Хроника событий Краснодарскую чиновницу осудили на 2,5 года условно по делу о наводнении на Кубани Осужденные за наводнение в Крымске будут мести улицы Чиновники Крымска признаны виновными по делу о наводнении Суд вынесет решение о халатности во время наводнения в Крымске В Крымске вспомнили жертв наводнения

Как топили Крымск

Спецкор «МК» выяснил: канализацию не ремонтировали, реки не чистили

9 июля 2012 в 18:38, просмотров: 43478

Страна скорбит по погибшим при сильнейшем за последние несколько десятилетий наводнении в Краснодарском крае. Жертвами стихии стали около 200 человек. В храмах проходят панихиды. Жители Крымска готовятся к массовым похоронам и продолжают разгребать завалы и отмывать от нанесенного ила дома. Между тем МЧС в понедельник объявило очередное экстренное предупреждение из-за ожидаемых в регионе ливней и шквалистого ветра.

Как топили Крымск
фото: Светлана Самоделова
Жительница Крымска показывает, до какого уровня поднялась вода.

Жизнь на выброс

По обочинам дорог в Крымске растут кучи мусора. Местные жители вытаскивают из домов пришедшую в негодность технику, поломанные кровати, разорванные в клочья вещи.

— Все на выброс! — машет рукой Людмила, жительница частного дома по улице Маршала Гречко. В то же время женщина бережно раскладывает мокрые фотографии на три оставшиеся от крыльца ступеньки и рассказывает счастливую историю своего спасения.

— На всех окнах в доме успела поставить решетки, а на окно в спальне денег не хватило. Позвонила сестра, позвала в гости, отложенную сумму и потратила на поездку. Во время наводнения спала — вдруг услышала, как в раковине журчит вода. Подошла и увидела, как из сливного отверстия хлещет бурая жижа. Попыталась открыть дверь, но ее заклинило от напора воды. А вода между тем быстро прибывала. Выбралась из дома как раз из окна, которое единственное оставалось незарешеченным. Иначе плавала бы под потолком, как знакомая моей мамы, баба Надя...

— Лучше бы меня не вытаскивали, — плачет Зинаида Григорьевна Танцура. — От дома осталась гора мусора, все заготовки, что делала на черный день, пропали. Гуманитарную помощь выдали макаронами. А как их варить?! Нет ни света, ни воды. Многие из нас стали сейчас бомжами. Есть, конечно, и пункты временного размещения, но как-то не хочется от родного сада и огорода уходить жить в казенный дом. Меня приютили соседи, но впереди зима, где буду дальше жить?..

Правда, губернатор края пообещал, что за три-четыре месяца для пострадавших построят новые дома взамен разрушенных. Процесс строительства будет согласовываться с хозяевами жилья. Жителям Крымска дадут возможность выбрать: построить дом на старом месте или получить жилье в новом коттеджном поселке.

«У нас свои адреса»

У пункта, где оформляют материальную помощь — единовременные выплаты по 10 тысяч рублей на неотложные нужды, — стоит длинная очередь. У многих водяным потоком унесло документы. Пособия обещают выдать и без официальных бумаг — достаточно того, что личность пострадавших подтвердят соседи.

Терпения стоять на солнцепеке в очереди хватает не у всех. Многие разворачиваются и уходят. Каждому сейчас необходимо привести в порядок дом.

Соседи на улице Ленина теперь не могут понять, где чьи индоутки. На уцелевших птицах, недовольно топающих по вязкому илу, нет не единой отметины. Все удивляются, как могла в этой водяной лавине выжить птица.

65-летний Анатолий Меджулин стоит около месива бревен, кирпича, бетона — это все, что осталось от его дома. Потоком воды унесло и всю живность: 50 голов уникальной, селекционно выведенной птицы и кроликов. На компенсацию он особо не рассчитывает. «Оценят ущерб в одну сумму, потом скажут: приди забери свои 9 тысяч. Так было уже при наводнении в 2002 году».

Между тем власти в виде компенсации за утраченное имущество обещают выплатить из регионального бюджета каждому члену семьи по 50 тысяч рублей, из федерального бюджета — по 100 тысяч рублей. Семьям жертв стихии в качестве компенсации обещают выплатить из федерального бюджета по 1 миллиону рублей и столько же — из регионального бюджета.

— Вы ж потонули? Есть ущерб? Идите запишитесь в списки! — кричит Ольге Махно с дороги подъехавший на машине страж порядка.

