Панель №5

“МК” узнал подробности быта нынешних столичных проституток

1 октября 2008 в 16:44, просмотров: 918

Шеренги откровенно продажных, но симпатичных девиц на Тверской — это уже прошлое. Проститутки ушли с улиц Москвы. По крайней мере с центральных. Нравственность, однако, не восторжествовала. Продажная любовь переместилась в салоны и квартиры, ее рекламой заполнен Интернет. Сами девушки стали, так сказать, более грамотными — четко понимающими, кто они и что хотят от жизни. И секс-бизнес в Москве цветет и пахнет, причем весьма дорогим парфюмом. В этом убедился корреспондент “МК”.

Две судьбы

Начнем, как водится, с героинь, благо найти их нетрудно. На любой вкус — хоть роман пиши, хоть сериал снимай. Причем вовсе не о трудной доле девушек с Украины или Молдавии. Нет, среди проституток все больше коренных москвичек вполне себе благополучного происхождения. Вот две девицы. Им по 24 года. Начинали карьеру в 18—19.

Оксана, по ее словам, занялась проституцией только потому, что не смогла найти общий язык с родителями.

— Со стороны так нормальные люди. Отец — в хорошем месте работает, мать — домохозяйка, — говорит она и смотрит куда-то в потолок. — Но спрашиваю иногда себя: зачем они ребенка заводили? Не нужна я им…

Конфликт поколений привел к тому, что девушка вышла замуж в 18 лет. Брак продержался всего год. После этого она пошла работать в ресторан официанткой, снимала вместе с другой девушкой комнату в коммуналке. А потом обычная история. Та самая соседка решила попробовать подработать в борделе, Оксана пошла вслед за ней. За столетия этот путь мало изменился.

Алле тоже 24. И тоже все начиналось в 18 со ссоры с родителями. Но протестными замужествами эта девушка не заморачивалась, а сразу отправилась устраиваться на работу в бордель. На работу ее, правда, не приняли (“Видимо, посчитали, что я слишком домашняя”, — говорит Алла). Но интерес к теме остался.

Алла, по ее словам, занималась на курсах журналистики при синагоге (в странном мире мы живем, не находите?). На первом занятии, когда расспрашивали о роде занятий, некая Оля сказала, что занимается проституцией. Алла подружилась с Олей. А впоследствии стала вместе с нею снимать жилье. Ну и как-то так срослось, что и любовь за деньги Алла тоже попробовала. Самое интересное, что ей это понравилось.

Работала она не просто так, а собирая материал для книги. Она вот-вот выйдет в одном из издательств. Сейчас Алла с активной карьерой завязала, существует на средства двух своих спонсоров, на эти же деньги собирается уехать и жить в глухой деревне.

Малый бизнес: финансовый отчет

В жизни проституток меняются не только клиенты, но и сутенеры, и вехами биографий наших героинь можно считать их смену. У сутенеров, кстати, есть свой профессиональный сайт. Удивительный ресурс. Как вам, например, такое название темы “Куплю девушек-негритянок”? Оксана в этом объявлении ничего шокирующего не видит.

— Обычное дело. Одному сутенеру нужны девушки, у другого их много. Ну они списываются, и тот, кому надо, платит долларов по 500 за девушку. Сами девушки от перехода ничего не теряют…

Ну а работают хозяева с девушками так. Из объявленных 2500 рублей за один час (цены трехгодичной давности) проститутке полагалось 700 рублей. Остальное “сутеру”. Но, правда, тот и сам нес расходы: оплата квартиры, “крыша”. Мы с Оксаной подсчитали, что зарабатывали сутенеры и что — девушки. В среднем выходило, что с одной “работницы” в месяц снималось сутенером (это при 55 клиентах за месяц) 93 600 рублей. А проституток у одного хозяина обычно от 10 до 30. Умножьте на досуге. (Сколько в Москве проституток вообще, пожалуй, не знает никто. Считается, что несколько десятков тысяч. Даже если 10 000, то ежемесячная выручка от бизнеса равна миллиарду рублей. Годовой бюджет такого города, как, скажем, Тверь, несколько превышает один миллиард, но это за год, а тут за месяц.)

Впрочем, в борделе была и возможность подработки. Так, Оксана выполняла и функции администратора.

— Ну закупала моющие средства, прочую ерунду. Прививала культуру бытовую девчатам. Они ведь приезжают из такой провинции. А тут к посетителям подход нужен. Доплачивали мне по тысяче рублей в день…

А еще девушек штрафовали. Не накрасила ногти — “штука”, “не то” белье надела — еще одна. Неудивительно, что девушки перешли на индивидуальный режим работы.

