Первая ласточка

Российские компании вспомнили опыт Великой депрессии

13 октября 2008 в 16:21, просмотров: 449

На прошлой неделе впервые с начала кризиса крупные компании объявили о сокращении производства и массовых увольнениях персонала. Кризис вышел за пределы финансового рынка. Российская экономика вступает в период рецессии. Это грозит компаниям новыми трудностями с рефинансированием.

А для населения рецессия обернется сокращением зарплат и трудностями с выплатой потребительских кредитов.

Таким образом, под угрозой увольнения оказываются примерно полмиллиона человек.

Сокращение ВВП

До сих пор кризис в российской экономике справедливо именовался “финансовым”. Тем самым подчеркивалось, что беды касаются только банковского и фондового рынков, а остальная экономика — как бы в стороне. Теперь про это можно забыть: на прошлой неделе кризис впервые затронул реальный сектор экономики. В России пошла волна сокращения производства.

6 октября ГАЗ остановил конвейер по производству грузовиков “Газель”. Комментируя случившееся, представитель “Русских машин” (контролирует ГАЗ) Елена Матвеева заявила: “ГАЗ остановил конвейер, так как в условиях роста стоимости кредитов, привлекаемых для пополнения оборотных средств и закупки сырья, хотел более гибко управлять себестоимостью”. На заводе утверждают, что конвейер остановлен на неделю, однако Елена Матвеева уточнила: “Гибкий производственный план у нас сохранится в ближайшие месяц-два-три”. Правда, при этом утверждалось, что “на выполнении годового производственного плана ситуация не скажется”. С последним утверждением согласиться довольно трудно.

В тот же день о сокращении производства объявил КамАЗ. Конвейер там останавливать не стали, но перешли с 6-дневной рабочей недели на 4-дневную. Временно, разумеется. “В сокращенном режиме КамАЗ проработает до 6 декабря”, — заявил представитель завода Владимир Самойлов. Более откровенен был заместитель главы ТФК “КамАЗ” (продает продукцию завода) Сергей Корякин. Он пояснил, что “завод сокращает производство из-за падения спроса на крановую и самосвальную технику со стороны строителей”.

Кризис в реальном секторе стал развиваться. Так, 7 октября вице-президент управляющей компании ОАО “ММК” (Магнитогорский металлургический комбинат) по финансам и экономике Владимир Шмаков заявил: “Кризис уменьшил платежеспособность российских компаний, покупающих наш металл. В долг отпускать прокат мы не можем, поскольку нам самим нужно покупать сырье и расходные материалы. Что же касается экспорта, то в связи с резким падением цен на мировых рынках на черный и цветной металл сегодня продавать продукцию на экспорт убыточно. Производственная программа октября снижена до 850 тыс. тонн проката, а заказов получено менее чем на 600 тыс. тонн”.

О проблемах косвенно заявили и в Sollers (бывшее ОАО “Северсталь-авто”). В заявлении Sollers содержится призыв, чтобы “государство обратило внимание на проблемы отрасли и поддержало рынок ликвидностью”. Про сокращение производства представители Sollers пока ничего не говорили. Однако входящий в Sollers Заволжский моторный завод (ЗМЗ), который поставляет двигатели на ГАЗ, сообщил о приостановке конвейера по их сборке.

Сокращение производства непосредственно влияет на темпы роста ВВП. Последний официальный прогноз дан Министерством экономического развития в “Мониторинге текущей ситуации в экономике Российской Федерации в январе—августе 2008 года” от 29 сентября. Уже тогда отмечалось: “Начиная с мая, отмечается замедление экономического роста. Если в I квартале ВВП вырос на 8,5%, во II квартале — на 7,5%, то в июле и августе — на 6,9% и 7,0% соответственно. В целом за январь—август прирост ВВП составил 7,7%”. По итогам года Минэкономики дает прогноз темпов роста ВВП в 7,5%. Теперь этот прогноз необходимо пересматривать. По неофициальным оценкам экспертов, годовой темп роста ВВП в 2008 году может составить около 5,5%.

Социальный удар

Сокращение производства дало и негативный социальный эффект. И это тоже впервые за время кризиса. Ранее страдали только инвесторы, банкиры и брокеры (что отклика в обществе как-то не вызывало). Теперь будут страдать простые работяги. Директор по персоналу и социальным программам ОАО “ММК” Александр Маструев не скрывал горькой правды: “При столь существенном снижении производства не удастся задействовать весь персонал предприятия. Высвободится около 3 тыс. работников. Мы постараемся максимально сохранить коллектив. Будем прощаться с нарушителями трудовой дисциплины. Возможны отпуска без содержания”.