Ольга отмывает от черной жирной глины детскую коляску. За хлебом и водой к центрам раздачи не ходит, говорит: «Надо прийти, отстоять очередь, рассказать, что ты не умер, выслушать, какой ты алчный...» Сегодня ее муж сходил в администрацию, написал заявление, чтобы прислали машину и откачали воду из подвала. В списке он оказался 67-м по счету. Когда поймал проезжающую мимо пожарную машину, оттуда лишь отмахнулись: «У нас свои адреса».

У Натальи Козловой во дворе стоит опрокинутая легковушка соседа. Машину принесло в их огород мощнейшим потоком воды. Иномарка протаранила на своем пути кирпичный гараж.

Заложники большой воды

Эпицентр потока пришелся на улицы Адагумская, Луначарского, Троицкая, Ленина, Синева, Лермонтовская, Свердлова. Именно здесь погибло большинство людей.

Одна из них — 92-летняя Таисия Диброва, по рассказам соседей, уже пережила в 2002 году разрушительное наводнение. Деньги, которые ей выплатили на восстановление дома, одинокая пенсионерка отдала племяннику. Сама осталась жить во времянке. Бушующий поток раздавил ветхое жилье, как спичечный коробок. Бабу Таю унесло водой — пенсионерку уже опознали.

Не было шансов выжить и у 90-летней Надежды Клименко, которая жила в доме № 169 по улице Ленина. Соседи видели, как с нахлынувшим потоком воды рухнула крыша ее дома. Бабу Надю нашли под обломками: она не успела встать с кровати.

Многие жители Крымска до сих пор обижены на представителей силовых структур.

— В 7 утра мы, как зайцы, еще продолжали сидеть на крышах домов, в то время как мимо на лодках проплывали спасатели. Мы кричали: «Снимите нас!» — в ответ слышали: «Нам поставлены другие задачи». Простояли на горе и прибывшие два БТР. Экипажам так и не поступила команда эвакуировать в безопасное место ютившихся на чердаках людей.

А Владимир Завродин, наоборот, безмерно благодарен спасателям:

— Полдня с соседкой в воде простояли по пояс. Махали белой наволочкой, и нас подняли на вертолет. Потом в городе подобрали еще одного мужчину — он был абсолютно голый, потоком воды с него сорвало всю одежду...

Местные жители продолжают анализировать трагические последствия наводнения.

— В Крымске все прекрасно знают бешеный нрав реки Адагумки, — говорит старожил Игнат Сурин. — У тех, кто живет на берегу, есть специальные контрольные метки. Как только вода поднималась, казаки выставляли посты. Мы пережили за последние 20 лет пять наводнений, но никогда вода не прибывала столь стремительно, тем более ночью. В домах оставалось много беспомощных стариков. Помочь им особо было некому. Мужчины многие на заработках: работы для них в городе нет.

Все в Крымске клянут местные власти, которые не заботились о сезонной чистке русла, которое было забито плывунами. Вменяют властям в вину и то, что они не выделяли достаточно средств на реконструкцию сточной канализации.

— А теперь обещают новые ливни, которые могут потянуть за собой новое наводнение, — говорит Игнат Сурин. — Мы остаемся заложниками — о нас вспомнят, когда в очередной раз утонут две сотни человек...

35-летняя Наталья Мацкевич с 10-летней дочерью Альбиной снимали комнату в доме № 216 по улице Советской. Работала Наталья в Новороссийске в охране. Приехав со смены, она пораньше легла спать. Ее разбудила дочь: «Мама, вода поднимается». Женщина с девочкой не смогли выбраться через заблокированную дверь, стали стучать в окна, кричали: «Помогите!» На крики прибежали соседи, стали разбирать доски на чердаке. Пытаясь спасти несчастных, 56-летний сосед Юрий Соловьев порезал себе всю грудь. Но вскоре вода поднялась и на чердак. Наташа с Альбиной перестали стучать...

Глава семьи работает на Севере, на вахте. Теперь он приехал в Крымск, чтобы забрать тела близких и похоронить их на родине.

В доме по соседству захлебнулась пенсионерка Анна Изопова.

— У мамы в эту ночь был брат, — рассказывает сын Анны Константин. — Когда пошла вода, она его все время останавливала: «Не тащи меня, сынок, я очень тяжелая, вода вот-вот остановится». Не остановилась. Хлынула с новой силой. Брат тащил мать за халат, а в проходе мощным потоком ее вырвало у него из рук...

