее, его тут брил парикмахер. На стенах висят карты. На одной из них Сталин синим карандашом обвел Сталинград. Судя по всему, было это как раз во время Сталинградской битвы.

Из воспоминаний:

“…офицер принес донесение, что Сталинград освобожден. Сталин сказал ему: “Подождите” — и вышел из прихожей. Вернулся с бокалом коньяка и офицерскими погонами: “Выпейте, майор”. “Я не могу, я на службе”, — ответил растерявшийся капитан. Сталин улыбнулся: “Мы здесь тоже не хреновиной занимаемся. Пейте. Теперь вы — майор”.

Из прихожей двери ведут в Малую столовую, Большой зал и Вторую комнату. Названия им придумал сам Сталин и всегда поправлял, если кто-то называл их по-другому. Сталин хотел, чтобы дом был точь-в-точь как его кремлевская квартира. Потому стены комнат на половину их высоты декорировали дубом и карельской березой. А выше красили в светло-желтый или лимонный цвет. В каждой комнате — ковры, бронзовые люстры или бра, диваны, кресла, картины… Везде висят термометры — как и при Сталине, здесь сегодня поддерживают температуру от 18 до 22 градусов.

“Алло, Сталин слушает”

Малая столовая, пожалуй, самая уютная. 76-метровая, с большими окнами. Мой взгляд сразу же приковывает ковер. На нем Сталина нашли без сознания перед самой смертью. Этот ковер не меняли. Его только периодически вытряхивают и несколько раз чистили. Вокруг прямоугольного светло-коричневого стола, покрытого белейшей скатертью, 8 стульев.

— На котором из них любил сидеть генсек?

— Вот тут, с краю. Во главе стола он сидеть не любил. Кстати, тут же готовился к выступлениям, работал над “Кратким курсом истории ВКП (б)”. Обслуга всегда ставила сюда фарфоровую вазу для фруктов, остро отточенные карандаши, блокнот, глубокую пепельницу, в которую удобно класть трубку. Обратите внимание: пепельницы на даче в каждой комнате. Кроме папирос “Герцеговина Флор” Сталин курил гаванские сигары.

Прошу разрешения подняться на второй этаж на лифте. Работает, черт возьми! Глядя на витражи в форме пятиконечной звезды, невольно улыбаюсь. Аккуратно трогаю стекло на дверях — оно будто покрыто инеем. На втором этаже две большие комнаты — столовая и спальня. В одной из них жил Мао Цзэдун, когда приезжал в Москву. В первой комнате в глаза сразу же бросается сервант.

— Здесь была аптечка с разными лекарствами, которые выписывали Сталину кремлевские врачи, — просвещают меня здешние сотрудники. — А из этой посуды он ел и пил. С тех пор как он умер, практически ни одна тарелочка не разбилась. Долго время здесь был баяны, на которых играл Буденный. Сталин любил его слушать. Но когда Буденного перестали приглашать на дачу, инструменты убрали за ненадобностью. А это два книжных шкафа. Сталин много читал. Особенно любил Салтыкова-Щедрина.

Кнопки звонков есть без исключения в каждой комнате, а телефоны стоят только в Большом зале и Малой столовой. К генсеку входили только по его вызову. До войны здесь стоял даже городской телефон. Бывало, по ошибке по нему звонили посторонние. Сталин сердился и в конце концов приказал городской телефон убрать, а все остальные переключить на дежурных.

Но вот дошла очередь до святая святых — ванной комнаты. Да она просто огромная — 30 квадратных метров! Но без всяких изысков. В центре водонагреватель, ванная, унитаз, в углу кушетка. Есть здесь весы, вешалка для халатов, полка для различных принадлежностей. Ну вот, пожалуй, и все.

Кухня, комнаты сестры-хозяйки, горничных и официантов располагались в так называемом служебном доме. Здесь был даже кинозал и столовая для обслуживающего персонала. Впрочем, именно сюда сам Сталин иногда приходил смотреть новые фильмы.

Причуды Хозяина

В Малой столовой возле одного из турецких диванчиков — стул с электрическим чайником. Такие же чайники есть и в других комнатах. Зачем они здесь?

— Да ничего странного, — говорят здешние работники. — Сталин любил трудиться по ночам, и в это время он обслугу не будил, сам делал себе чай с лимоном. Резал лимон пополам и выжимал одну половинку с помощью соковыжималки. Сок добавлял в чай с ложкой-другой коньяка.

— А что вообще любил есть генсек?

