W. не станет ВВП

Почему в России не снимают художественные фильмы о действующих президентах?

24 октября 2008 в 17:18, просмотров: 831

Новый фильм Оливера Стоуна заинтересовал зрителей по обе стороны океана. Не вдаваясь в художественные достоинства картины, “МК” заинтересовал вопрос: почему в России не снимают кино о президентах?

Обратите внимание, в Голливуде “президентская” тема поставлена если не на поток, то около него. Благодаря местной продукции мы знаем, что американский президент может дать отпор террористам не хуже крутых экшн-героев (“Самолет президента”). Может лично сесть в истребитель и повести войска на борьбу с инопланетянами (“День независимости”). Американскому президенту не чужды романтические страсти (“Американский президент”). Ну и далее, как говорится, по списку. В кино в той или иной степени первое лицо Америки засветилось прочно. Обратной дороги нет.

Что же у нас? Не снимают по каким-то причинам фильмы про действующих властителей. Вот про бывших — да, можно. Например, сериал “Брежнев”, где прекрасный актер Сергей Шакуров мучился по 4—5 часов, пока ему сделают грим.

В феврале этого года вышел фильм “Поцелуй не для прессы” с Андреем Паниным и Дарьей Михайловой в главных ролях. Только ленивый не писал, что в этом проекте Панин сыграл президента Путина (по фильму — Платова).

Режиссер и продюсеры от этого всячески открещивались, мол, у нас просто история любви, а к Путину она никакого отношения не имеет. Но количество совпадений, знаете ли, оставляет зрителя при своем. Смотрите сами. В фильме чекист Платов, большой поклонник самбо и дзюдо, знакомится со стюардессой, они женятся, рожают дочерей, у Платова серьезная работа в Питере, он помощник большого начальника, потом опала этого начальника, перевод в Москву, потом… Может, хватит совпадений?

— Андрей, у вас были сомнения, соглашаться ли на роль президента? — звонок актеру Панину на мобильный телефон.

— Это все вранье! Журналисты придумали! Я не играл президента.

— А кого же тогда?

— Меня спросили: “Будешь сниматься в мелодраме?” — “Буду”. Я играл просто некоего человека, понимаете? Человека со сложной судьбой. В фильме, если посмотреть, ни разу не говорится, что он — Президент России.

— И как вы работали над образом “просто человека”?

— Никак. Пришел на площадку, режиссер сказал, что надо сделать, я сделал. Я и фильм толком не видел, как он получился. Так, на озвучании только, кусками. Поэтому не могу даже сказать, доволен ли результатом.

— Тем не менее картину не взяли в широкий прокат. В кулуарах говорят, в Кремле фильм не приглянулся.

— Я за прокат не отвечаю. Я просто сыграл роль. И все.

Актер резок и категоричен, это его право. А между тем в киношных кругах и правда все уверены, что фильм в прокат не выпустили по прямому указанию Кремля. Поэтому увидеть историю “человека со сложной судьбой” можно только на DVD-дисках.

— Считаю, у нас нет поводов снимать кино про действующего президента. Лицом к лицу лица не разглядеть — для объективной исторической оценки президента должно пройти время. Даже за тот год, пока снимается фильм, многое в стране может поменяться, — считает продюсер Андрей Сигле.

— Если бы вам принесли сценарий фильма о Путине или Медведеве…

— Абсолютно точно отказал бы в постановке. Все-таки это несколько субъективный взгляд. Чтобы снять такой фильм, надо лично говорить с президентом, быть рядом с ним постоянно и потом рассказать о нем правду. Но рассказывать нужно скорее о каком-то важном эпизоде жизни целого народа через своего правителя, об ответственности власти перед своим народом, а не о том, что нами правят люди, которые, например, любят париться в бане или имеют какие-то человеческие слабости. И потом, нельзя говорить под руку.

Продюсер “Груза-200”, самого скандального фильма последних лет, Сергей Сельянов также не скрывает своего скепсиса относительно появления такого героя, как президент, в отечественном кино.

— В России пока слишком мало было президентов — два, ну от силы три, и снять фильм про президента вообще не получится, это будет очень персонифицированный образ, — считает Сергей Михайлович. — Вот про царя, где будет просто царь, можно. Ведь искусство нуждается в обобщении, оно берет нечто типическое.

— Но в целом, как вы считаете, в России такой проект возможен?

— Проект возможен, но не как агитка — со знаком “плюс” или “минус”, а как нечто художественное. Потом, надо спросить разрешения у самого президента. Ведь область кинематографа юридически очень оснащена, и уже никто не рискнет снять в обход каких-то установленных правил. В той же Америке первое, о чем вас спросят: “У вас авторские права есть? Договор имеется?” Без этого даже говорить с вами не будут.

— Вы бы заинтересовались таким сценарием?

— Я бы заинтересовался любым сильным сценарием — будь он про Змея Горыныча, инопланетянина или действующего президента. Все талантливое имеет право на существование. Но, скорее всего, сценарий был бы слабый, а просто проехаться на известном имени не хочется. Если допустить высокий художественный уровень сценария, то я не исключаю, что обратился бы к Путину или Медведеву за разрешением. Они достаточно умные люди, и думаю, что какие-то переговоры были бы абсолютно возможны. Хотя я, например, никогда бы не дал согласие на съемки фильма про себя.

Мария КОСТЮКЕВИЧ

 
ВОПРОС ПОЛИТОЛОГАМ

Сергей МАРКОВ, директор Института политических исследований: “Во-первых, в России недостаточно демократии, политической традиции. Слишком широки зоны, которые находятся как бы вне критики. Во-вторых, в России популярные президенты. Поэтому критический фильм вряд ли возможен.

 Общество должно осмысливать, что делает президент. Но обязательно будут отслеживать, с одной стороны, не перегнули ли палку с критикой, а с другой — не получилась ли халва. В обоих случаях итог будет идти в минус.

Что касается жанра, я думаю, это должно быть нечто среднее, возможно, я бы сказал, профессиональные хроники вроде Артура Хейли — “Аэропорт”, “Такси”. Когда художественными средствами исследуют профессиональную работу системы. Могут ли в фильме про президента присутствовать эротические сцены? Считаю, что да. Президенты — живые люди, и в этом нет ничего такого…

Я думаю, избирательные кампании будущего будут начинаться c выхода мощнейших блокбастеров. Партии будущего будут включать в себя телеканал, кинокомпанию, футбольный клуб и экспертный центр внутри”.

Вячеслав НИКОНОВ, президент фонда “Политика”: “Вековые традиции российской политической культуры не позволяют художникам относиться к лидеру страны с иронией. Даже в девяностые, когда Бориса Ельцина дружно клевала пресса, деятели искусства были к нему очень лояльны.

Исключить, что фильм не выйдет на экраны, если не понравится президенту, нельзя. Президент, как и любой другой человек, имеет право высказать свое мнение о фильме, свои сомнения, ни на чем не настаивая. Но, поскольку с мнением главы государства у нас принято считаться, его недовольства скорее всего будет вполне достаточно для того, чтобы прокатчики от фильма просто отказались. На всякий случай.

Думаю, фильм про президента страны может повлиять на его рейтинг — причем как позитивно, так и негативно. А самое главное, что реакцию публики на искусство предсказать невозможно. Сколько было случаев, когда хотели как лучше, а получилось как всегда”.

Константин НОВИКОВ, Михаил ЗУБОВ



Партнеры