Новое слово на букву “С“

Чем России угрожает стагфляция

7 августа 2008 в 16:23, просмотров: 1291

“Перегрелись — не перегрелись”, — гадают правительственные чиновники, пытаясь оценить текущее состояние российской экономики. Большинство считает, что перегрев все-таки налицо. Между тем даже краткий анализ показывает, что все разговоры о перегреве — от лукавого. Россия на пороге стагфляции.

Это очень удобно — говорить о том, что экономика перегрелась. Мало кто знает, что означает “перегрев экономики”, зато при любом разговоре о росте инфляции можно сказать: “Что ж вы хотите — это расплата за высокие темпы экономического роста последних лет”. Мы думали, что лучшие годы впереди, а оказалось, что хорошо мы уже пожили. 

Так что это такое — перегрев экономики? Наиболее цитируемым является такое определение: “Перегрев экономики — чрезмерно высокие темпы экономического роста, приводящие к риску возникновения и развития инфляционных процессов из-за необоснованных государственных расходов”. В прошлом году ВВП вырос на 8,1%, инфляция — на 11,9%, реальные траты бюджета — на 27,7%. Тогда-то и был перегрев, правда, год назад было не до этого — главным было накормить страну деньгами. 

К тому же у некоторых наших соседей ситуация была схожей. Например, в Казахстане инфляция в прошлом году составила почти 19% вместо 8% годом ранее, а в Грузии — 15% вместо 11%. Притом что в обеих странах наблюдался приток иностранных инвестиций, а Казахстан ко всему прочему является экспортером нефти. Вот когда нужно было апеллировать к перегреву.

В наши дни все разговоры о перегреве стали бессмысленными. К нам стучится хворь пострашнее — стагфляция. Термин для многих непривычный, но именно он наиболее точно характеризует нынешние экономические тенденции. Стагфляция — состояние экономики, при котором застой в сфере производства и возрастающая безработица (стагнация) сочетаются с непрерывным ростом цен (инфляция). Оказывается, экономику можно довести до ручки даже при сверхвысоких ценах на сырье.

Причины и следствия

Считается, что мир познакомился со стагфляцией в середине 70-х гг. на примере кризиса в США. Прирост ВВП страны, до той поры стабильно возраставший на 4—5% в год, в 1974 г. сменился снижением на 0,5%, инфляция, ежегодно составлявшая в среднем 4—5%, в 1974 г. выросла до 11,0%, а безработица, в редкие годы превышавшая пятипроцентный барьер, в 1974—1975 гг. перескочила за 9%. Ситуация усугублялась тем, что никто не знал, что делать. Ввести жесткие монетарные меры — еще глубже закопать производство. Повысить доступность кредитов — дополнительно разогнать инфляцию. Снизить налоги на предприятия — поставить под угрозу выполнение бюджетных программ. Не будем забывать, что цены на нефть в те годы также зашкаливали за все мыслимые пределы.

Тот экономический кризис в США продолжался вплоть до начала 80-х гг., пока президентом не стал Рональд Рейган, пришедший вместе со знаменитой монетарной “рейганомикой”. Тогда за счет комплекса кардинальных мер, прежде всего по снижению инфляции, удалось восстановить экономическое равновесие, но произошло это лишь к середине 80-х, то есть более чем через 10 лет после первых тревожных сигналов. В 1985 г. ВВП страны вырос на 4,1%, инфляция составила 3,6% и лишь безработица еще была на высокой для Америки отметке в 7,8%.

Согласимся, в начале XXI в. нас мало волнует то, что было двадцать-тридцать лет назад, да еще в США. Как экономическая теория объясняет причины возникновения стагфляции в наши дни? Причинами стагфляции являются монополизация экономики, снижение конкуренции, а также государственные “антикризисные” мероприятия, такие как “управление” спросом при помощи стремительно возрастающих государственных закупок или административное “регулирование” роста цен. Как будто с нас списано.

