Разъединенные штаты Америки

Народ США стоит перед выбором: ястреб “холодной войны” или продвинутый афроамериканец?

2 сентября 2008 в 16:03, просмотров: 485

Национальные съезды демократов и республиканцев — это тот самый выстрел, который возвещает старт последнего этапа президентской гонки в США. Теперь любое телодвижение, любая реплика Барака Обамы и Джона Маккейна будут отслеживаться сторонниками и противниками особенно тщательно.

116 ПРОТИВ 112

Когда близится голосование, любое лыко в строку. Даже приближение к американским пределам урагана “Густав” было использовано республиканцами, чей съезд по времени совпал с разгулом стихии, по максимуму.

Джон Маккейн отменил большинство мероприятий, намеченных на первый день съезда партии. Соратники по партии Джордж Буш и Дик Чейни сделали еще более красивый жест — отказались от намерения выступить перед делегатами в первый день работы съезда. Президент объявил, что отправляется в Техас — лично координировать ход спасательной операции. Республиканцы учли уроки трагедии Нового Орлеана после “Катрины”. И теперь собираются предстать перед нацией в роли работяг, уже засучивших рукава и только и ждущих полезной для Америки работы, вместо того чтобы блистать на политических ралли.

Еще один мощный рывок республиканского лагеря — это выдвижение в связке с Маккейном телегеничной красавицы Сары Пэйлин. Если до последнего времени президентская гонка в США происходила под знаком “если бы молодость знала, если бы старость могла”, то теперь, когда Обама и Маккейн определились со своими “вторыми номерами”, ситуация сгладилась. По крайней мере математически. Чета Джон Маккейн — Сара Пэйлин на двоих насчитывает 116 лет, тогда как на Барака Обаму и Джо Байдена приходится 112 прожитых лет.

Преклонные лета (72 года) Маккейна уравновешиваются 44-летним возрастом губернатора Аляски. Сара Барракуда, как в юности называли миссис Пэйлин, мало того что больше соответствует по своим взглядам республиканскому мейнстриму, чем Маккейн, так еще и может оттянуть у демократов часть женского электората, особенно тот сегмент, который раздосадован тем, что Обама не взял к себе в “замы” Хиллари Клинтон. Аккурат к съезду республиканцев Сара Пэйлин заявила, что ее дочь Бристоль беременна. Радостное событие. Кабы не два “но”: дочке губернатора Аляски всего 17 лет. И она не замужем, хотя и собирается (то есть налицо секс вне брака, да еще речь идет о несовершеннолетней). Вся эта история подрывает имидж славящейся своей приверженностью к традиционным семейным ценностям потенциального вице-президента в глазах консервативно настроенного республиканского электората. Предвыборный штаб Маккейна попросил публику отнестись с уважением к частной жизни дочки Пэйлин. А демократ Обама вообще проявил великодушие, сказав, что не стоит политизировать этот вопрос.

Но зато демократы платят республиканцам той же монетой, которой те одаривали 47-летнего Обаму — дескать, “мальчишка”, не имеющий опыта во внешней политике. Теперь то же самое из демократического стана звучит в адрес руководительницы “штата полуночного солнца”, хоть и очень симпатичной, но “лишенной внешнеполитического опыта”. Нынче на роль вице-президента от демократов Обама выбрал 65-летнего сенатора Джо Байдена, политика не просто искушенного, но и занимающего пост председателя сенатского комитета по международным отношениям и имеющего опыт участия в формировании американской политики по вопросам войны на Балканах и в Ираке. Так что по части внешнеполитического профессионализма положение у “слонов” и “ослов” тоже в целом сравнялось.

А внешняя политика, хоть и не является для американского избирателя проблемой номер один, для будущих хозяев Белого дома дорогого стоит.

GEORGIA ON MY MIND

И сенатор-демократ Обама, и сенатор-республиканец Маккейн отозвались на события в Закавказье несколькими заявлениями. На первый взгляд тональность и содержание выступлений обоих кандидатов не отличались принципиально друг от друга. И тот, и другой осудили “агрессию” России против Грузии. Но если приглядеться, то разница в подходе кандидатов ко всей этой истории очевидна. Особенно это было заметно в первые часы и дни кризиса.

