Как удалось выяснить “МК”, события начали развиваться еще в полете. 40-летний пассажир Магомед Патиев, который на протяжении всего полета вел себя нормально, внезапно в процессе снижения самолета ушел в туалетную комнату. Прошло более 40 минут, а мужчина все не выходил. Когда наконец вернулся на свое место, он подозвал стюардессу и передал ей записку, предназначавшуюся командиру воздушного судна. В послании было сказано, что у мужчины есть важные данные, касающиеся национальной безопасности, и ему необходимо встретиться с сотрудниками ФСБ. Кроме того, на листочке бумаги пассажир написал номер своего мобильного — именно через него Патиев предполагал общаться с органами. 50-летний командир экипажа Никита Максименко незамедлительно передал сообщение на землю. Кроме того, опытный летчик предположил, что в запертой комнате туалета проблемный пассажир мог подготавливать взрывное устройство. Однако вряд ли он мог держать его на себе — Патиев был одет в легкие брюки и рубашку с коротким рукавом, не позволявшие скрыть под ними устройство. Поэтому командир корабля отдал приказ сотрудникам собственной безопасности, находившимся на борту, проверить багаж Патиева. Однако в просканированных сумках ничего подозрительного обнаружить не удалось. Тем не менее экипаж решил не расслабляться и не отходить от инструкции.
После посадки лайнер перешел под ответственность наземных служб. Самолет отбуксировали на запасную стоянку аэропорта. Патиев заявил, что самолет никто не покинет до тех пор, пока к трапу не прибудут премьер-министр Владимир Путин и журналисты. Не догадывающимся о причине длительной задержки пассажирам экипаж сказал, что воздушная гавань перегружена и не могут подать трап. Ситуацию усугубляла стремительно растущая температура в раскаленном салоне. Из-за выключенных двигателей в самолете не работали кондиционеры, и вскоре жара достигла отметки в 70 градусов! Стюардессы бесплатно развозили по рядам воду, когда она подошла к концу — соки и другие напитки, имеющиеся на борту. Однако вскоре все запасы иссякли. Патиев вел себя достаточно спокойно, ведя переговоры только с экипажем и по мобильному — с сотрудниками спецслужб. К слову, вскоре лайнер окружили спецназовцы. Увидев вооруженных людей в бронежилетах, пассажиры начали подозревать неладное — пошли слухи о захвате или заминировании воздушного судна. Однако на все вопросы экипаж отвечал заученной легендой — аэропорт перегружен, нет трапа. Патиев запретил открывать дверь самолета, даже чтобы передать страждущим людям (среди которых, к слову, было пять детей) воду. Однако два часа спустя одна из женщин начала отчаянно требовать “скорую” — она не вынесла душного плена, ей стало плохо. Поддавшись на мольбы женщины, захватчик согласился впустить в салон медиков.
Как пояснили “МК” в Межрегиональном следственном управлении на транспорте СКП РФ, этим и воспользовались сотрудники спецслужб. Переодевшись в белые халаты, несколько спецназовцев зашли в самолет и в течение буквально нескольких секунд уложили Патиева лицом в пол. Никто не пострадал, более того — мало кто успел заметить стремительную операцию силовиков. В пресс-службе аэропорта “Домодедово” проведенную спецназовцами комбинацию уже успели окрестить “самой быстрой за всю историю”.
Позже выяснилось, что задержанный Магомед Патиев — уроженец Ингушетии (по другим данным — Осетии), на данный момент проживает в Алма-Ате, имеет свой бизнес по продаже ликеро-водочной продукции. Кроме того, по некоторым данным, преуспевающий бизнесмен устраивал в Алма-Ате мусульманские праздники для членов чеченской и ингушской общин. К слову, после задержания у него не обнаружили какого-либо оружия или взрывных устройств. Патиева отправили на медицинское обследование на психические заболевания. Кроме того, гражданин признался, что незадолго до безрассудного поступка изрядно выпил. В отношении захватчика возбуждено уголовное дело по статье “незаконное лишение свободы двух и более лиц, в том числе несовершеннолетних”. Ему грозит до пяти лет лишения свободы.
“МК” удалось пообщаться с командиром воздушного судна Никитой Викторовичем Максименко.
— Никита Викторович, угрожал ли террорист чем-то конкретным?
— Нет, он просто сказал, что у него все схвачено, на борту у него есть сообщник и если мы не сделаем, что он захочет, мы все умрем.
— Что требовал преступник?
— Встречи с Путиным и внимания СМИ. Якобы у него есть информация о взрывах в Чечне и причастности к ним руководства страны и властей Южного федерального округа.
— Что вы почувствовали?
— Тревогу. Прежде всего за жизнь пассажиров
— По некоторым данным, преступник был пьян. Вы не заметили этого?
— Нет. С ним общалась бортпроводница и сказала, что он предельно спокоен. Не выглядит пьяным или обкуренным. Это встревожило нас еще больше.
— Как его задержали?
— После того как мы несколько часов просидели в раскаленном самолете, одной из женщин стало плохо. Она бросилась к нашей рубке и стала требовать медиков. Патиев дал добро. Мы открыли дверь, к нему подъехал трап, по которому поднимались несколько медиков. Вслед за ними скользнули несколько ребят из спецслужб. Аня показала им на преступника, и спецназовцы скрутили его в мгновение ока.
КСТАТИ
“МК” ознакомился с некоторыми из правил из “Памятки экипажу воздушного судна по действиям в чрезвычайных ситуациях”. В частности, в инструкции подчеркивается приоритетность безопасности пассажиров и членов экипажа во всех спорных вопросах. Однако отдельно стоит упомянуть, что ни в коем случае летчики не должны допустить террористов в кабину. Другими словами, экипаж запирается в бронированной “рубке”, оставляя пассажиров один на один со злоумышленниками. Впрочем, стоит учитывать, что инструкция составлена из соображений меньшего зла: добравшись до управления судном, злодеи могут погубить гораздо больше людей.