Недавняя российская история также содержит примеры стагфляционного состояния экономики. Помните, в 1991—1996 гг. цены росли в разы, а ВВП в разы снижался? Вот данные за 1995 г.: ВВП снизился на 4,9%, инфляция выросла на 130%, безработица составила 10,1% от среднегодовой численности занятых в экономике. А еще в памяти всплывают рост задолженности по зарплатам, многомесячные задержки с выплатами пенсий, хроническое недофинансирование социальной сферы и другие “приятные” эпизоды тех лет.

Экономика затухает

Строго говоря, стагфляция в российской экономике еще не наступила, но она уже на пороге. Проблема же в том, что ее никто не замечает, все заняты перераспределением металлургических и угольных активов, продвижением “Концепции-2020”, отстаиванием НДС и прочими не менее важными делами. Если же кто-то задает правительству или отдельным министерствам неприятные вопросы — таким объявляют войну и записывают чуть ли не во враги народа. 

Посмотрим на результаты социально-экономического развития страны в первом полугодии и сравним их с аналогичным периодом 2007 года. Начнем с промышленности, состоящей из отраслей добычи полезных ископаемых, обрабатывающих производств, а также производства и распределения электроэнергии, газа и воды.

В добыче природных ресурсов более всего нас интересует динамика двух основных экспортных товаров — нефти и газа. В первом полугодии снижение добычи нефти составило 0,6%, а добыча природного газа возросла на 1,7%. Все познается в сравнении: по итогам прошлого года прирост добычи нефти составил 2,1%, а добыча газа снизилась на 0,8%. Что это, как не стагнация в двух базовых экспортно ориентированных отраслях? Особенно если сопоставить данные последнего времени, например, с 2003 г., когда прирост добычи нефти составил 10,8%, а добыча газа выросла на 3,5%. В целом прирост в сфере добычи полезных ископаемых в первом полугодии составил 0,5% против 3,0% в том же периоде прошлого года.

Обрабатывающая промышленность, все последние годы бывшая предметом гордости правительства, в 2008 г. также подводит своих кураторов. 

Худшие результаты — в производстве электрооборудования: в первом полугодии прошлого года в нем зафиксирован рост в 19,2%, в этом году — абсолютное снижение в 7,7%. В 1,5—2 раза снизились темпы роста в химическом, текстильном производстве, производстве пищевых продуктов, металлургии, а в некоторых отраслях обрабатывающих производств в июне по сравнению с маем вообще зафиксирован спад.

С другой стороны, лидерами роста стали те отрасли, где зависимость от объемов внешнего финансирования и государственного регулирования наименьшая. К таким отраслям можно отнести производства пластмассовых изделий (рост на 17,2%), мебели (16,2%), стекла и изделий из стекла (10,9%), деревянных строительных конструкций (10,6%).

Особняком стоит выпуск легковых автомобилей (прирост на 19,1%). Успех дутый — не секрет, что в России ускоренными темпами возводятся сборочные модули по выпуску устаревших моделей иностранных автогигантов. Никаких новых технологий: все комплектующие поставляются из-за границы, у нас машины лишь приобретают товарный вид. 

Сфера производства электроэнергии, газа и воды, несмотря на в целом неплохие результаты (прирост составил 4,1% против спада в 3,8% в прошлом), заставила схватиться за голову при взгляде на производство электроэнергии гидроэлектростанциями: абсолютное снижение по сравнению с тем же периодом прошлого года составило 13,9%. Это уже не стагнация — провал. 

В итоге темпы роста промпроизводства снизились с 7,1% в первом полугодии прошлого года до 5,8% в нынешнем. Пока краткосрочная тенденция снижения рискует превратиться в долгосрочную, поскольку в этом году инвестиции в основной капитал — основа будущего роста — в сравнении с тем же периодом прошлого года снизились с 23,7% до 16,9%. 

У победы много отцов, поражение — всегда сирота. Нет ничего удивительного, что никто из официальных “отцов” так и не удосужился прокомментировать замедление темпов развития. Лишь экспертное сообщество выдвигает свои, иногда бредовые версии. Например, виня в июньском экономическом спаде наших футболистов: якобы они своей “бронзовой” игрой отвлекали население от трудовых подвигов. Как будто нефтяники, сталевары или речники побросали свои скважины, мартены и баркасы и на месяц прилипли к экранам телевизоров. Нашли виноватых.

