Стоит ли раздувать скандал?

Иракскому журналисту грозит тюрьма, а его обувь выросла в цене

16 декабря 2008 в 19:47, просмотров: 2050

Инцидент с брошенным в Буша ботинком вызвал небывалый резонанс. Сейчас имя нового национального героя Ирака Мунтазира аз-Зейди у всех на устах: его заочно наградили медалью, а местные бизнесмены, не жалея денег, борются за право приобрести принадлежавшие ему туфли. Цена реликвии уже превышает $10 миллионов… Обозреватели “МК” Александр Минкин и Вадим Речкалов по-своему “оценили” ботиночный инцидент.

Человек в толпе

Какой-то иракский парень (в Ираке) кинул башмак в Буша (президента США). Случай обсуждает вся мировая пресса и интернет, но велика ли цена поступка?

Объект атаки — какой-то трухлявый. Он уже почти не президент. Его не любят, не уважают, презирают большинство граждан Америки. Кидайся в него хоть в Вашингтоне — даже там общее настроение будет на стороне башмака.
Тем более — Ирак. Башмак полетел: а) в чужого президента; б) в ненавидимого. За башмаком была безусловная моральная поддержка всего народа.

Метатель жив-здоров, и две сотни юристов уже выразили готовность бесплатно защищать его в случае суда.

Действовать с одобрения толпы и действовать (в полном одиночестве) вопреки толпе — огромная разница.

За два дня до этой иракской чепухи у нас в России произошел характерный случай. Президент в честь 15-летия Конституции говорил в Кремле про наше “справедливо устроенное общество и высокий престиж независимого суда”.
В этот момент лидер движения “Мы” Роман Доброхотов встал и крикнул: “Позор! У нас нет никакой свободы!” Его скрутила и поволокла охрана, хотя президент громко и внятно сказал: “Не надо никуда его убирать! Ведь для того мы и принимали Конституцию, чтобы у людей было право свободно выражать свое мнение!”

Это была прекрасная политическая дискуссия, крайне редкая в наши дни, но, увы, очень короткая. Беда в том, что охрана не подчинилась. Она уволокла парня вопреки прямому приказу президента, видимо, решив, что эти очередные правильные слова, — только слова. Охрана гораздо сильнее, чем отважный молодой человек, подорвала тройной престиж первого лица (президента, Верховного главнокомандующего, гаранта Конституции).

Прежде действовали умнее. Помните, всенародно избранный царь Борис в Кремле натыкается в толпе на юродивого.

ЮРОДИВЫЙ. Борис, Борис! Николку дети обижают. Вели их зарезать, как зарезал ты маленького царевича!

БОЯРЕ. Поди прочь, дурак! схватите дурака!

БОРИС. Оставьте его. Молись за меня, бедный Николка.

Вот как надо, а юродивого можно и ночью забрать, не на глазах у толпы и телекамер.

В тот же день Доброхотова уволили с работы. Легко отделался. Но давайте сравним степень риска.

Наш президент — в полной силе (не то что дохлая утка Буш). Толпа, окружавшая Доброхотова, была стопроцентно лояльная, отборная, другую в Кремль не приглашают. (Конечно, это не “толпа”, а “элита”, но в данном случае термин “толпа” делает более понятной разницу: в какой атмосфере действовал иракский парень, а в какой — наш.)

При абсолютно одинаковом событии степень личной опасности может очень сильно различаться. Кинуть что-нибудь в президента Швейцарии — попадешь в газеты и на экран. Кинуть в товарища Сталина — вся семья попадет в лагерь, а тебя убьют на месте.

По всему по этому — при внешней схожести поступка — разница в цене может равняться жизни.

Александр МИНКИН.

Бесцельное занятие

С интервалом в два дня, почти синхронно в разных концах мира журналисты атаковали двух президентов — сначала российского, потом американского. Оба президента отреагировали достойно.   

Впрочем, наш журналист не посмел высказать все, что думает, прямо в лицо президенту. Наш апеллировал к публике.

— Что вы его слушаете! — храбро воскликнул Роман Доброхотов на конференции в Кремле во время речи Дмитрия Медведева, посвященной Конституции. — Он нарушил все права и свободы! В стране цензура, выборов нет, а он…
Смутьяна тут же подхватили трое сотрудников ФСО и, закрыв ему рот ладонью, выволокли из зала. Хотя Медведев заступился.