Для Маккейна российское вмешательство в грузино-осетинский конфликт стало подарком небес. Еще бы — такой повод для того, чтобы в очередной раз обличить русских во всех мыслимых грехах. Маккейн, как старый боевой конь, прямо-таки встрепенулся, услышав трубы новой “холодной войны”. Вряд ли можно со стопроцентной уверенностью утверждать, что вообще вся заваруха в Грузии не была затеяна с тем, чтобы привести в Белый дом Маккейна. Слишком уж много условий должны были совпасть, чтобы такая конспирологическая схема сработала. И тем не менее конфликт между Москвой и Тбилиси идеально подходит для зарабатывания очков.

Обама же, как мы помним, реагировал на первые сообщения из Закавказья более сдержанно, ограничившись призывами к прекращению огня — без прямых указаний на вину России. В этой сдержанности представители республиканского лагеря не замедлили усмотреть чуть ли не промосковскую позицию Обамы — мол, тот “странно синхронизирован с Москвой”.

Видимо, испугавшись подобной интерпретации своей сдержанности, оказавшийся к тому же не ко времени в отпуске на сказочных Гавайях Обама подпустил в свои высказывания пущей резкости, назвав действия Москвы агрессией против Грузии и призвав не пускать Россию в ВТО. Насколько искренен Обама, трудно сказать, но понятно, что он не хочет выглядеть в глазах электората нерешительным политиком рядом с брутальным Маккейном в тот момент, когда президентская гонка выходит на финишную прямую.

Сейчас, слушая Обаму, даже сам Джон Маккейн усомнился бы в том, что обвинял своего противника в капитулянтстве перед Москвой. “Я восстановлю наши вооруженные силы, чтобы быть готовым к будущим конфликтам, но я также возобновлю жесткую, прямую дипломатию, которая сможет предотвратить получение Ираном ядерного оружия и обуздать российскую агрессию”, — в программном выступлении Обамы на съезде демократической партии звучали просто-таки ястребиные нотки. Но главной мишенью этого выступления стали все-таки не иранский режим или “российские агрессоры”, а свои, “родные” республиканцы: “Вы не сдержите Иран только жесткими заявлениями в Вашингтоне. Вы не можете по-настоящему встать на защиту Грузии, когда вы подорвали наши самые старые альянсы. Если Джон Маккейн хочет пойти по следам Джорджа Буша, делая еще больше жестких заявлений и имея плохую стратегию, то это его выбор, но это не те перемены, которые нам нужны”.

Идущий в связке с Обамой сенатор Джозеф Байден тоже не тот политик, от которого в случае победы демократов России стоит ждать реверансов. Недавно опубликованная в Financial Times его статья в том сомнений не оставляет, хотя, надо признать, что написана она — насколько это возможно у крупнокалиберного американского политика — довольно взвешенно. Это в любом случае не разговоры Маккейна о возможности признания независимости северокавказских республик.

ВОСЕМЬ МИНУС РОССИЯ

А Маккейн, хоть сам в Грузию не поехал, направил туда свою супругу Синди — с гуманитарной миссией. И, надо полагать, не без задней мысли заработать очков в свою пользу.

Горячность, с какой Маккейн бросился защищать несчастную Грузию от агрессивной России, — это не только дань его представлениям об этом мире, где “ради нашей собственной безопасности и ради защиты наших ценностей” (слова Маккейна на съезде “Американского легиона”) должно царить “американское лидерство”.

Главный советник Маккейна по нацбезопасности Рэндалл Шунеманн несколько лет представлял в Вашингтоне интересы правительства Грузии и даже был официально зарегистрирован минюстом США как “иностранный агент” Саакашвили, будучи владельцем лоббистского пиар-агентства “Орион стрэтеджис”, которому с 2004 года правительство Грузии выплатило за услуги в США в общей сложности почти $900 тыс. Эту информацию распространил демократический лагерь. На что пресс-секретарь штаба республиканцев ответил: “Нападки избирательного штаба Обамы на Рэнди Шунеманна являются постыдными. Господин Шунеманн был горд тем, что представлял маленькую демократию, которая является одним из самых близких наших союзников в очень опасном регионе”.