Работа лучше, чем неработа

Одной из отличительных черт стагфляции является рост безработицы. Если в 2007 г. среднее число безработных составило 4607 тыс. человек, то в среднем по первому кварталу 2008 г. численность безработных оценивалась в 5134 тыс. человек, а по второму кварталу — в 4823 тыс. Заметим, что за аналогичный период прошлого года безработных было на 6,3% меньше. Если в первом полугодии прошлого года безработица в России была зафиксирована на уровне 6,0% экономически активного населения, то в этом году — 6,4%. Прирост, безусловно, небольшой, но в прошлые годы к концу второго квартала безработица традиционно снижалась. В этом году такого не наблюдается.

В свое время американским экономистом Артуром Оукеном была выведена эмпирическая зависимость между колебаниями ВВП и уровнем безработицы, получившая название “Закон Оукена”. Согласно этому закону, когда объемы производства растут на 2% быстрее, чем потенциальный ВВП, безработица снижается на 1%. Если бы в России была достигнута полная занятость, ВВП в этом году дополнительно увеличился бы на 12,8%.

Так в теории. На практике все последние годы российский ВВП прирастал благодаря нескольким ключевым отраслям, представленным в таблице.

Вклад отраслей в прирост добавленной стоимости в I квартале 2008 г. (в %)

 торговля    20,6

 обрабатывающие производства    18,4

 добыча полезных ископаемых    10,6

 операции с недвижимостью    9,6

 транспорт и связь    8,5

 государственное управление    6,2

 строительство    5,1

 остальные отрасли    21,0

Источник: Росстат.

Практически все представленные отрасли по итогам полугодия показали замедление темпов роста (лишь торговля пока держится — 15,2% в этом году по сравнению с 15,3% в прошлом). Парадокс современной российской экономики: государственное управление вносит больший вклад в ВВП, чем строительство!

Театр инфляционных действий

Рост инфляции в нынешних условиях также является симптомом наступления стагфляции. Более того, именно инерционная природа инфляции является одной из основных предпосылок возникновения стагфляционного кризиса. Если за весь “перегретый” 2007 г. индекс потребительских цен вырос на 11,9%, то за первую половину нынешнего года — уже на 8,7%, а на 4 августа — на 9,4%. Свежий правительственный прогноз инфляции по итогам года в 11,8% знаменателен тем, что он всего на одну десятую ниже итогового показателя прошлого года. Пустячок, а приятно, особенно когда живешь сегодняшним днем.

По всей вероятности, и этот прогноз осенью будет пересмотрен. Причин две. Первая — традиционный осенний всплеск потребительских цен, связанный с предшествующим ростом топлива, коммуналки, транспортных услуг. В этом году к этим, ставшим уже традиционными, факторам прибавятся рост коррупционной составляющей, усиливающаяся монополизация всего и вся, увеличение стоимости кредитных ресурсов.

Вторая причина — опережающий темпы роста потребительских цен рост цен производителей промышленных товаров, составивший за полугодие 17,0% (сравните с ростом цен на потребительские товары в 8,7%). Причем во II квартале цены промышленных производителей росли в среднем на 4,3% в месяц. Осенью всплеск промышленной инфляции перекинется на потребительский рынок, так как те, кто удовлетворяет наши повседневные потребности, будут вынуждены закупать необходимое оборудование по возросшим ценам. Крайним, как всегда, окажется население.

Почему же инфляция столь высока? Не стоит объяснять свалившиеся на нас инфляционные беды “тлетворным влиянием Запада”. Проблема удорожания продовольствия коснулась всех. Однако в январе-мае этого года официальный показатель российской инфляции превысил рост потребительских цен в странах ЕС в 3,7 раза. Причины роста потребительских цен (кроме мирового подорожания сельскохозяйственной продукции) те же, что и при возникновении стагфляции: неэффективное государственное регулирование естественных монополий, рост денежной массы, удушение конкуренции и, конечно же, всепоглощающая коррупция. Маховик инфляции дополнительно раскручивают растущие инфляционные ожидания и граждан, и предприятий, что также подстегивает потребление