— В нашем квартале — от улицы Веселой до винзавода погибли 15 человек, — рассказывает Юрий Соловьев. — Соседка напротив сегодня вышла в огород, а на капустных грядках лежит утопленница, из-за листьев видна поднятая рука. Ее пронесла река. Кто она — никто не знает!

На доме № 26 по улице Островского висят два венка. Здесь погибли две пожилые сестры — Мария и Екатерина Якименко. Одной было 84 года, другой 79.

— Были очень дружные по жизни, даже одежду одинаковую покупали, и на тот свет ушли вместе, — говорит сын Марии Ивановны Александр.

Жители улицы Островского рассказывают, что долго не могли добиться, чтобы из домов забрали трупы.

Прождали до вечера, пока сами не погрузили и не привезли тела в морг, — рассказывает Николай Литовченко.

А вот деда Григория Кузьмича Колойду можно назвать счастливчиком.

— Папа лежал парализованный, я приходила кормить и мыть его каждые утро и вечер, — рассказывает его дочь Ольга. — В ту злополучную ночь сама еле спаслась. С плохими предчувствиями прибежала к отцу. Какова же была моя радость, когда я увидела отца живым. Он рассказал, что кровать, на которой он лежал, сделана еще в советское время, стала подниматься вместе с водой. Отец плавал под самым потолком несколько часов, а потом вода стала уходить...

— Я не видела войны, но думаю, она выглядит именно так, — рассказывает Маша Хлопунова. — Люди тонули в своих домах, не успев выбраться. В 3.00 мою маму разбудила соседка и кричала в трубку, что все тонем. Мама спала на втором этаже, сбежала на первый — у нас уже плавали телевизор, мебель, холодильники и другие вещи. У нас высокий цоколь, но на улице было около двух метров воды! Наши соседи, у которых одноэтажный дом, пытались выбраться на улицу сквозь несущуюся реку. Я не знаю, получилось ли... Видела женщину, которую прибило потоком к соседскому забору. Мужчина с конца улицы, Александр Кузнецов, бросился в подвал спасать имущество и захлебнулся там. Пускай человек, который якобы предупреждал по рупору, посмотрит в глаза сыну погибшего. Он искал отца на следующий день.

Многие пожилые люди не проснулись, не сумели забраться на чердаки. Но когда родные просили сотрудников МЧС спасти их, те цинично отвечали: «Вам же говорили, что надо сматываться».

— При мне женщина просила спасателей забрать ее маму с чердака затопленного дома, — говорит Маша. — Ей ответили, что они не заправлены соляркой и вообще этим занимаются лодочники-спасатели. Надо сказать, что были и хорошие люди. При мне парень-спасатель без лодки и снаряжения сказал, что готов идти спасать людей, спрашивал, кому нужна помощь.

Помощь была нужна многим. Но вода прибывала так быстро, что дождались помощи единицы. Говорят о десяти погибших детях. И десятки числятся пропавшими без вести.

— Мы поднялись на крышу, когда вода затопила первый этаж, — описывает ситуацию Алена Черноухина. — Стояли гул, крики. Ближе всех кричала девочка, она, видимо, держалась за дерево, слышен был хруст веток. Она звала маму, а мы не могли ее даже увидеть, не то чтобы помочь. Она кричала все тише, а потом и вовсе замолчала.

— Соседка порезала руки в кровь, разбив стекло в комнате у детей, — вспоминает Вячеслав Александров. — И, видимо, сильно поранилась: один ребенок вырвался, пытаясь добраться до собачьей будки и спасти пса, а она его не смогла удержать. Я ее видел вчера — она бегала от «КамАЗа» к «КамАЗу», искала сына. Пока не нашла, а вода в нашем районе еще не схлынула.

Погибшие, пострадавшие, потерянные — теперь они есть у каждого второго жителя Крымска.

— Знаю, что утонула моя мать, но видел только ее имя в списках погибших, — говорит Виктор Гриценко. — Дом стоял вторым от реки. За час до катастрофы я смотрел на реку, и все было нормально.

Водка за 300 рублей

Есть и такие, кто погиб уже после наводнения. От переохлаждения, потери крови, от инфаркта. Старики просто садились в грязь, не в силах идти куда-либо. Лекарства и документы взяли с собой единицы, о деньгах и говорить не приходится.