Не скрывает Маккейн и своей тревоги насчет нефтетрубы Баку—Тбилиси—Джейхан: “Если этот нефтепровод будет разрушен Россией или попадет под ее контроль, глобальные энергопоставки окажутся еще более уязвимыми перед влиянием Москвы, что повлечет серьезные последствия для мирового рынка энергии”. Но дело, конечно, не только в лоббировании и в трафике “черного золота” по Закавказью.

В нынешнем пароксизме противостояния России и Запада Джон Маккейн, этот “рыцарь “холодной войны”, настрадавшийся во вьетнамском плену, чувствует себя как рыба в воде.

— Бывший президент Путин и теперь премьер-министр Путин ведет свою страну по пути, который, как я считаю, является очень вредным, — заявил Маккейн в интервью, показанном в конце июля в эфире “Эй-би-си”. “Они стали автократией”, — заключил Маккейн. “Они” — это Россия, естественно. Самый любимый конек Маккейна, когда речь заходит о том, как быть с Москвой, — это призывы выгнать русских из “Большой восьмерки”. Здесь, видимо, в силу возраста, сенатор от Аризоны включает менторский тон: “Нам нужно улучшить их поведение. Нам нужно, чтобы они поняли, что “Большая восьмерка” была основана странами, которые являются демократическими, имеют наши ценности, цели и общие принципы”.

Когда же Маккейна спросили, а как быть с позицией других членов G8, он ответил, что “необходимо занимать позицию независимо от того, соглашаются ли другие страны или нет, потому что нужно делать то, что лучше всего для Америки”.

Обама же, по крайней мере до военных событий в Грузии, высказывался против исключения России из “Восьмерки”. “Это было бы ошибкой, — сказал претендент-демократ, комментируя призывы Маккейна. — Если мы собираемся что-то сделать с распространением ядерного оружия, а эту тему я считаю столь же важной, как и все остальные, нам необходимо привлечь к участию Россию”.

Вообще же у Маккейна витает еще одна идея — создать некую новую международную структуру, альтернативную, скажем, Совбезу ООН, в котором Россия и Китай обладают правом вето. По мысли Маккейна, надо образовать “Лигу демократий”, которая будет решать острые международные проблемы без оглядки на инакомыслящих, да еще обладающих правом вето. Многие американские политологи углядели в идее Маккейна желание создать альтернативу ООН и фактически разделение мира на те страны, которые США считают демократиями, и тех, кто, по мнению Вашингтона, ими не являются.

Дело дошло до того, что даже республиканка Кондолиза Райс была вынуждена раскритиковать идею Маккейна (которая, впрочем, находит определенный отклик и у его соперника Обамы).

В беседе со мной один из крупнейших отечественных американистов в свое время объяснил антироссийскую заточенность Маккейна тем, что он настрадался от коммунистов во времена “холодной войны”. Это, однако, не мешает сенатору-республиканцу снисходительнее относиться к коммунистическому Китаю, чем к некоммунистической (по меньшей мере!) России. В начале августа Маккейн заявил в интервью, что в области демократии ситуация в РФ обстоит хуже, чем в Китае: “Я не думаю, что Китай регрессирует так, как Россия. У нас лучше возможности для работы и сотрудничества с Китаем”.

