Безземельщина

31 июля 2013 в 13:23, просмотров: 1180

ГЛАВА ЗАТО ГОРОДСКОЙ ОКРУГ ВОСХОД ИСЛАН ТОХТАРОВ: «Даже земля перед входом в здание администрации принадлежит Министерству обороны. Теплотрасса наша, а земля под теплотрассой — не наша. Мы этого никогда не поймем»

Безземельщина

Городских округов со статусом «закрытое административное территориальное образование» (ЗАТО) в Московской области насчитывается пять. Одни по территории и населению покрупнее, другие — поменьше. Одни ближе к Москве, другие — подальше. Но независимо от размеров и географического положения эти муниципальные образования выросли из военных городков, принадлежавших Министерству обороны. Отсюда и общность проблем. Точнее, проблемы, которая пока не решается даже при наличии соответствующих законодательных актов. Речь идет о передаче недвижимости (земли и строений) Министерства обороны в собственность муниципалитетов, которая регулируется Федеральным законом №423 «О порядке безвозмездной передачи военного недвижимого имущества в собственность субъектов Российской Федерации»…

Если процесс передачи объектов социальной инфраструктуры (дома, школы, детские сады) в собственность муниципалитетов прошел относительно быстро и безболезненно, то земельный вопрос основательно завис в воздухе, что создает для ЗАТО не просто проблемные, а зачастую абсурдные ситуации. Почему так происходит и есть ли «свет в конце тоннеля»? Об этом — наш разговор с главой ЗАТО городского округа Восход Исланом Тохтаровым.

Ислан — полковник в отставке, много лет здесь служил. Поэтому нет ничего удивительного, что в 2011 году его избрали главой.

— Ислан Ишматович, несколько слов о том, что собой представляет ЗАТО — городской округ Восход…

— История образования поселка берет свое начало с 1961 года, когда в интересах Министерства обороны приступили к строительству объекта-радиоцентра и созданию военного городка. В дальнейшем на основании Закона РФ от 14 июля 1992 года «О закрытом административно-территориальном образовании» поселку был присвоен статус закрытого административно–территориального образования (ЗАТО) с сохранением наименования Восход. Население насчитывает около двух тысяч человек. 40% составляют военнослужащие и гражданский персонал градообразующего военного объекта.

Общая территория составляет около 1600 гектаров, она делится на контролируемую и запретную зоны. В запретной зоне располагаются объекты Министерства обороны, в контролируемой (ее можно назвать жилой зоной) — жилье, коммунальная, социальная и инженерная инфраструктуры. Площадь этой зоны — порядка 100 га. Вся территория считается территорией ЗАТО, но муниципальная власть распространяется только на контролируемую зону.

— В беседах с главами других ЗАТО я понял, что главной проблемой таких муниципалитетов является отсутствие земли. Проблема формулируется очень кратко: нет земли — нет развития. Как у вас обстоят дела в земельном вопросе? Площади огромные в ЗАТО…

— Главная боль всех ЗАТО, а не только нашего городка, — отсутствие земли. У нас нет земли даже квадратного сантиметра! По 423-му Федеральному закону земли, которые не используются для нужд обороны, должны были передаваться муниципалитетам бесплатно. Но закон не выполняется.

Военторг, принадлежащий Минобороны, военные сами не ремонтируют и другим не дают.

— Почему?

— В самом законе заложена мотивировка отказа. Военные по закону могут отказать в передаче объекта, мотивируя тем, что он необходим для обеспечения обороны. Нам переданы жилые дома, школа, детский сад, Дом культуры, инженерная инфраструктура. На территории муниципалитета есть еще двадцать объектов, которые в собственности Министерства обороны: склады, чайная, военторг. Военные ими не пользуются, здания ветшают и разрушаются, но нам их не передают. Ни себе, ни людям. Если какое-либо здание рухнет — отвечать будет муниципалитет…

— И какие шаги вы предпринимаете, чтобы изменить ситуацию? Ситуация ведь явно ненормальная.

