В Россию можно как бы верить?

Малый бизнес пройдет испытание “на дать”, чиновники — “на взять”

26 октября 2008 в 16:14, просмотров: 642

Поговорим сегодня, наверное, о тенденциях. Есть ли они у нас сейчас и какие? Хорошие, плохие, каких, в конце концов, больше. И что надо сделать, чтобы первых стало больше, а вторых — меньше? И, самое главное, достижимо ли это в ситуации, когда половина народа вокруг словно сошла с ума и сеет панику, крича “кризис, все пропало, спасайся кто может” даже в туалете и во сне (иногда совмещая эти процессы), а вторая половина тупо и убежденно отрицает даже очевидные факты негатива в нынешней ситуации и требует “расстрелять паникеров”. Впрочем, тенденции — это слишком обширно. Лучше уж сначала о чем-нибудь одном.

Вчерашний день начался с любопытнейшего информационного сообщения одного из агентств: “Россияне инвестируют в строительство нового города Аль-Зорах в ОАЭ”. Сумма инвестиций в строительство этого города превысит 80 млрд. долларов. Понятно, что далеко не все эти доллары придут со счетов наших сограждан. Их там, может, вообще с гулькин нос, что называется. Но дело не в этом. Неделю назад последний раз позвонил знакомый, до недавних пор работавший в столице страховым агентом, а сейчас продающий недвижимость где-то в Египте. Судя по голосу, “окучивание” наших сограждан у него идет полным ходом. Хороший мужик, но до последнего звонка чуть ли не досаждал уже своими ежедневными выходами на связь. Пытался и меня подвязать, хоть денег у меня таких нет. “Ничего, — убеждает он, — ты мне, главное, помогай, а комиссионные будем делить пополам”. Я отказался, поскольку ни талантов, ни времени на такую работу нет, а ему ответил, что, мол-де, если б ты мне предложил уговаривать, где в России в бизнес вложить перспективный, это другое дело. Он долго сопел в трубку, молчал (что для него, выпаливающего сто слов в минуту, крайне нехарактерно), а потом каким-то сиплым голосом спросил, как я себя чувствую. Узнав, что неплохо, он повесил трубку и с тех пор больше мне не звонил.

Но только сегодня, прочитав про ОАЭ, я понял, что его интересовало вовсе не то, подхватил ли я уже грипп в этом году или нет, а то, насколько я здоров психически. По мнению очень большого количества наших сограждан, инвестировать деньги в России могут либо олигархи, либо бизнесмены, связанные с госчиновниками. А остальные делают это либо от отсутствия альтернативных возможностей, либо от небольшого ума. То есть деньги у наших сограждан есть, но Россия в перечне их потенциальных инвестиционных объектов отсутствует. И это, увы, тенденция.

Еще одно, увы, заключается в том, что ближайшие год-полтора, скорее всего, лишь укрепят эту тенденцию. Поскольку ознаменуются очередным расцветом коррупции и переходом ее на новый уровень (количественный, но вряд ли качественный). И особенно это коснется предприятий малого и среднего бизнеса.

Попробуем обосновать логически. Уже сейчас понятно, что у многих банков, работающих с этими категориями предпринимателей, в следующем году не будет денег для выдачи им кредитов. С учетом того, что ЦБ на свои аукционы допускает лишь банки, имеющие рейтинги в западных агентствах, основная часть средних и мелких банков этого жизненно важного источника финансирования оказывается заранее отключенной. К тому же получение таких рейтингов — дело мало того что хлопотное, но еще и финансово затратное. И для большинства региональных кредитных организаций, работающих с предприятиями реального сектора экономики, — недостижимое. Можно сказать, что среди банковских середнячков и “мальчиков”, особенно региональных, начнется волна банкротств, замаскированная под слияния и поглощения. А приведение в порядок отчетности, переход на новые стандарты корпоративного управления не дадут мелким предпринимателям возможности получать деньги даже там, где их им будут готовы дать.