Стоит ли объяснять взгляды Маккейна “проклятым наследием “холодной войны”? С этим вопросом “МК” обратился к Элине КИРИЧЕНКО, руководителю Центра североамериканских исследований ИМЭМО РАН:

— В основе взглядов Маккейна лежит несколько глубинных причин. Отчасти его отношение к России — это действительно наследие “холодной войны”. Он человек старого закала, и этот менталитет у него не изжит. С другой стороны, для кандидата более важно выделять себя в президентской гонке. Его позиция должна отличаться от платформы демократов. А надо заметить, что с экономической точки зрения платформы республиканцев и демократов сближаются, хотя различия между ними существуют, и глубокие, особенно на чисто тактическом уровне. Поэтому по внешнеполитическим вопросам претенденты ищут свой собственный имидж, отличающийся от имиджа противника. Маккейн сейчас движется между Сциллой и Харибдой. Ему надо и постараться не подорвать позиции республиканской партии — и в то же время надо как-то дистанцироваться от администрации Буша. С этим вызовом всегда приходится сталкиваться претенденту, выставляющему свою кандидатуру от правящей партии.

— Многие наши американисты ранее высказывали мнение, что с республиканским президентом России иметь отношения лучше, чем с демократом. Но ныне Обама выглядит более умеренным критиком России, чем его республиканский конкурент...

— Действительно, долгое время такая точка зрения бытовала. Хотя чисто историческим опытом она не слишком подтверждалась. Да, Маккейн жестко высказывает сейчас свои взгляды. Но если он приедет в Белый дом, его позиция вполне может стать более прагматичной. Как правило, приходя к власти, политики “забывают” о своей предвыборной риторике. Вспомним хотя бы весьма резкие высказывания Буша в бытность его кандидатом в президенты. Тем не менее его политика стала более взвешенной и осмотрительной.

Что же касается Барака Обамы и его высказываний, то надо иметь в виду, что он не очень опытен во внешней политике. Это уязвимое звено в его кампании. Правда, он создал себе достаточно сильную команду советников по вопросам национальной и международной безопасности. Тем не менее возникает вопрос, насколько он, не имея соответствующего опыта, будет подвержен влиянию своих советников. Если отсутствие внешнеполитического опыта у Обамы — это минус, то плюс — то, что он новый человек, который лишен менталитета “холодной войны”, который может пытаться искать новые пути взаимодействия в том числе и с Россией. Даже его последние высказывания по поводу конфликта в Грузии были более дипломатичными, нежели у Маккейна.

Но надо иметь в виду, что для американского избирателя позиция того или иного кандидата по отношениям с Россией совсем не является определяющей. Чем ближе к выборам, тем большую остроту приобретают экономические вопросы — это взгляды кандидатов на проблемы улучшения экономической ситуации в США, выхода из ипотечного кризиса, развития системы здравоохранения и соцобеспечения, нелегальной иммиграции. Специфическими для нынешней кампании вопросами стали проблемы энергоресурсов и потепления климата.

“ЧЕРНОЕ ЗОЛОТО” ШТАТОВ

Пока Хиллари Клинтон и Барак Обама топили друг друга саркастическими подковырками и резкими выпадами, Джон Маккейн избавился от конкурентов по партии и смог продвигать свою линию, противопоставляя себя не “партайгеноссе”, а демократам.

Если Джону Маккейну повезет стать американским президентом, то это будет необычный глава Белого дома — первый, кто появился на свет за пределами любого из пятидесяти Штатов. Маккейн родился в военной семье в Панаме. А потому, хотя он и является по рождению гражданином США, некоторые буквоеды засомневались в полной законности президентских притязаний Маккейна. Что больше смущает избирателей — это возраст Маккейна. На момент инаугурации нового президента в 2009 году ему исполнится 72 года и 144 дня. Только президенту Рейгану на момент второй его инаугурации было больше. Свой возраст Маккейн пытается трансформировать в восприятии американцев в огромный жизненный и политический опыт. На фоне молодого и неопытного в большой политике 47-летнего Обамы это ему частично удается. Небезызвестный видеоролик “Знаменитость”, в котором Обама сравнивался с попсовыми звездами типа Пэрис Хилтон и Бритни Спирс, бил не в бровь, а в глаз.   Даже в попытках Обамы устроить себе “международные смотрины” — поездки на Ближний Восток и в Западную Европу — команда Маккейна усматривает провальные моменты. Например, был запущен на ТВ ролик, в котором утверждалось, что Барак Обама не посетил раненых американских солдат только потому, что не мог взять с собой телерепортеров. Демократы, конечно, уверяют, что это не соответствует действительности. Вообще же зарубежное турне Обамы было неплохо срежиссировано — апогеем стало его выступление в центре Берлина, близ Бранденбургских ворот.

