От папы и мамы — в помойные ямы

Почему дети “правильных” родителей бегут из дома?

31 августа 2008 в 16:45, просмотров: 443

В середине мая в милицию обратились родители 12-летнего московского школьника Алеши. Мальчик-инвалид вместе с другом ушел из школы во время занятий и пропал. Оперативникам понадобились почти две недели, чтобы отыскать ребят — к счастью, живых и невредимых. Оказалось, что дети вполне благополучных родителей намеренно решили сбежать из дома и жить, побираясь. Более того, по наблюдениям милиционеров, такое поведение школьников из хороших, приличных семей стало в Москве распространенным явлением.

Семья Алеши Коршунова (фамилия изменена. — Авт.) — любящая и дружная. У ребенка имелись проблемы со слухом и речью, поэтому родители отдали его в специализированную школу для слабослышащих. Здесь учатся как дети из обычных семей, так и детдомовцы. Учебное заведение находится в Реутове, неблизко от дома, где живут Коршуновы, но Алешу взрослые возили туда каждый день. Учиться ему нравилось: хороший коллектив (в классе всего семь человек), доброжелательные учителя.

А через некоторое время Алеша обзавелся в школе и закадычным другом по имени Дима. Тот тоже неважно слышал, но внешне выглядел совершенно обычным мальчиком и говорил вполне внятно, со стороны его можно было принять за человека с нормальным слухом. Воспитывался Дима в отличие от Алеши в приемной семье. Родители его были глухонемыми. Все в классе знали, что Алеша и Дима — друзья неразлейвода.

…Свой первый, “пробный” побег ребята совершили в апреле этого года. Ничто не предвещало этой странной выходки. Бабушка, как обычно, приехала за Алешей к концу занятий, чтобы отвезти его домой. Вместе с ними отправился и Дима. Пенсионерка с детьми доехала на метро до нужной станции. А когда стала выходить из подземки, ребята переглянулись, внук, которого она в тот момент держала за руку, неожиданно вырвался и бросился бежать. Дима рванул следом за ним. Мальчишки не реагировали на крики бабушки и в несколько мгновений скрылись с глаз…

Ближе к вечеру, когда мальчик так и не вернулся домой, родители обратились в милицию. Не прошло и суток, как ребят отыскали — причем прямо в Алешином подъезде, на последнем этаже. Расстелив вместо постелей куртки, мальчики устроились там на ночлег. В милиции они признались, что, убежав от бабушки, сразу отправились на Павелецкий вокзал. А там сели в первую попавшуюся электричку и доехали до первой приглянувшейся станции — ею оказалась Щербинка. Там они весь день лазали по заброшенным поездам, а под вечер решили вернуться переночевать поближе к дому...

* * *

Родители решили, что происшедшее — чистая случайность, провели с детьми воспитательную беседу, те чистосердечно покаялись и пообещали, что подобное никогда не повторится. Но не прошло и месяца, как друзья снова исчезли. И на этот раз все оказалось совсем не так безобидно.

Это произошло 16 мая. В первой половине дня у школьников был утренник. Когда после него все одноклассники пошли в класс, Дима с Алешей забежали в туалет и там спрятались. На занятиях они так и не появились. Домой тоже не пришли. Родители Алеши перепугались и подали заявление в милицию.

Как позже вспомнит школьный охранник, в тот день мальчики подходили к нему и просили, чтобы он разрешил им уйти с территории школы. Но мужчина не поддался на уговоры: в этом учебном заведении ребят запрещено отпускать домой без взрослых, исключение делается лишь в том случае, если у охраны есть письменное разрешение от самих родителей школьников. У Димы было такое “добро” от папы с мамой, а вот у Алеши — нет. Но детям все же удалось дождаться, когда секьюрити отлучится со своего поста, и попросту удрать.

— Памятуя об их прошлом побеге, мы сразу прочесали все окрестности. Увы, безрезультатно, — рассказывает оперуполномоченный уголовного розыска ОВД по району Братеево Максим Меркулов. — На следующий день мы поехали в школу. Спасибо директору — она очень помогла нам в поисках.