И вот как выглядит “финансовый отчет” московской проститутки-2008.

Та же Оксана “стоит” 5000 р. в час, ее напарница — 3000. За месяц они “снимают” чистыми тысяч по 20.

— А вы сами посчитайте наши расходы. Установка сигнализации — единовременно 50 000 (в том числе и видеокамеры у входа) и 300 рублей ежемесячно. Консьержке “за молчание” — 2000, фотосессия для объявления в Интернете — от 5 до 50 000 (скажем, аренда мебельного салона в выходной день — 18 000, 5—6 тысяч визажист, 15 тысяч фотографу, ретушь недостатков на фото — 200—600 рублей за карточку), аренда квартиры — 40 000 (снимают вдвоем), реклама в Интернете — 10 000, крыша — 10 000, Интернет — 1000, кабельное ТВ (любят клиенты клубничку) — 1000, санитарные расходы — (мирамистин, салфетки, презервативы) — 6000.

Зарплатой, впрочем, девушки довольны. Но, увы, такая профессия неизбежно приводит к конфликту с законом. Правда, весьма своеобразному.

Фемида на панели

Первый опыт общения с милицией у Аллы вышел весьма неприятным. Однажды в их квартиру нагрянули стражи порядка “с контрольной закупкой”. Алла отделалась сравнительно дешево, а вот подругу Олю борцы с проституцией, по словам Аллы, изнасиловали и избили, да еще и деньги у всех отобрали.

Зато второй случай вышел весьма анекдотичным. Собирая материал для книги, Алла разместила на одном из сайтов объявление. Ей показалось, что фактуры в ее жизни маловато. И та не замедлила появиться. Фактура в погонах обвинила Аллу в занятии проституцией. В конечном итоге ей даже штраф присудили.

У Оксаны все было кучерявее. В милицию она попала уже через две недели после начала карьеры. Дело было так. Поехала она “на выезд” с другой девушкой. Клиент Ксюшу не выбрал, а взял ее напарницу. И она повезла деньги диспетчеру. Вот тут-то, по ее словам, и появились милиционеры.

— Только они были в штатском, не представились. Сразу стали руки крутить. Потащили в машину. Ну я стала вырываться, думала, бандиты, выхватила из сумочки баллончик, одному из них в глаза прыснула. Ну тут началось!

Началось все так, что чуть было для нее и не закончилось. Избили сильно. И, когда привезли в отдел, продолжили.

— Тот опер, которого я из баллончика траванула, он вроде как частично зрение потерял. Справку потом представил, что на 20%. Ну валяюсь на полу в отделе, вся избитая. Мне говорят, что будут оформлять привод за нападение на сотрудника милиции. Ну позвонила родителям. Отец нанял адвоката…

Адвокат Павел Сударчиков отстаивает интересы обеих наших героинь — и Оксаны и Аллы. Вот что он рассказал: “Ко мне дело Оксаны поступило уже после того, как им стал заниматься другой адвокат. Этот мой коллега порекомендовал Оксане и ее родителям откупиться. При зрелом рассуждении было принято решение обратиться в милицию. Сотрудники УСБ задержали милиционеров при передаче взятки, но те купюры “скинули”. Дело все равно развалилось — денег при задержании у подозреваемых не было, а значит, и доказательств тоже. На мой взгляд, сама ситуация, в которую попала Оксана, настолько была “притянута” за уши, что я просто диву давался. Обычное, к сожалению, дело в практике существования милиционеров и проституток. Я сам считаю, что госконтроль за проституцией необходим, но в какой-то продуманной форме. Вспомним, как обстояло дело в царской России. Тогда проститутки были изолированы, практически в гетто. Тех из них, кто отказывался от работы в таких условиях, преследовали. Сейчас необходимо нечто подобное, но, честно говоря, я не совсем представляю, как все это осуществить. Но что-то делать, безусловно, надо…”

…А с милицией Оксана потом подружилась. После того как она защитила ее от сутенера.

— Дело было под Новый год. Все девчата разъехались по домам, — рассказывает Оксана. — А я, москвичка, осталась. Сутенер меня за город вывез. Привязал к дереву, стал бить, издеваться. Ну изнасиловал, конечно. Потом второй раз. Я своему адвокату позвонила. Он предложил написать заявление в милицию…

Милиция сутенеру объяснила, что он не прав. И с тех пор Ксюша работает уже с милицейской “крышей”. Теперь она платит 10 тысяч в месяц и ограждена от “наездов”. Правда, мне она сказала, что фиксированной ставки нет, но тут в разговор вмешалась ее напарница.