В этих условиях в будущем году у предпринимателей остается один-единственный источник получения денежной помощи — государственные финансы, госзаказ. Не надо думать, что речь идет о федеральном уровне. Предпринимателям из рассматриваемого слоя практически невозможно пробиться на этот уровень. Речь о заказе на уровне области, города, муниципального района. Но тут возникают сразу два “но”. Первое: этих денег на всех не хватит. А значит, достанутся они, скорее всего, лишь “своим” для чиновников фирмам и компаниям. И второе “но” — размер откатов, получаемых чиновниками, в связи с ограниченностью финансов и ростом количества претендентов на каждый рубль, вырастет уже не на проценты, а в полтора-два раза от нынешних показателей. Соответственно, эффективность инвестирования этих денег по линии госзаказа уменьшится в разы. Что даст очередной повод экономическим экспертам говорить о неэффективности государственного управления.

Кстати, не исключено, что коррупция переместится и из государственного в частно-государственный сектор. Например, журнал “Эксперт” совсем недавно в одной из статей написал, что им позвонил “знакомый банкир из Новосибирска и сообщил, что к нему обратились некие люди с интересным предложением: получить в одном из госбанков (по всей видимости, банков с госучастием. — Авт.) кредит на миллиард рублей под 4% (!) годовых. Единственное условие — откат в 25% от суммы. И никаких тебе оценок рисков и платежеспособности, на невозможность которых ссылался наш собеседник из госбанка”.
И это вполне закономерный результат системы, когда финансопроводы от государственных денег до реального сектора не доходят, потому что пролегают через минимальное количество участников процесса. Грубо говоря, мало труб для денег, и на каждой кто-то волен закручивать или откручивать вентиль.

В нынешней ситуации есть несколько нюансов, которые обнадеживают. Первый заключается в том, что с подачи первых лиц государства пакет законов, ограничивающих административный произвол чиновников и разного рода проверяющих, был принят до того, как началась острая фаза финансового кризиса. И это благо, что успели, потому что в сегодняшние дни до малого и среднего предпринимательства никому бы дела не было.

Второй благоприятный нюанс — недавнее принятие пакета антикоррупционных законов. При всей их ограниченности и выхолощенности они все же сужают поле для чиновничьего беспредела и абсолютной свободы в обращении с государственными финансами.

Но это еще не “свет в конце тоннеля”. Это лишь надежда на него. Сейчас очень много экспертных мнений по поводу того, что кризис — это не только упадок и некая “расчистка поля для дееспособных”, но и наличие новых возможностей. Особенно для малого и среднего бизнеса. Поскольку они высокооборотистые и гораздо более гибкие. Не спорю, это мнение справедливо, но с одним уточнением — для стран с высокой степенью диверсификации экономики. Где тот же малый бизнес не только присутствует в парикмахерских и магазинчиках шаговой доступности, но и встроен в технологические цепочки авиастроительных компаний, исследовательских институтов, производство компонентов для автопроизводителей. Для малого бизнеса нашей экономики, по-прежнему сидящей на энергетическо-сырьевой игле, таких новых возможностей по большому счету нет. Для него сейчас один свет в окошке — государство.

Это для него случившийся кризис сейчас — катарсис, очищение и новые возможности. Не просто изменить свой имидж, а реально стать опорой, движущей силой, защитником, заказчиком, управляющим, определяющим стратегическое развитие экономики и переход на действительно инновационные рельсы. Да кем угодно, в том числе и для малого и среднего предпринимательства. Тем более что в условиях кризиса оно за год может так перестроить систему, как в нормальных условиях ему бы не удалось и за десятилетие. Если оно сможет выработать такую политику и реализовать ее честно и прозрачно, то уже через год тенденция изменится на обратную. И вполне возможно, город в ОАЭ так и не достроят. А сделают что-нибудь гораздо более полезное в России.

p-7.jpg





Партнеры