— В еде он был довольно аскетичен. Обед обычно состоял из трех блюд — суп или щи на выбор, мясо или рыба и компот. На закуску иногда подавали селедку. Однако когда приезжали гости — столы преображались. Обеды превращались в роскошные пиры, на которых подавали цыплят, цесарок, перепелов, ребра барашка, сделанные на вертеле.

— Правда, что Сталин сам отстреливал дичь себе на обед?

— В Малой столовой действительно висели охотничьи ружья, в том числе винчестер, из которого он стрелял. Но стрелял по воронам, которые мешали работать. На “ближней” вообще дичь не водилась.

По записям, которые хранятся на даче, а также из воспоминаний обслуживающего персонала можно много узнать о причудах генсека. Однажды он выбросил все таблетки в унитаз. А когда почувствовал себя плохо, вызвал водителя и попросил его купить их в аптеке за городом: “Скажи, что это лекарство для твоей бабушки”. Когда начальник охраны спросил у офицера, какое задание тому дал Сталин, тот наотрез отказался отвечать. Больше всего поражает, в какие игры играл Сталин на даче со своей дочкой Светланой. Он называл ее хозяйкой, а себя — секретарем №1. Светлана писала ему приказы, оформляя по всем правилам. Среди них сохранился и такой: “Приказываю тебе взять меня с собой”. Сталин писал на них: “слушаюсь”, “покоряюсь”, “будет исполнено”.

Какую музыку крутят на “ближней”

В главном доме два камина, в том числе один — в Малой столовой, другой — в Большом зале. Первый — Сталин любил топить сам. Потому рядом всегда ставили банкетку с откидывающимся сиденьем, внутри которой были сухие березовые поленья. Лет пять назад решили камин затопить — в качестве эксперимента. На всякий случай попросили пожарных подстраховать… Слава богу, все обошлось!

Кстати, именно на этом камине в Малой гостиной Сталин любил с гостями делать шашлыки. Мясо жарили на мельхиоровых шампурах. Обычно генсек не выдерживал, глядя, как готовят его любимое блюдо гости: “Не умеете! Вот как надо!..”

— Вообще на даче практически все — рабочее, — уверяют меня. — И даже баня. Ее тоже недавно пробовали протопить. Хорошо разогревается, держит пар.  

На вид — обычная баня, отделанная деревом. Небольшой предбанник с бильярдным столом. Однажды генсек напугал охрану — не вышел из бани через положенное время- задержался на полчаса. Охранники сообщили министру госбезопасности Игнатьеву. Однако, как только начальник сталинской охраны и дежурный подошли к бане, чтобы взломать дверь, из нее вышел Сталин. Оказалось, он заснул.

Персонал дачи решился недавно включить старинную радиолу в Большом зале. Английский аппарат — подарок Черчилля. Радиоле больше чем полвека, но качеству звука позавидуют современные проигрыватели. Рядом с аппаратом всегда лежали пластинки, которые слушал Сталин. Практически на каждой его пометки. Вот, к примеру, на пластинке “Украинская народная песня” генсек карандашом написал “дрянь”. “Грузинский хор” получил чуть более лестный отзыв: “пустое”. Если запись Сталину нравилась, ставил на пластинке крестики. Чем больше крестиков, тем выше оценка вождя. На “Речи Ворошилова” их аж 5, на “Марше советских танкистов” и того больше — 7. “Русский и бессарабский марш” получил максимум — 8 баллов, то есть крестиков.

* * *

На прощание окидываю взором дачу. С виду простенький и довольно скромный по нынешним меркам особнячок. Но за этот домик многие готовы выложить столько, что можно купить едва ли не остров в теплом океане. Не продается и не сдается! Одно время в Интернете было выложено объявление: дескать, можно снять сталинскую дачу для свадебного банкета или корпоративной вечеринки. Но это обман, рассчитанный на невнимательных. Дач у Сталина ведь было много, но только эта, “ближняя”, — почти в центре Белокаменной. И только она до сих пор под особой охраной. Сюда даже видных историков и политиков нечасто пускают. Исключение недавно сделали для Никиты Михалкова, который снимал сталинские интерьеры для своего нового фильма.

Легкое шевеление листвы похоже на шепот. Те, кто охранял дачу в разные годы, ощущают, что здесь витает дух Хозяина. Что ж, буду надеяться, что я его не слишком потревожила. От одной только мысли об этом уже не по себе.

Благодарим за содействие центр по связям с прессой и общественностью ФСО России, сотрудники которого готовят к выпуску уникальное издание — “Путеводитель по Ближней”.



Партнеры