В довесок

Коротко о других макроэкономических “достижениях” последнего времени.
Жилищное строительство. Темпы ввода жилых домов по сравнению с тем же периодом 2007 г. снизились с 34,3% до 2,9%, или в 11,8 раза. Для многих это будет откровением, но Россия так и не достигла показателей ввода жилья даже 1980 г. В тот олимпийский год в РСФСР было построено 1057 тыс. квартир, а в 2007 г. — 721 тыс. Кому нужно увеличение средней площади построенной квартиры с 49,6 кв. м в 1980 г. до 84,6 кв. м в 2007-м, если людям жить негде? К тому же в 1980 г. рождаемость превысила смертность на 1,4 млн. человек, а в 2007 г. смертность превысила рождаемость на 477,7 тыс. 

По данным Росстата, в 2007 г. себестоимость строительства 1 квадрата общей площади жилых домов составила 16 387 рублей, или 34,5% стоимости жилья на первичном рынке. Остальные 65,5% — инвестиционная (спекулятивная) составляющая.

Динамика средних цен на жилье в России за 2000 —2007 гг. (в рублях)

 Первичный рынокВторичный рынок
20008678 ($308)6590 ($234)
2004   20 810 ($750) 17 931 ($646)
200747 482 ($1934)47 206 ($1923)
2008 (полугодие)51 138 ($2180)52 824 ($2252)

 Источник: Росстат.

Реальные доходы населения. В 2005—2006 гг. рост реальных доходов населения хоть на чуть-чуть, но опережал темпы инфляции. Начиная с прошлого года инфляция вырвалась вперед. Это означает, что реальное материальное положение людей начало ухудшаться.

Сравнение роста реальных доходов населения и темпов инфляции (в %)

 20052006   2007   2008 (полугодие)
Рост реальных денежных доходов       12,413,510,7

8,1

Инфляция   10,99,011,98,7

Источник: Росстат.

В первом полугодии этого года, по сравненю с тем же периодом прошлого, доля сбережений в структуре использования денежных доходов снизилась с 9,1% до 8,3%. Еще больше уменьшился удельный вес вложений граждан в ценные бумаги — с 10,1% до 8,9%. Зато растет социальное расслоение: официальное соотношение между средними уровнями доходов 10% самых богатых и самых бедных, составлявшее по итогам первого полугодия прошлого года 15,4 раза, в этом году выросло до 15,8 раза.

Демография. В январе-мае этого года по сравнению с тем же периодом прошлого года рождаемость выросла на 8,7%, а смертность — на 1,0%. Однако если рост рождаемости скоро сойдет на нет (нынешний всплеск обеспечен не титанической работой властей, а демографическим взрывом времен перестройки), то смертность год от года будет увеличиваться. Так же как миграционный прирост — почти половину естественной убыли россиян (точнее, 46,3%) покрыли мигранты.

Чиновники и бомжи

Правильно говорят: хочешь узнать проблемы бомжа — стань им. Для членов правительства Путина этот совет можно перефразировать так: силишься понять, что волнует простых людей, — заведи себе кошелек и пройдись по магазинам. В крайнем случае, воспользуйся знакомствами среди бюджетников или пенсионеров, если, конечно, такие знакомства остались. Разговаривать с людьми вышедшими из моды блатными прибаутками не значит быть ближе к народу. Высоколобые дискуссии хороши в стенах университетов. В магазинах лучше просто слушать, что о тебе думают.

Кому нужен экономический рост, если ухудшается жизнь основной массы населения? Те же американцы в начале 80-х наплевали на свой экономический рост, бросив все силы на борьбу с инфляцией, и только потом, после ее обуздания, приступили к стимулированию экономического роста. Но разве мы можем пойти на это? Конечно, нет — нам нужно закачивать средства в непрозрачные федеральные целевые программы, удовлетворять коррупционные аппетиты властной вертикали, поддерживать естественные монополии.

Призрак стагфляции, фланирующий над Россией, скоро материализуется в огромного монстра, бороться с которым некому, после капитуляции в борьбе с инфляцией это факт. Загнать страну в предкризисное состояние — для этого талант нужен. Вы привыкли решать только наступившие проблемы? Тогда открывайте дверь.



    Партнеры