«Я умру здесь!» Как пенсионеров наказывают за торговлю у метро

Городские власти борются со стихийными торговцами штрафами и конфискациями

20 октября 2014 в 16:44, просмотров: 17685

В начале октября полиция провела очередной рейд по пресечению несанкционированной торговли у станции метро «Выхино». Из пятнадцати задержанных в тот день почти все оказались пенсионерами из ближайшего Подмосковья — их доставили в районную управу, отняли товар, а спустя неделю «наградили» штрафами от 2500 до 5000 рублей. Корреспондент «МК», побывавший в управе вместе с неудачливыми торговцами, разбирался, почему пенсионерам не нашлось места на «Выхино», как районные власти бьются с незаконной торговлей с рук и есть ли место мелкому садоводу на столичном рынке.

«Я умру здесь!» Как пенсионеров наказывают за торговлю у метро
фото: Геннадий Черкасов

Вестибюль управы района Вешняки по одному принимает пенсионеров. Сжимая в руках повестки, они рассаживаются на стулья вдоль стен и, пока ждут, снова обсуждают произошедшее неделю назад, когда у них конфисковали товар. Многие из них знакомы.

— Я просто стояла, разговаривала, а меня схватили за руки, за ноги — и в автобус! — негодует пенсионерка Анна Ивановна. — Чуть костыль не потеряла!

— А главное, кого взяли?! — распаляется ее подруга. — Детей войны! Мы ни уйти, ни убежать не можем.

— Меня милиционер так схватил за руку, что я закричал! — шумит Валентин Михайлович. — И как вам только не стыдно? Отобрали яблоки и не отдают!

Пенсионер из подмосковных Черустей Валентин Михайлович прислонился к стулу, на котором сидит, тележку с пустой картонной коробкой — надеется забрать яблоки, которые блюстители правопорядка отняли неделю назад. На нем серая вязаная шапка, бледно-зеленая длинная куртка с пятнами жира, темные брюки с начесом и ботинки. Бывший инженер с многолетним стажем, он самый разговорчивый из всей компании горе-торговцев.

— В этом году уродились яблоки, вишня, слива, — поведал пенсионер. — Я собрал 12 кг яблок — у меня свой сад — и встал у метро «Выхино». Через час-два налетела полиция. Похватали беззащитных стариков, тележки отняли, а продукты закрыли вон в той комнате, — Валентин Михайлович кивает на дверь, за которой уже неделю хранится задержанный товар.

Теперь пенсионеры ждут, что решат сотрудники управы. По закону те могут составить протокол об административном правонарушении по статье 11.13 КоАП города Москвы «Осуществление торговой деятельности, оказание услуг вне специально отведенных для этого мест» и выписать штраф: от 2500 до 5000 рублей.

Отчего все это происходит, отчего мелких торговцев стали гонять чаще и активнее? С 1 января 2015 года все рынки Москвы должны перебраться под капитальную крышу. По сообщениям Департамента торговли и услуг города Москвы, из 27 сельскохозяйственных рынков, на конец 2013 года расположенных в некапитальных строениях, 12 могут быть перестроены в торговые центры общей площадью 320 тыс. кв. м, а место остальных займут многоярусные парковки и транспортно-пересадочные узлы, подобные «Выхино». Пенсионеры, разложившие товар на импровизированных прилавках из картонных коробок, в такую инфраструктуру явно не вписываются.

фото: Кирилл Искольдский

...Разгневанных стариков, ждущих приговора на первом этаже здания, в кабинете не слышно. Исполняющий обязанности главы района Вешняки Александр Романов поднимает глаза от бумаг и с любопытством смотрит на корреспондента, который явился без предупреждения.

— ТПУ «Выхино» — это боль всего района, — чиновник тщательно подбирает слова. Говорить приходится без подготовки, но проигнорировать шумных пенсионеров нельзя. — Здесь сходятся междугородные и городские автобусы, метро, электропоезда. Ежедневный пассажиропоток составляет 500 тысяч человек.

По словам Романова, в такой обстановке уличной торговле с рук просто не место, ведь «это жуткие помехи движению и антисанитария». Тем более что нет стопроцентной уверенности, что пенсионеры растят все сами у себя на даче.

— Предприимчивые ребята часто дают бабушкам яблоки, картошку какую-нибудь, а те продают, — уверен глава района. — Это не огульно, конечно, но массово. Таких как раз и привлекает пассажиропоток.