Нарушителей трудовой дисциплины в России, конечно, хватает. Однако по результатам исследования сотни крупнейших работодателей страны в сентябре консалтинговая компании AXES Management утверждает: “Каждый второй работодатель из-за начавшегося финансового кризиса уже готовит массовые увольнения и проведет их в ближайшие месяцы”. Причем речь идет далеко не о прогульщиках и пьяницах. “В среднем в каждой фирме будет уволено по 10% сотрудников. А в некоторых банках и в розничных сетях потеряет работу каждый третий-четвертый. Компании увольняют людей, чтобы улучшить финансовое положение, пошатнувшееся из-за кризиса. Работодатели в среднем хотят таким образом сократить расходы на персонал на 14%. Под ударом в первую очередь окажутся офисные работники”, — говорится в отчете AXES Management.

Таким образом, под угрозой увольнения оказываются примерно полмиллиона человек. Не следует забывать, что почти на каждом из них “висят” потребительские кредиты. И в кредитном договоре, как правило, указано, что “заемщик обязан своевременно сообщить банку об изменении места работы”. Достаточно часто там же есть пункт: “Заемщик обязан досрочно погасить кредит по требованию банка”. В условиях массовых сокращений эти два напечатанных мелким шрифтом пункта могут вызвать цепную реакцию требований банков о досрочном погашении кредитов. И закон будет на стороне банков, поскольку исчезновение у заемщика источника дохода в результате увольнения, безусловно, увеличивает риски банка и является достаточным основанием для досрочного расторжения кредитного договора.

Кроме того, в условиях спада производства в какой-либо отрасли средняя зарплата по этой отрасли снижается. И те, кто меняет работу сейчас или будет вынуждены сделать это в ближайшие несколько месяцев, в большинстве случаев обречены получать меньше. Однако с учетом инфляции замораживание зарплат на 1—2 года серьезно ухудшит качество жизни людей. Это касается и тех, кто не потеряет работу. Ведь при сокращении производства (и прибыли) индексировать зарплату сотрудников для компенсации инфляции компаниям будет просто не с чего.

Гримасы рецессии

Можно констатировать, что российский кризис вышел за пределы банковской системы и фондового рынка и стал расползаться по экономике. В России начинается то, чего более всего боялись (и чего не смогли избежать) в США, — рецессия. По различным оценкам, она продлится от полутора до двух лет.

Спад производства плох еще и тем, что является очевидным поводом для изменения фундаментальной оценки стоимости компаний. До сих пор все биржевые аналитики и представители финансовых властей в один голос твердили: “Фондовый рынок упал потому, что с него ушли спекулянты-иностранцы. Однако фундаментальная оценка стоимости российских компаний остается прежней. Акции перепроданы и выглядят привлекательно”. До прошлой недели в это можно было с трудом, но верить, поскольку, несмотря на кризис, темпы экономического роста в России сохранялись на уровне 6—8% в год.

Спад производства на крупнейших промышленных предприятиях перечеркивает эти расчеты. Пока инвестиционные компании и международные рейтинговые агентства еще не начали пересматривать фундаментальные оценки стоимости российских производственных активов. Пересмотр стоимости активов и понижение рейтингов коснулось лишь российской финансовой системы. Так, рейтинговое агентство Standard & Poor’s заявило о пересмотре прогнозов по долгосрочным рейтингам 13 российских финансовых институтов со “стабильного” на “негативный”.

Рейтинговые агентства достаточны инертны. По их меркам рецессия — это когда спад производства длится непрерывно два и более месяцев. Что ж, один месяц спада — октябрь — налицо. Если спад производства продолжится и в ноябре, то пересмотр фундаментальных оценок стоимости производственных активов неизбежен. Для компаний он будет весьма болезненным, поскольку инвестиционные рейтинги выставляются на основе фундаментальных оценок. Компании и так задыхаются без финансирования, а снижение инвестиционных рейтингов еще более затруднит им доступ к ликвидности.

Вливаниями госрезервов на фондовый рынок при желании можно легко поднять упавшие биржевые индексы. Но как показал опыт 90-х годов, спад производства преодолеть гораздо труднее, чем искусственно довести любой из макроэкономических показателей до указанной начальством величины. К сожалению, все усилия финансовых властей пока направлены на сохранение банковской системы. Для поддержания еще и производственных компаний госрезервов может просто не хватить. Остается надеяться, что рецессия в российской экономике все-таки не перейдет в стагнацию.



Партнеры