«Белые ленты» беспокоят медиков

В Москве наблюдается дефицит качественных бинтов

23 мая 2012 в 18:38, просмотров: 3291

В век одноразовых вещей — от шприцев до памперсов — как-то несолидно дорожить пустяками. И такие мелочи, как бинты, кажутся нам вполне рядовым приобретением. В то же время московские медики утверждают, что стерильные перевязочные средства пора метафорично назвать «белым золотом». Дефицита пока нет, но он не за горами.

А кризис уже налицо. Качество бинтов за последние годы ухудшилось в разы. И хотя наука нашла неплохую альтернативу марле, врачи только пожимают плечами: лучше хлопковых бинтов могут быть только... хорошие хлопковые бинты.

«Белые ленты» беспокоят медиков
фото: Светлана Осипова

Погнались за дешевизной

— Марля стала какая-то разреженная, — пожаловалась однажды подруга по телефону. — Палец забинтуешь — на следующий день дырка. Годится только шиповник процеживать...

«Может, в стандарте требования упростили?» — подумалось сразу.

— Многие отечественные бинты в последнее время не выдерживают критики, — согласились с мнением «обывателя» профессионалы из отделения травматологии Боткинской больницы. — Иностранные перевязочные средства куда прочнее. Наши, бывает, крошатся и даже рвутся. Невозможно сделать нормальную натяжку, особенно когда фиксируешь голеностоп, — в этом случае дырки образуются чаще всего.

А что если узнать, как испытывают современные бинты и как они сейчас «эволюционируют»? Перевязочные средства на сегодняшний день тестируют в Институте медико-биологических исследований и технологий и в НИИ хирургии имени Вишневского. В первом проводят только лишь токсикологическое испытание материала — на лабораторных животных, а все остальные параметры изучают во втором.

От специалистов Государственного центра перевязочных, шовных и полимерных материалов НИИ им. Вишневского узнаю, что бинты испытывают по стандарту 1993 года. То есть стерильным средствам не снизили планку — их как проверяли по одному документу почти 20 лет, так и проверяют. Но не все так просто. Оказывается, надо учитывать верхнюю и нижнюю границы нормы. Если раньше производители придерживались золотой середины, то сейчас их устраивает подход «и так сойдет». Оглядываться на лучшие образцы, сверяться с эталонами им стало просто невыгодно. И если «кишка тонка» выполнить требования ГОСТа, всегда можно разработать свои демократичные ТУ и штамповать марлевые повязки по экстремально низкой цене. Правда, если быть справедливым, на упаковках надо при этом указывать: «Качество — дерьмовое». Ситуацию на рынке объяснила эксперт Лидия Блинова:

— Качество товара ухудшилось с тех пор, как ввели тендеры. Производители сами признаются: если мы не выгадаем в цене, то прогорим. Поэтому они предлагают плохую продукцию, но дешево. Ведь тендер выигрывает только тот, чей товар меньше стоит.

— Но, прежде чем участвовать в тендере, производитель должен пройти сертификацию товара.

— На сертификацию, разумеется, нам дают образцы получше. Ну а потом в течение трех лет (срок действия сертификата) потихоньку — как бы незаметно — снижают качество продукции.

— В советское время с такими проблемами вам не приходилось сталкиваться?

— Нет, потому что на всю страну была всего одна организация, которая занималась закупкой необходимых научным институтам средств, — «Союзмедтехника». Она приобретала то, что нужно (на что получала заявки от НИИ), не глядя на цены. А сейчас тендеры объявляют экономические отделы медицинских организаций. И руководствуются чаще всего одним-единственным принципом: «выгодно — невыгодно».

фото: Светлана Осипова

Сталина на бинт нет

А самому стандарту надо отдать должное. Чего он только не учитывает! Предписывает, какими должны быть длина, ширина, прочность, цвет, стерильность, герметичность упаковки и многое другое.

Эксперт Алла подводит меня к первому тестовому аппарату, который проверяет впитывающие способности марли.

— Здесь со вчерашнего дня у нас закреплен образец от белорусского производителя. Надо сказать, белорусские бинты дадут фору многим нашим отечественным. Они очень хорошего качества.

Смотрю на «образцовый» белорусский бинт. Нижняя его часть опущена в емкость с подкрашенной дистиллированной водой, которая за час поднялась до середины растянутого марлевого полотна. Специалистам здесь как раз важна «высота поднятия воды». Высокий подъем (сантиметров 10) говорит о хороших впитывающих способностях пробной полоски. В противном случае, окажись такой кусочек на ране, он не вобрал бы в себя необходимого объема выделившейся крови. Рана бы подтекала под повязкой, и кровь бы на ней запеклась.

— Впитываемость бинта зависит от качества пряжи, из которой он соткан. В частности, от ее межволоконной структуры, от плотности, — поясняет Алла.

— А вот мою подругу беспокоит, что марля в последнее время стала разреженная, — вспомнила я свой разговор с приятельницей.

— ГОСТ не учитывает, каким должно быть число нитей на единицу длины и ширины, однако он устанавливает другое требование: вес изделия должен быть не менее 36 граммов на квадратный метр. Если выкроенная проба окажется легче, значит, марля разреженная. Но у нас есть и другие меры измерения. Давно подсчитано, что по основе пряжи должно быть 120 нитей на 10 см длины.