Зал зааплодировал. Одни хлопали Медведеву, другие Доброхотову, сейчас и не разберешь, кто кому хлопал, потому что оба выступления оказались интересны.

В Багдаде все происходило гораздо жестче. Мунтазир аз-Зейди с криком “это прощальный поцелуй от иракского народа, собака!” запустил в Буша своими ботинками. Офицеры иракского и американского ФСО, или как там у них называются эти службы, повалили смутьяна на пол и выволокли его из зала, как какого-нибудь Доброхотова.

— Могу сообщить, что это была обувь десятого размера, — отреагировал Джордж Буш. Аплодисментов, однако, не сорвал.

Доброхотова отпустили, но спустя двое суток он уже участвовал в Марше несогласных и все-таки добился, чтоб его забрали в кутузку. Радио “Говорит Москва” малодушно вышвырнуло Романа с работы якобы в связи с кризисом и по сокращению штатов. Мунтазир а аз-Зейди иракские власти арестовали и, по словам брата арестованного, сломали Мунтазиру руку и ребра. Зато за его  ботинки готовы выложить миллионы и вся журналистская общественность встала на его защиту.

Эти двое — русский и араб — заслуженно снискали популярность публики, сделав то, о чем многие мечтают, но на что не каждый способен. Возвысить голос против тирана. Швырнуть в него последним ботинком.

Однако, при ближайшем рассмотрении, сочувствие вызывают не храбрые журналисты, а именно те самые тираны. Медведев и Буш. И если бы не тупая реакция челяди, то две эти истории выглядели бы совсем иначе — легкой и остроумной перепалкой журналистов и правителей.

— Что вы его слушаете? — вопрошает Доброхотов молчащий зал.

— А вы дослушайте, молодой человек, — увещевает его Медведев.

— Получи, фашист, ботинкой! — отчаянно кричит Мунтазир аз-Зейди.

— Ну и нога у вас, батенька! — ловко уворачиваясь, комментирует Буш.

В искрометную эту полемику вмешались грубые фэсэошники и все испортили.

И все как-то забыли, что Буш уже не совсем настоящий президент, а в общем-то бывший. Хромая утка.
И Медведев из всех имеющихся в наличии российских тиранов самый безобидный.

Ты попробуй Путина перебить. Или швырнуть ботинком в американского солдата, когда он еще стоял на блокпосту в центре Багдада. Вот это был бы поступок. Красивый и самоубийственный. А так — шоу для еще более маленьких и бесправных.

Вадим РЕЧКАЛОВ.

10 МИЛЛИОНОВ ЗА БОТИНОК

Один из самых активных кандидатов на покупку исторической пары обуви — бывший технический директор иракской футбольной команды Аднан Хамад: он предложил за нее $100 тыс. По словам Хамада, “своим поступком аз-Зейди выразил отношение всех иракцев к Бушу, который разрушил Ирак и надругался над его народом”. А вчера некий бизнесмен из Саудовской Аравии заявил, что готов заплатить $10 миллионов даже за один ботинок.

В день ареста 29-летнего корреспондента тысячи иракцев вышли на улицы городов, призывая власти выпустить его на свободу. Однако в ответ правительство лишь опубликовало официальное заявление, в котором назвало поступок журналиста “Аль-Багдадия” “позорным”. “Действия аз-Зейди нанесли урон иракским журналистам и иракской журналистике в целом”, — сообщается в документе.

“Исторические” туфли были приобщены к материалам дела в качестве вещдока. Теперь журналисту грозит до 7,5 года тюрьмы. Об этом вчера заявил пресс-секретарь премьер-министра Ирака Ясин Маджид, пояснив, что действия журналиста расцениваются властями как “насильственные действия в отношении официального лица, являющегося гостем правительства Ирака”.

Между тем на сторону ботинкометателя встали правозащитники со всего мира: благотворительная организация Wa Attassimou, патронируемая дочерью лидера Ливии Муамара Каддафи, уже наградила аз-Зейди медалью за смелость.

Честь мундира намерена защищать и египетская телекомпания, где числится журналист. О своей гордости поступком аз-Зейди рассказал и его брат Майтем: “Буш спровоцировал его (Мунтазира аз-Зейди. — Авт.), сказав, что это (подписанное накануне с премьер-министром Ирака соглашение об обоюдной безопасности. — И.К.) его прощальный подарок иракскому народу”.

Инга КУМСКОВА.    



Партнеры