— Мы направляли обращение в Министерство обороны о том, какие объекты, какие участки, не задействованные в обороне, мы хотели бы иметь в муниципалитете. Получили отказ. Даже жилая зона нужна для обороны. Нам ответили: оформляйте землю под домами, под детским садом, под школой. А земля между домами чья? Министерства обороны. Нам приходится убирать, содержать такие территории. Ведь жителям не будешь объяснять про бардак. Не могу понять, почему Министерство обороны держится за объекты, которые находятся в жилой зоне. В лучшем случае нам предлагают «земельные заплатки»: здесь ваша земля, здесь — наша. Земли много, а воспользоваться не можем. Даже земля перед входом в здание администрации принадлежит Министерству обороны! Теплотрасса наша, а земля под теплотрассой — не наша. Мы этого никогда не поймем.

— Какие социально-экономические последствия имеет такая имущественная неразбериха для вашего поселка?

— Наш годовой бюджет составляет чуть более 100 миллионов рублей. На 80–85% он состоит из областных денег. Единственное налоговое поступление в бюджет — это НДФЛ. Могли бы заработать денег на рекламе. Можно было бы разместить два-три рекламных щита. Хоть какие-то копейки бы шли. Чтобы их поставить, нужна земля. У нас нет земли даже под это. Отсюда — проблемы и с бизнесом. У нас пять торговых точек. Магазины арендуют помещения у Министерства обороны. Все на «птичьих правах». Предприниматели поэтому не заинтересованы в развитии.

Нет земли — нет развития. Мы в последних рядах по сбору налогов в области. У нас нет инвестиций. Их попросту некуда вкладывать. Никто не придет к нам дома строить. Мне кажется, в министерстве до того запутано с собственностью, что сами военные не могут разобраться…

— А что, есть желающие?

— Конечно. Есть желающие, которые готовы взяться за строительство. У нас имеется готовая инженерная инфраструктура: котельная, водозаборные и очистные сооружения, которые не работают на полную мощность. Нет необходимости в дополнительных вложениях в инфраструктуру. У нас есть 9 домов — можно построить еще 9. Инженерные мощности позволяют. Выгодно же! Мы находимся в очень хорошем месте. Примерно на расстоянии 30–40 километров располагаются города: Руза, Истра, Волоколамск. До электрички пешком 20 минут. И жить безопасно. Но нас не слышат в Министерстве обороны. Хотя я в какой-то мере понимаю их. После всего того, что наделал предыдущий министр, нужно время.

— Раз вы заговорили про строительство, не могу не спросить у вас про жилищный вопрос. Есть ли жители, которые нуждаются в улучшении жилищных условий?

— Примерно 150 семей нуждаются в улучшении жилищных условий, еще 130 — это те, кто потерял связь с Министерством обороны. Это наши бывшие работники. Для них по федеральной программе покупается квартира или выделяются деньги. Раньше процесс отселения шел достаточно активно. В этом году деньги получит только одна семья — чуть более 2 млн рублей. Желающих отселиться — человек сто. За счет отселения решаем проблемы тех, кто нуждается в улучшении жилищных условий.

— Неужели так много желающих уехать из поселка?

— Получается, что так. Заработная плата в поселке небольшая — 10–12 тысяч рублей. Гражданское население по 30–40 лет несет боевое дежурство. Молодежь уже не идет сюда работать. Рабочие места у нас — в школе, детском саду, библиотеке и МУПе ЖКХ. Основная масса работает за пределами поселка. Более 40% жителей — пенсионеры. Была бы земля — не стало бы такого количества желающих уехать. Мы смогли бы решить жилищную проблему, создать рабочие места.

Объективно наш поселок — хорошее место для жизни. У нас имеется школа, в которой учится 200 детей. Школа рассчитана на 500 мест. Детский сад — на 120 мест. Очередей нет. У нас замечательные педагоги и в школе, и в детском саду. В наш садик привозят детей даже из других поселков. А уж когда появится земля, мы сможем начать развивать наш поселок.

— Вы верите в это?

— С приходом Сергея Шойгу в Министерство обороны ситуация обязательно изменится, и нам передадут земельные участки. Большая надежда — и на врио губернатора Андрея Воробьева. Этот вопрос сейчас у него на контроле.



Партнеры