— Да не говорит она просто. У нее с милиционером любовь. Платит она, платит.

Легализация проституции: вводить или не вводить?

Пора переходить к выводам. А именно к пресловутому вопросу: стоит узаконивать проституцию в стране или нет? У наших героинь разные мнения по этому поводу.

— Легально хочу работать. Платить налоги. Чтобы не надо было отстегивать направо и налево. По-моему, у меня работа как работа. Что тут особенного? — говорит Оксана. — Некоторые даже завидуют, говорят, хорошо устроилась. Мы, мол, это делаем задаром. А мне секс нравится, тем более за деньги. А если нас узаконят, начну заниматься юридическими вопросами в этом бизнесе.

Это пока лишь мечта, но Оксана учится на 3-м курсе института на юриста. Готовится к светлому будущему.

Что до Аллы, то она — даром что писательница — написала нам целый манифест. Вот он.

“Многие из нас говорили о необходимости легализации проституции. Мол, нужно принять соответствующий закон, и всем сразу хорошо будет: девушки решат свои проблемы с безопасностью, клиенты не будут волноваться о здоровье, и правительство сможет как-то регистрировать и контролировать число путан. И получать с них налоги. Пока я не окунулась в эту проблему с головой, я тоже так считала. Но дело не в отсутствии нужных законов. Дело — в менталитете. В отношении общества к проституции. К сожалению, мы не отошли пока от ханжеского восприятия всего, что связано с сексом. Был как-то интересный разговор у одного моего клиента с другом-писателем. Говорили об отношении к проституции, и писатель занял яростно негативную позицию, которую объяснял так:

— Они же красотой своей торгуют! Им Бог дал этот дар, а они на нем деньги зарабатывают!

— Володь, подожди, — возразил клиент. — Но ведь тебе тоже Бог дал дар: писать. Но ты же его продаешь за деньги. Вон сколько книжек понаписал! Небось не за идею?..

И это действительно проблема. Допустим, нужный закон будет принят, и проституцию легализуют. Как вы себе это представляете? Будет квартал отдельный с домами терпимости? Допустим. А какая запись у девушек в трудовых книжках будет стоять? И как на них смотреть будут, когда понадобится справка с места работы хотя бы для продления загранпаспорта или получения кредита? Много ли девушек согласится регистрировать себя в качестве путаны и сознательно ставить клеймо на всю свою жизнь? А ведь у них еще папы-мамы есть в городах и селах. А еще многие замуж хотят, детей. Это мне уже все равно. Я свое отвоевала. Мне не стыдно смотреть в глаза людям и говорить, кто я и почему. Я могу себя отстоять. Характер и образ жизни позволяют. Но остальные-то!.. Сами не знают, что делают в этом бизнесе. Денег хочется… Принца ждут… Решают жилищные проблемы… Просто секс любят… Да мало ли! А задай им вопрос: “Родители-то знают?” — и тут же полные ужаса глаза и печально одинаковый ответ: “Что ты! Узнают — убьют…”

Так о какой легализации может идти речь, если сами девушки уверены в постыдности своей работы? И снова весь бизнес уйдет в тень. Только если сегодня проституция является административным правонарушением и наказывается штрафом, то после принятия закона она станет правонарушением уголовным. По моему мнению, до легализации надо дозреть. И зреть нам предстоит еще минимум лет двадцать. Чтобы ушло последнее “советское” поколение с заштампованными мозгами. А пока пусть остается как есть. Рынок сформирован, и такого беспредела, как в девяностых годах, уже нет. И, надеюсь, что и не будет”.

Ну а, на мой взгляд, все слова моих героинь о легализации платного секса абсолютно непрактичны. В нашей веселой стране как представишь легальную проституцию, так хоть комедию снимай. Это ж и профсоюзные собрания будут, и передовики производства, и доска позора. Но и запретить ее не удастся. Вокруг проституции сложился невероятный конгломерат, спаянный из представителей правоохранительных органов, криминала, частного бизнеса (кто, по-вашему, предоставляет квартиры “девочкам” — агентства снимают квартиру на длительный срок и потом целенаправленно пересдают), сутенеров и самих проституток. И отменить секс-бизнес с таким набором игроков просто так не получится.



Партнеры