mk.ru : Московский комсомолец

Три интерната для умственно отсталых детей — Юргинский, Мысковский и Мариинский — на протяжении последних месяцев подверглись проверке со стороны прокуратуры области. И вот результаты проведенной работы.

«Выявлены факты лечения детей без назначения врача, использования лекарственных средств с истекшим сроком годности, нарушения условий их хранения».

— Некоторые лекарственные препараты должны были храниться при температуре не более 10 градусов тепла, — разъяснили нам в прокуратуре области. — Однако на поверку оказалось, что практически все лекарства хранились при комнатной температуре — вряд ли они были пригодны для использования. Также были выявлены факты, что лекарства назначались детям без назначения врача. Выходит, детям ставили инъекции, которые им никто не прописывал?

«Не соблюдаются нормы средней жилой площади и обеспечения детей мягким инвентарем».

— У многих воспитанников интерната даже не было собственной тумбочки, куда бы они могли складывать вещи...

«Мысковский интернат не располагает необходимым количеством специалистов, что отражается на качестве оказания медицинской помощи и уровне смертности воспитанников».

— По некоторым данным, 26 детей Мысковского интерната скончались в результате истощения.

«Проверка показала, что в период 2009–2011 годов с расчетных счетов воспитанников Мариинского интерната были сняты денежные средства в сумме 1 миллион 227 тысяч рублей, Мысковского интерната — 670 тысяч рублей. Денежные средства расходовались на приобретение строительных и отделочных материалов, бытовой техники, запасных частей для автомобиля и переданы в дар этим учреждениям».

— Когда воспитанникам этих интернатов исполнялось 18 лет, их переводили в другие учреждения. В этом же возрасте они могли уже снимать деньги — пособие — со своего счета, — добавляют в прокуратуре области. — Так, многие ребята снимали определенные суммы, покупали технику, мебель для интерната, оформляли договор дарения и уезжали. Согласитесь, странно, что умственно отсталый ребенок занимается благотворительностью. Тем более речь идет о детях с тяжелой патологией. Скорее всего, подобные действия они производили под чьим-то давлением.

В ближайшее время с выпускниками интернатов планируют работать следователи.

— Многие СМИ уже дали неверную информацию о том, что директор дома-интерната является обвиняемым. Это не так. Пока он только подозреваемый. Сейчас решается вопрос о назначении комплексной экспертизы, которая должна указать, что же именно явилось причиной смерти детей, — пояснила старший помощник руководителя СУ СК по области по связям со СМИ Надежда Ананьева.

Иными словами, нужно понять: недоедание детей произошло из-за того, что у них были врожденные физические недостатки и они просто не могли нормально кушать, или все-таки их смерти были насильственными?

— Сейчас, пока экспертиза еще не проведена, обвинять человека в столь серьезных преступлениях преждевременно, — подчеркнула Ананьева.

А вот что говорят сотрудники Мысковского интерната:

— Наш директор Игорь Скуратов уволился по собственному желанию пару месяцев назад, как раз после прокурорской проверки. По интернату давно гуляли слухи, что директор жил не только на пособие детей, но и занимался обменом хороших квартир воспитанников на убогие. Выручку клал себе в карман. Не случайно выстроил дом в Сочи — об этом факте говорит весь город. Например, был у нас случай: из интерната выпустили мальчика. Он отправился во взрослый интернат. Но вскоре его вернули, так как на его счету не оказалось денег. Сам он не мог объяснить, куда делось пособие от государства. Также у нас жила девочка, которую пристроили в интернат на некоторое время. На тот момент у нее была вполне приличная квартира в Новокузнецке. Вскоре ее родственница решила забрать ребенка и оформить опекунство. Тут выяснилось, что квартиры у воспитанницы интерната больше нет. По слухам, именно Скуратов обменял хорошую жилплощадь на убогий барак.

— Правда, что дети в интернате могли умереть от истощения?

— От истощения могли умереть только лежачие. Мы их называем «лежунки». Они живут на первом этаже вместе с самыми маленькими. Многие из них сами не едят, а накормить их не получается, как ни пытайся. На втором этаже все ходячие — те едят хорошо.

— У детей есть родители?

— У многих есть родители. Некоторые навещают своих детей. Правда, не часто. Одних — раз в месяц, других — раз в год.

— Работают ли в интернате профессиональные врачи?

— У нас нет профессиональных врачей, всю работу выполняют фельдшеры, поэтому, возможно, и смертность высокая.

— Дети с какими заболеваниями попадают в интернат?

— Диагнозы разные — есть дауны, много эпилептиков, большинство детей даже не умеют говорить. Также есть воспитанники, которые приобрели диагноз благодаря родителям. Такая у нас Гуля. После смерти матери отец посадил девочку на цепь в будку к собаке. Она прожила там несколько лет. Сейчас у нее постоянные психозы — Гуля кидается на людей. Не удалось ей избавиться и от собачьих повадок. Когда она выходит гулять, то сначала начинает всех обнюхивать, набирает камни в руки, кружится вокруг себя, может эти камни бросить в других детей. Живет у нас 15-летняя девочка, которая не расстается с фотографией мамы, которую на ее глазах убил отец. После этой трагедии ее отправили к нам. Как правило, некоторые дети сами рассказывают свои истории. Один парнишка поделился со мной, что когда его родители развелись, мать запила — ее лишили родительских прав, а ребенка забрали в детдом. Видимо, нервная система у него была расшатана. Из-за частых драк в детском доме его определили к нам.

На сайте психоневрологических интернатов Кемеровской области подробно расписаны права и обязанности сотрудников соцучреждений подобного рода: оказание детям медико-социальной, психолого-социальной и социально-педагогической помощи, обеспечение их максимально полной и своевременной социальной адаптации к жизни в обществе, в семье, к обучению и труду, а также достойных условий жизни и благоприятного микроклимата. Интересно, изучали ли сотрудники хоть раз сайт своего же учреждения? Или же глумливо смеялись, читая эти правила?