Шашлык на обочине

Придорожный общепит в Мордовии начинает и выигрывает

25 января 2009 в 16:48, просмотров: 541

В столице целый сонм экономистов ищет выход из кризиса для всей страны. А в четырехстах километрах от МКАД, в мордовском поселке Умет по крайней мере четыреста человек нашли его — лично для себя — еще пятнадцать лет назад. И вышли-таки из кризиса — на обочину федеральной трассы.

С тех пор Умет прославился как самая протяженная столовая для дальнобойщиков в стране. Ряд шашлычных и кафе тянется вдоль дороги Москва—Челябинск километра три, не меньше. Их тут, по самым скромным подсчетам, 120 штук.
Одни процветают и отстраиваются, около них то и дело тормозят машины. Их хозяева уже могут позволить себе сгонять на пару недель в году за границу. И отправить детей учиться в Москву.

Около других заведений — нетронутый колесами снег. Они разоряются и переходят из рук в руки. Конкуренция. Побеждают те “рестораторы”, которые ни на минуту не бросают наемных работников без присмотра, сами готовят, встречают гостей. И готовы кормить их и днем, и ночью.

Водители знают: самая домашняя еда на трассе — в Умете. Борщ и лапша. Котлеты и шашлык. Пельмени и манты. Уметскую порцию нелегко умять даже здоровому мужику. А стоит обед рублей 200. Или даже меньше.

Сейчас, с началом нового, уже третьего в “шашлычной” истории Умета кризиса, посетитель пошел нещедрый. Дальнобойщики экономят, норовят уложиться в 150 рублей. Однако владельцы кафе твердо верят в одну простую истину: люди, отъехав от Москвы на четыре сотни верст, захотят есть при любых проблемах на фондовой бирже, кредитном рынке и даже в собственном кармане. А двигаясь в обратном направлении, не захотят платить за обед по столичным расценкам. Поэтому остановятся в Умете и еще прихватят с собой сверток с едой в дорогу.

“А что, у кого-то были проблемы?” — вспоминают уметские рестораторы про дефолт 1998 года. А на вопрос об их сегодняшней “программе выживания” отвечают: “Война план покажет”. Им ли бояться кризиса — в свое время на большую дорогу их выгнала экономическая драма начала девяностых.

“Знаешь, как было страшно? И стыдно?” — спрашивает Валентина, вспоминая, как в первый раз вышла на трассу с кастрюлькой вареной картошки, солеными огурцами и еще какими-то немудреными домашними харчами. Тогда практически все население Умета разом лишилось работы, и женщины потащили из дома на обочину еду, чтобы заработать… на еду.

Валентина была одной из первых. Сначала торговала “с пенька”, потом рядом с ним появился мангал, потом — навес.

Теперь ее кафе “У Валентины” — это небольшая, человек на пятнадцать максимум, избушка с терраской. “Курьи ножки” опираются на дно придорожной канавы и возносят сооружение на уровень федеральной трассы.

“Да ты пошел бы к тем, у кого кафе получше”, — смущается хозяйка. Она одна из тех в Умете, кто делает ставку не на внешний вид сооружения, а на качество еды. Поэтому и продукты у нее свои — держит в поселке корову, поросят, кур.
Многие “рестораторы” уже не тратят время на собственное хозяйство, им привозят мясо и овощи из окрестных деревень. Но Валентина придерживается старой — натуральной — традиции.

На просьбу показать хозяйство долго отнекивается и уступает лишь с оговоркой: “Если мой мужик тебе по лбу даст, не обижайся”. Мужик, однако, не выказывает ни толики желания “дать”. Предприятиями “уметского пищепрома” владеют, за редким исключением, женщины, многие мужья — на подхвате. Дров поколоть, воды принести, подстроить или подремонтировать. Так что если баба чудит и привела во двор чужого мужика с фотоаппаратом, то, стало быть, лучше не встревать — зачем-то это ей нужно.

Дом владелицы кафе — хорошая, но все-таки деревенская изба. А ее дочка бороздит свежий снег уметских проулков на новенькой “японке” и приговаривает: “Что вы, мама, стесняетесь своего бизнеса? Вы же все это своим трудом создали”.
Местные власти могли бы, наверно, прикрыть кафе “У Валентины” и большую часть придорожных заведений часа за два. Там — что-то не соответствует требованиям санэпидстанции, тут — пожарники против: где-то кафе слишком близко к дорожному полотну.

Нарушителей штрафуют. Тех, кто не зарегистрировал свой бизнес, уговаривают зарегистрировать. Однако бизнес не ломают. “Придорожные кафе в Умете пользуются и будут пользоваться поддержкой района и республики, — говорят в администрации Мордовии. — Потому что это четыреста рабочих мест в поселке, где меньше трех тысяч населения”.

Уметом гордятся в Саранске — поселок знает и хвалит вся автомобильная общественность страны. За уметский пищепром водители голосуют рублем. Если б еда “У Валентины” была невкусной, нездоровой, они бы пообедали в другом месте.

 




Партнеры