Как примитивнейшее дело об изъятом «стволе» умудряются расследовать уже четвертый год

Мой пистолет не быстр

23 февраля 2016 в 17:56, просмотров: 7965

Как вы думаете, сколько можно расследовать уголовное дело об ОДНОМ пистолете, обнаруженном в ОДНОЙ квартире у ОДНОГО человека?

Бьюсь об заклад, даже если вы, дипломированный юрист, половину лекций по уголовному праву списали в ночь перед экзаменом, двух-трех месяцев на такое дело вам бы точно хватило.

Но бывают в нашей жизни уникумы. Далеко за ними ездить не надо — до подмосковного Железнодорожного всего полчаса на электричке от Курского вокзала. Местные Фандорины мурыжат дело о несчастном пистолете уже… три года. Даже страшно представить, чем они занимались, пока коллеги грызли гранит науки.

Три с лишним года 33-летний житель Подмосковья Сергей Тазин безуспешно пытается поставить точку в этом долгоиграющем деле. Но бороться с полицейской волокитой почти так же трудно, как с ветряными мельницами.

Как примитивнейшее дело об изъятом «стволе» умудряются расследовать уже четвертый год
Сергей Тазин с женой.

Пистолет под матрацем

Летом 2012 года сотрудники ГУ МВД РФ по Подмосковью проводили масштабную операцию по выявлению группы лиц, торговавшей оружием на территории столичного региона. Оружие поступало из воинских частей под видом списанного. Арсенал довольно обширный, хватит на главного героя киноленты «Коммандоc» — пистолеты и автоматы, гранаты, а один раз группировка сбыла... гранатомет РПГ-18. Разброс цен приличный — автомат с без малого двумя сотнями патронов к нему стоил 230 000 рублей, а гранатомет — 60 000 рублей.

Одним из первых подозреваемых в торговле оружием стал генеральный директор ЗАО «Предприятие «Оборонтех»» Александр Кудрявицкий, родной дядя нашего героя. Сам Сергей Тазин работал в магазине «Оборонтех» на территории Железнодорожного. Логика привела оперов в жилище Сергея: раз родственник, да еще и в подчинении, — то либо помогает, либо покрывает. В квартире Тазина после долгих поисков нашли боевой пистолет с патронами к нему — обнаружили его под матрасом кровати. Нашли к изумлению жены Сергея. «Я за день до случившегося перестилала постель, под матрасом ничего не было, кроме детского мячика», — пояснила беременная супруга. Впрочем, на то она и жена, чтобы защищать мужа.

Найденный пистолет, кстати, был хоть и боевым, но самодельным. Его собрали из частей двух разных оружейных экземпляров, поступивших в 2009 году в магазин как макеты оружия, а ствол и вовсе выточили на станке. Тазин, естественно, от криминальной находки открестился. Но на ходатайство об изучении отпечатков пальцев и потожировых выделений на изъятом образце следователь, который тогда вел дело, ответил отказом. С пояснением: в том, что изъятый пистолет и боеприпасы к нему принадлежат именно Тазину, сомнений у следствия нет.

Ну, нет так нет. В принципе, в таком элементарном деле особых доказательств вины не требуется. Помните, в похожей ситуации оказался герой Сергея Юрского в легендарном фильме «Место встречи изменить нельзя» — у него в квартире нашли оружие, из которого была убита Лариса Груздева. И Жеглов — Высоцкий выговаривал своему неопытному другу Шарапову — Конкину: «Пистолет, Володя, перевесит сто тысяч других улик».

Адвокат, конечно, сделал все что мог. Экспертиза показала, что на пистолете нет даже затертых отпечатков пальцев Тазина, на полиграфе на все вопросы Сергей ответил отрицательно. Как считает обвиняемый, имелись и процессуальные нарушения при обыске, и т.д. и т.п. Правда, по мнению следствия, все это не отменяло главного: ствол лежал у хозяина квартиры под матрасом. В конце концов, Тазин ведь мог брать его только в перчатках или хорошенько почистить перед обыском. Да и детектор обмануть в наше время совсем не сложно.

Защитник Тазина закидал прошениями о прекращении уголовного дела все суды, включая Конституционный. Там, наверное, очень удивились: среди сложнейших дел о судьбах Родины вдруг затесалась такая пустейшая история. Но все же рассмотрели и состава преступления в действиях Тазина не нашли. Тут уж и следователь сдался — против Конституции не попрешь — и вынес постановление о прекращении уголовного преследования в отношении Тазина с указанием, что в его действиях нет состава преступления. Тогда он, разумеется, не знал, что по воле надзорных органов будет еще много раз повторять эту процедуру.