Учеников вызывали в кабинет директора по одному и расспрашивали — не говорили ли им что-нибудь о своих планах пропавшие одноклассники? Учитывая особенность ребят, вести переговоры милиционеру приходилось в письменном виде. Именно товарищи по учебе и помогли найти зацепку. Один из мальчишек рассказал, что Алеша и Дима как-то признавались ему, что мечтают жить где-нибудь возле железной дороги, там, где много заброшенных поездов. А незадолго до исчезновения друзья рассказывали, что серьезно планируют побег, и звали с собой одноклассников. Двое, мальчик и девочка, согласились составить им компанию, но пацану Алеша с Димой почему-то отказали, а девчушку хотели взять, да в последний момент ее отговорили осмотрительные подружки.

* * *

— Первой мыслью было искать их в Щербинке, — вспоминает Меркулов. — Ведь именно туда они уезжали в прошлый раз. Мы расклеили на станции объявления и раздали ориентировки на детей местной милиции. А поскольку недалеко от реутовской школы проходит железная дорога Курского направления, мы сообщили о пропаже мальчиков и в милицию Курского вокзала.

Увы, найти ребят в Щербинке так и не удалось. Не дали результата и объявления о пропаже в телевизионных программах. Но Алешины родные продолжали верить, что он жив и непременно найдется.

Между тем приемные родители второго беглеца, Димы, в сложившейся ситуации вели себя довольно странно.

— Когда мы готовили объявление для телеканалов о пропаже Алеши, я попросил его родителей связаться с приемными папой и мамой второго мальчика и спросить, давать ли вместе с информацией об Алеше ориентировку на Диму, — вспоминает оперативник. — Те ответили: “Спасибо, не надо. Мы будем искать сами, обратимся в свое отделение милиции”. Подавали ли они на самом деле туда заявление или нет, не знаю. По крайней мере информацию про Алешу крутили по телевизору почти каждый день, но аналогичного объявления про Диму я так ни разу и не видел...

Что ж, возможно, приемные родители Димы просто не хотели, чтобы факт о побеге ребенка получил широкую огласку. Ведь органы опеки обязаны контролировать, как живется усыновленному ребенку, и вряд ли похвалили бы семью за его побег...

* * *

Алешу и Диму удалось найти лишь в конце мая, причем не в Щербинке и не в Москве, а аж в Серпухове, в городском зале игровых автоматов. Тамошний охранник заметил в помещении детей и позвонил в милицию. Местный наряд доставил беглецов в Серпуховской реабилитационный центр для несовершеннолетних. Спустя сутки счастливые родители забрали своих чад домой.

— Как выяснилось, дети все это время жили в области, побираясь, — рассказывает Максим Меркулов. — На милостыню они покупали еду — булочки, чипсы, газировку, т.е. любимые детские лакомства. А ночевали в заброшенных поездах. Кстати, мальчики проявили изрядную сознательность — свои учебники, с которыми в день побега были в школе, не выбросили и все это время держали при себе.

Изучив все обстоятельства этой истории, сотрудники ОВД пришли к выводу, что зачинщиком побега был Дима. Учебу паренек не слишком любил, а в разговорах со знакомыми не раз мечтательно говорил: “Как только мне исполнится лет 14, уйду из дома и буду бродяжничать!” И все время грезил о железной дороге. Более замкнутый и в то же время более мягкий, домашний Алеша поезда, конечно, тоже любил. Он долго обдумывал Димино предложение, размышлял и сомневался. Он не сразу согласился на предложение Димы, а поначалу все твердил: “Как же я убегу? Бабушка ведь будет волноваться!” Однако привязанность к другу и тяга к бродяжьей романтике все-таки оказались сильнее…

Есть надежда, что дети больше не решатся повторить что-либо подобное. Ведь пребывание в реабилитационном центре с его жесткой дисциплиной и прочими “детдомовскими” атрибутами произвело на мальчиков столь сильное впечатление, что, вернувшись домой, они в один голос заявили: “Нам там не понравилось, не хотим туда больше!” И клятвенно пообещали впредь из дома не убегать. Но только время покажет, сдержат ли они обещание.