Районные власти по распоряжению мэра взяли курс на системную борьбу с несанкционированной торговлей: развесили у метро информационные баннеры, совместно с полицией проводят рейды. В день задерживают по 25–30 человек. «Число нарушителей со временем снижается, — говорит Александр Романов. — Год назад число задержанных в день доходило до 200 человек. Сейчас их в разы меньше. Наша цель — полностью прекратить здесь торговлю».

Но куда в таком случае отправиться пенсионерам?

— Честно говоря, мы не представляем, как можно легализовать торговлю бабушек у станций метро, — еще в августе говорил «МК» руководитель Департамента торговли и услуг Москвы Алексей Немерюк. — Сейчас стоит бабушка, которая торгует укропом со своего города, а через час она уже продавец черешни…

По его словам, если официально разрешить бабушкам торговать у станций метро и в других общественных местах в городе, то скоро различить, кто и чем торгует на самом деле, будет просто невозможно.

— На ярмарках выходного дня мы специально отвели по два шатра для торговли такими товарами, — поясняет Алексей Немерюк. — Пусть бабушки встают там и продают свои овощи и фрукты.

123 ярмарки выходного дня действительно работают в Москве с начала апреля. Запуская их, городские власти ожидали, что цены на продукцию фермеров будут на 15–20% ниже магазинных. Однако все чаще в последнее время появляются сообщения о том, что москвичи считают ярмарочные цены завышенными. «Москвичей беспокоит стоимость молока, птицы, говядины и свинины, — рассказали «МК» в одном из общественных движений, которое в ближайшие выходные намерено провести рейд по столичным ярмаркам. — Чтобы сэкономить, граждане отправляются за продуктами на ярмарки, но зачастую сталкиваются с необоснованно высокими ценами». Вот почему бабушки с яблочками у метро по-прежнему популярны.

...Со второго этажа в холл спускается бабуля в поношенной розовой куртке со следами зеленой краски на рукаве. До беседы с работником управы она пела в вестибюле частушки и потому ее прозвали «шабутной». Из кабинета, где выносят решения по административным делам, она вышла сразу с двумя штрафами: на пять и две с половиной тысячи рублей.

— Вам, похоже, не впервой, — говорю я.

— Ага. Глаза делать надо! Лекарства вон сколько стоють! Я раньше банки с бутылками собирала на Комсомольском вокзале, — бабушка и впрямь горазда поболтать. — У нас на рынке воды нет. Иной раз пойдешь, водички принесешь торгашам. А они мне то картошки, то баклажанов дадут. Просто так давали, а я решила продавать. А потом другие говорят, че ты, мол, ходишь? Возьми зелени продай — все же легче. А мне глаза делать... — «шебутная» смотрит на штрафные квиточки.

— Бабуль, лучше делайте глаза и смотрите спокойно «Кармелиту», — подтрунивает сотрудница управы, — или какой-нибудь другой сериал.

— Какой материал? — не понимает бабушка.

— Се-ри-ал! А еще Малышева там про здоровье рассказывает.

— Про дороги?

Валерий Михайлович тоже возвращается недовольный.

— Штраф две с половиной тысячи выписали, — сокрушается он. — Это как же так? Я сам яблоки вырастил, привез, а вы еще и наказываете рублем! Это не по-человечески! Я лягу на приступках и буду лежать! Я умру здесь!

— Пожалуйста, ложитесь, — глава управы заложил руки за спину и увещевает пенсионера. — Соответствующая служба увезет.

— За что штраф?! — негодует старик. — У меня отец погиб на фронте! Старший брат погиб на фронте! Я родился в Московской области в Шатурском районе, в Черустях. Окончил Московский энергетический институт, ездил по стране, строил электростанции.

— Это дает вам право нарушать закон? — непреклонен чиновник.

— Ничего не дает.

— Тогда не надо этим бравировать! Вы поймите, я с большим уважением отношусь к вашим заслугам, но кто вам разрешил торговать на «Выхино»? Кто заставил?

— А никто не требовал разрешения! Почему вы нам не сообщили, что есть ярмарки выходного дня? Почему промолчали?

— Об этом говорится всегда и везде и всем. На сайте Департамента торговли есть полный список...

— Да какой сайт? У меня и телефона-то нет.

— Ну, что вам еще сказать? — дед плачет у входной двери. — Я награжден госнаградами. Мы 20 лет строили страну... — заходит пенсионер на второй круг, но глава управы поднимается в кабинет.



Партнеры