— Где-то в 6.15 утра я шла найти воды, — рассказывает Даша Колесник. — Некоторые магазины к этому времени уже были пустыми, в городе творилось что-то невообразимое. Вернулась к магазину, села на ступеньки ждать, пока откроют. Мимо меня бежала женщина, вся мокрая, в ночнушке, босиком, все ноги в крови, — бежала неизвестно куда, не обращая внимания по сторонам. Всё в воде, слышны детские крики, плывут трупы, мусор, крыши домов, всё... Кучу людей везут в грузовиках со всего города. Большинство босиком, ноги синие, черные, в крови, переломы. Бабушки, которые не могли ходить... Кого-то сразу накрывали с головой и увозили. И ты просто бежишь к каждому грузовику, спрашиваешь, с какой улицы он привез трупы, ищешь знакомые лица...

Поиски родных осложняются еще и внезапными проблемами с телефонной связью: «Антенна полная, а позвонить не можем». Стационарные телефоны отключены: электричества все равно нет. Сейчас в Крымске организована выдача воды и сухпайка, но не все могут добраться до пункта помощи. Очень не хватает лекарств, а о прививках нет и речи.

— Я прошла по всем улицам, по колено в воде и грязи, и нигде, нигде не было видно хоть кого-то из администрации, — возмущается Арина Соколова. — Полиция стояла на подступах к городу. МЧСники стеснительно торчали в начале улицы. На вопрос, почему они стоят, ответ был убийственный: «У нас нет бензина». Люди плачут, говорят, что их просто затопили, как котят. Никто из местной администрации не приходил, и об этом говорят жители не одного дома. Раздача сухпайка и воды? Вам нужен? Приходите и берите. А это за три-пять километров от дома...

— Говорили, что ставят прививки, — приводит пример Маша Хлопунова. — Но ничего подобного нет. Когда моя мама у пункта эвакуации спросила про прививки, ей ответили, что делать ничего подобного не собираются. Мол, корвалола вам дадим, и валите отсюда! Когда сегодня дали в руки материальную помощь (макароны, сахар, воду, хлеб), я заплакала, никогда не думала, что когда-нибудь такое случится с нами.

Лариса, приехавшая помогать родственникам с двумя детьми из Краснодара, тоже рассказывает, что пошла в поликлинику, чтобы сделать дочкам прививки от гепатита, и напоролась на жуткую очередь. Уколы делала одна медсестра. Когда подошла ее очередь, девочкам отказали, сославшись на то, что требуется запросить их медицинские карты.

Сохранившиеся торговые точки уже вскрутили до небес цены на необходимые продукты. Пол-литровая бутылка воды стоит 100 рублей, бутылка «паленой» водки — 300. И это в городе, где и до наводнения жили не миллионеры.

— Больше всего толку от киосков, — считает Алексей Доронин. — Их все посмывало водой, и кое-где можно найти неразбившиеся бутылки пива или что-то еще. Пиво вообще единственный напиток, которому ничего не сделалось. Чистой воды нет, поэтому им и посуду моют, и даже детям дают пить.

Почему гоняют волонтеров?

По улицам Крымска ездят машины, из которых раздают гуманитарную помощь: одежду, мыло, шампунь.

На своей машине приехал в Крымск по собственной инициативе бизнесмен Иван Галкин. Закупив в супермаркете пакеты с молоком, он теперь раздает их детям.

Ко мне подходят люди и говорят, что волонтеров не пускают в город, ссылаясь на то, что в Крымске в любой момент может вспыхнуть эпидемия.

Волонтеры привозят и воду, и хлеб, но все это разлетается слишком быстро. Пункты сбора гуманитарной помощи организованы во всех соседних городах, есть и те, кто готов приютить потерпевших у себя.

— Приехали в Крымск — там полный бардак, — делится впечатлениями Марина Луговая. — Еле-еле нашли штаб МЧС, адрес его не знал ни один полицейский. Сказали, что можем разместить в соседнем доме в Абинске человек 15–20, отвечают — не в нашей компетенции, так ничего и не узнали. Предложили им помощь, машину, средства — отвечают: «Ну-у-у, не знаем». Сказали стоять и ждать, пока понадобится наша помощь. За заборы не пускают, самим прочесывать район нельзя, могут принять за мародеров. В итоге я и шесть здоровых мужиков волонтеров тупо стояли и ждали, пока им сообщат, что можно сделать. В конце концов мы присоединились к одной бригаде МЧС, которая разбирала завал дома. Там была куча трупов! Так что офииальные данные, уверена, сильно занижены. А ведь есть еще пропашие без вести. Почему же про них ничего не говорят? И цифры не озвучивают. Почему?

Наводнение на Кубани. Хроника событий


Партнеры