Но американцы действительно в первую очередь озабочены не тем, что происходит в России и далекой закавказской Джорджии, а тем, как обстоят дела в их американской Джорджии и иных штатах, — главным образом экономической ситуацией.

Особый интерес представляет позиция конкурентов в борьбе за Белый дом по вопросу об энергоресурсах.

Чтобы остановить рост цен на энергоносители, Обама призывает распечатать стратегический нефтяной резерв страны: “Нам нужно продать 70 миллионов баррелей из нашего стратегического нефтяного резерва”. Речь идет о резерве, созданном в начале 1970-х годов у побережья Мексиканского залива, где под землей хранится 727 миллионов баррелей “черного золота”. В последнее время Обама согласился с возможностью снятия запрета на добычу нефти на континентальном шельфе США, однако сказал, что эта мера должна быть частью большой энергетической политики. Сенатор-демократ считает, что надо разрабатывать новые источники энергии, причем приступить к этому немедленно. Обама предлагает выделить несколько миллиардов долларов кредитов автопроизводителям, чтобы те переоборудовали заводы для выпуска автомобилей с гибридными двигателями, а также ввести налоговые льготы для покупателей таких машин. Этот план, как рассчитывает Обама, позволит в ближайшее десятилетие снизить зависимость Америки от поставок ближневосточной и венесуэльской нефти.

Еще Обама говорит о необходимости для США и Канады построить газопровод для перекачки природного газа с арктического побережья Аляски. Хотя первое предложение о строительстве такого газопровода на Аляске поступило еще в 1976 году, а в 2004 году конгресс США выделил под этот проект $18 млрд., при администрации Буша в строительстве этой энергетической инфраструктуры не было никакого продвижения. Стоимость строительства такого газопровода на Аляске оценивается в сумму от $26 до $30 млрд. — он может стать крупнейшим энергетическим проектом частного бизнеса за всю историю США. Белый дом поддерживает планы по строительству газопровода на Аляске, но только при условии, что этот трубопровод будет строиться частными компаниями без бюджетных вливаний.

У Маккейна несколько отличающееся от Обамы видение выхода из энергетического кризиса. Он предлагает увеличить добычу нефти в США — и тоже немедленно: “Мы должны начать бурить здесь и сейчас. Я поведу страну к энергетической независимости, и мой подход будет реалистичным”. Очень показательно, что именно высокими ценами на нефть Маккейн объяснил необходимость войны в Ираке. Еще одним направлением энергетической политики Маккейн выбрал программу развития АЭС. К 2030 году он хочет построить в Штатах 45 атомных электростанций, чтобы снизить зависимость США от импортной нефти. Но, как сказали “МК” специалисты по американской экономике, эти планы выглядят едва ли не утопическими — особенно после аварии в 1979 году на АЭС в Три-Майл Айленд, считающейся самым тяжелым ЧП в американской ядерной энергетике. Сейчас же, по мнению ученых, в США значительно растерян соответствующий научный потенциал: старое поколение уходит, новое приходит слабо.

***

Осталось совсем немного времени до ноября, когда президентская гонка в Штатах закончится. И кто бы ни пришел к власти — будь то Обама или Маккейн, — легкой жизни с ним у России не будет. Демократический хрен ничуть не слаще для России республиканской редьки. Но как бы ни звучали красиво растиражированные СМИ высказывания анонимного источника из российского МИДа о том, что “мы все меньше зависим друг от друга и можем вполне дойти до того, когда сможем себе позволить перестать вести обсуждение по интересующим американцев вопросам”, — это, увы, не так. А значит, придется все-таки искать какой-то общий знаменатель.



    Партнеры