— Каким еще должен быть бинт — помимо того, что плотным и хорошо впитывающим?

— Безопасным. Токсикологические заключения делают в аккредитованных учреждениях. Там из перевязочного материала делают вытяжки. Полученный раствор закапывают животным в глаза, и, если происходит раздражение слизистой, значит, марля не совсем безопасна. Помимо этого специалисты проводят исследования на содержание меди, свинца, хрома, кадмия, бария, олова и формальдегида в испытываемых образцах. В конце исследования ученые ставят индекс токсичности конкретных бинтов.

— Бинты принято отбеливать. Наверное, не для красоты?

— Для того чтобы придать гигиенические свойства. Неотбеленная марля желтая, жесткая на ощупь и плохо впитывает воду. Но все хорошо в меру. Иногда встречаются грубо отбеленные бинты. В них, как правило, повышенное содержание солей, что может вызвать аллергическую реакцию. Конечно, отбеливание не отменяет стерилизации. Раньше существовала только паровая, а сейчас применяется также и радиационная. Но давайте вернемся к остальным требованиям. У нас также часто бывают нарекания по линейным размерам. Производитель может сделать бинт короче или уже. А еще потребители иногда жалуются на плохую размотку. Нити как будто склеиваются.

Так, за разговорами, мы перешли в другое помещение, где стоит поистине реликвия института. Сломайся эта разрывная машина, которая, к сведению, была изготовлена в 1962 году, и лаборатория лишится, пожалуй, главного своего инструмента.

— Здесь мы проверяем бинты на разрыв, — объясняет Алла.

Она вставляет полоску марли в этот агрегат, и он начинает растягивать полотно. Тянет до тех пор, пока не лопаются несколько нитей.

— У этого образца очень хорошая прочность: 7 кгс (килограмм-силы), — констатирует эксперт. — Гораздо чаще встречаются перевязочные средства, которые не дотягивают и до 5.

— На вашей памяти бывали бинты, суперпрочные, как... ну, как кожаный ремень, например?

— О, вы не поверите, у нас был совершенно уникальный случай, когда на старом складе одного военного ведомства были найдены бинты, пролежавшие там с 1943 года. Из любопытства люди, их обнаружившие, решили эти бинты проверить. Стерильность была уже под сомнением, да и срок годности простой марли всего лишь 5 лет, но мы испытали привезенные образцы на прочность. 15 килограмм-силы! Такого результата не было еще ни разу!

— Что вы хотите, раньше марлю можно было использовать по нескольку раз, — добавляет Лидия Блинова. — Помните фильмы о войне, где на веревках в госпиталях развешивали прокипяченные бинты? Да, довоенное качество на два порядка выше нынешнего. А что сейчас? Если указаны допустимые нормы: плюс-минус 20 миллиметров, так производителю лучше «минус», чтобы не работать себе в убыток...

фото: Светлана Осипова

Возиться с хлопком — дело хлопотное

— Все начинается с поля, — вздыхает Алла. — Волокно должно быть качественным. Тогда из него получится хорошая пряжа, из которой можно соткать приличную марлю. Одним словом, забота о качестве должна быть на каждом этапе производства. А у нас за этим уже никто не следит. Хлопок выращивается в Китае, там же производится марля, а продает ее в итоге какой-нибудь российско-английский холдинг.

— И даже хлопок берем из Китая?

— Наши некогда надежные поставщики — Таджикистан и Узбекистан — сократили посевы до катастрофических цифр. Уроженцам этих стран куда легче здесь у нас дома строить, чем там у себя хлопок выращивать. Это ведь очень капризная культура. У нее много вредителей, поэтому растения обрабатываются довольно дорогими химикатами. У женщин, которые собирают этот хлопок, руки покрыты коростой. Поистине хлопок для России — это «белое золото». Совсем скоро мы, наверное, ощутим его дефицит.

Итак, получается, что бинт потихоньку отживает свой век? Если и так, то не потому, что мы стали реже проливать кровь, — просто сами производители дискредитировали идеальное средство от кровотечений. Вот потому-то ученые уже задумываются над альтернативой бинтам, если уж с хлопком такие хлопоты. Много чего уже пытались придумать. Например, выпускаются хлопко-вискозные марли. У них неплохие впитывающие свойства, но такие образцы менее прочные. За границей придумали жидкость, которую достаточно распылить на рану, и она застынет, напоминая наложенную повязку. Однако она плохо держится. Сейчас в лабораторных условиях разрабатывается даже паутина, которая по своим уникальным прочным свойствам будет напоминать настоящую. Ее хотят использовать в медицине катастроф как перевязочное и ранозаживляющее средство. Есть еще такой нетканый материал — спанлейс, который неплохо имитирует свойства марли. Однако, по твердому убеждению ученых, как бы далеко ни шагнула наука, синтетика никогда не сможет конкурировать с натуральным хлопком. Так что «бинтикам» все же стоит задуматься над качеством своей продукции. Ведь когда-нибудь марлевая повязка обязательно понадобится им самим. Вот тогда и вспомнят о недобранных килограмм-силах.



Партнеры