* * *

По наблюдениям стражей порядка, в последние годы в столице все больше детей из благополучных семей стали уходить из дома. Чаще всего это делают школьники 14—15 лет.

— Самые распространенные причины ухода из дома — это конфликты с родителями, проблемы в школе (например, боязнь родительского гнева за плохую оценку) или любовные переживания, — говорит оперуполномоченный Меркулов, которому по долгу службы частенько приходилось сталкиваться с такими побегами. — Школьники ночуют на вокзалах, в подъездах, а если тепло — то и просто на улице. У нас в районе, например, дети обычно располагаются у большой трубы теплотрассы. Бывает, что сбежавший ребенок ночует попеременно у своих друзей или одноклассников, объясняя их родителям, что погостить ему разрешила мама. Однажды у нас в районе был интересный случай. У родителей пропала девочка 14 лет. Она сбежала, потому взрослые запрещали ей встречаться с сердечным другом. Начав поиски, мы выяснили, что беглянка живет в семье своего возлюбленного с согласия его родителей. Папа и мама мальчика оправдывали свой поступок так: “Сын сказал, что его подруга поссорилась с родителями и не хочет жить дома. И пригрозил: мол, если мы ее не приютим, он уйдет вместе с ней”. Самым интересным был финал этой истории. Когда девочка нашлась, мы побеседовали с обеими семьями в отделении. Потом мы все вместе вышли из ОВД. Едва мы оказались на улице, как подростки сорвались с места и бросились бежать. С большим трудом удалось их нагнать и развезти по домам. Надолго ли они там задержатся — вопрос риторический…

КОММЕНТАРИИ СПЕЦИАЛИСТОВ

Ирина Млодик, детский психолог:

— У подростка из благополучной семьи желание бежать из дома и жить на улице может возникнуть в двух случаях. Первый — если он страдает определенным психическим заболеванием (например, начинает развиваться юношеская шизофрения). Но гораздо более распространена другая причина — когда ребенку просто очень тяжело жить в своей семье. И это вовсе не значит, что его бьют, не кормят, оскорбляют. Для детей могут казаться невыносимыми вещи, которые взрослым кажутся вполне нормальными. Например, родители сильно критикуют подростка. И если у него при этом есть компания, где его понимают и принимают таким, какой он есть, он, конечно же, всеми правдами и неправдами стремится туда.

А иногда бывает и так, что дети убегают из дома из манипулятивных соображений по отношению к взрослому — то есть при желании досадить или добиться своего. Скажем, или отомстить за те или иные запреты, или вообще отменить их. Родителям, столкнувшимся с такой проблемой, лучше сразу откровенно поговорить с ребенком и попытаться выяснить, чего он хочет. А еще лучше — сходить вместе к семейному психологу.

Светлана Волкова, директор городского центра “Дети улиц”:

— Как раз в этом году мы вплотную столкнулись с этой темой. Дети благополучных родителей нередко уходят из дома, а ведь раньше у специалистов бытовало мнение, что это проблема только асоциальных семей. Проанализировав уличную безнадзорность, мы поняли, что при внешней “правильности” семьи бывает внутреннее неблагополучие и такую семью стоит отнести к группе риска. Казалось бы, родители ребенка работают, не ругаются, есть материальный достаток. Но семьи как таковой нет: нет душевной близости или к ребенку предъявляются завышенные требования.

Например, если подросток не такой умный, как мама и папа, не так хорошо учится, как им хотелось бы. Бывает, родители не поддерживают увлечения своего чада, бывает, в чем-либо не соглашаются с его мнением. И тогда он, протестуя, убегает. Ведь в переходном возрасте человек особенно активно начинает ощущать себя самостоятельной личностью. И родители обязательно должны учитывать это.

СПРАВКА "МК"

Синдром бродяжничества выражается в повторяющихся уходах из дома либо из школы с последующим бродяжничеством, нередко многодневным. Синдром встречается в возрасте от 7 до 17 лет, но наиболее часто — в препубертатном возрасте преимущественно у мальчиков.



    Партнеры