Реабилитация в «День сурка»

О Конституции у нас вспоминают только в День Конституции. А зря — из этой книжки можно почерпнуть немало полезного. Наш герой вычитал там, что существует «право каждого гражданина на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, а также гарантированное общепризнанными международными актами право на компенсацию каждого, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу или осуждения за преступление». Обеспечивает порядок применения этого права Уголовно-процессуальный кодекс РФ, библия каждого следователя и прокурорского работника. Именно в ней прописано, как и за что жертва незаконного уголовного преследования получает из казны государства сумму, потраченную на юристов и прочие расходы вплоть до мелочи на оплату маршрутки до здания суда.

3вучит как музыка, правда? Но не случайно заметил один юрист: чем развратнее страна, тем наряднее в ней Конституция.

Итак, в апреле 2013 года дело против Тазина прекратили. По закону следствие обязано отправить материалы прокурору, чтобы тот проверил, насколько законно следователь закрыл дело.

Железнодорожный, где находится полиция, и Балашиха, где находится прокуратура, расположены совсем близко друг от друга. Настолько близко, что их даже решили объединить. И если бы следователю даже пришла в голову остроумная идея относить папки с документами в прокуратуру пешком, он бы успел это сделать за несколько часов.

Сколько дело шло (или ползло?) в Балашихинскую прокуратуру — великая тайна. За это время Тазин даже успел обратиться в суд за реабилитацией. А спустя два месяца зампрокурора Олег Глазов постановил: дело прекращено незаконно.

Следователю выделили месяц на сбор новых улик. Прошение о реабилитации, конечно же, превратилось в ворох таких же бесполезных бумажек со ссылкой на Конституцию.

А улики… Где их брать? Из воздуха ведь не соткешь. Полицейские разбежались по другим околоткам — ищи-свищи. Дядя Тазина за торговлю оружием получил четыре года тюрьмы, его тоже не спросишь.

Ну, провели снова кучу обысков. Новых пистолетов не появилось. В итоге спустя месяц следователь повторил ту же процедуру: прекратил дело против Сергея.

Тазин снова выждал время — вроде тихо, ветры закона не завывают в трубах. Он аккуратно переписал прошение на реабилитацию с новыми датами и пошел в суд.

Ба-бах — не прошло и года, как зампрокурора Глазов снова углядел белые нитки в деле о пистолете и отменил постановление следователя. По странному совпадению это последовало, как только сотрудник оружейного магазина попытался реабилитироваться.

За три года этот финт ушами повторялся... не поверите, девять раз. В 2016 году можно отмечать юбилей!

Все постановления — абсолютные клоны в формулировках и отличаются друг от друга лишь датами.

Несмотря на анекдотичность ситуации, в пресс-службе Московской областной прокуратуры нам пояснили, что действия зампрокурора законны и не нуждаются в дополнительных комментариях. Мнение самого Олега Глазова нам узнать не удалось. При этом из отдела по надзору за следствием той же Мособлпрокуратуры Тазину дважды приходили справки, в которых черным по белому написано: «В деле имеются нарушения прав Тазина на судопроизводство в разумные сроки. Следователю внесено представление об устранении нарушений законодательства».

Какие тут разумные сроки, когда уже давно ум за разум заходит.

Пока идет война бумажная, у Тазина родился третий ребенок, долг за адвокатские услуги перемахнул отметку в полтора миллиона рублей. Машину и квартиру пришлось продать, работу Сергей потерял — кому нужен работник, который чаще ходит в суд и в полицию, чем на службу?

— Постановление о прекращении уголовного дела, вынесенное следователем, может быть отменено в любой момент его начальником или прокурором, — разъясняет ситуацию Вадим Багатурия, адвокат Сергея Тазина, в прошлом — сотрудник прокуратуры. — Существует практика, когда по-тихому уголовные дела сначала прекращаются, потом возобновляются под истечение сроков давности, а потом уже снова закрываются. Но если срок давности истек, человек уже не может реабилитироваться. Для чиновников это сухие цифры, а вот для человека целый ворох проблем, так как в базах данных МВД он будет де-факто считаться преступником. Нас уже давно перестали предупреждать об очередных прекращениях и их отменах и вообще любых действиях по делу.

Я ни за что не поверю, что в производстве полиции города Железнодорожный нет дел сложнее дела о пистолете Тазина. Хотя неплохо бы это дело все же завершить — пистолет-то нашли! Уверен, что г-н Глазов — человек трудолюбивый, ответственный, едва ли мечтает всю жизнь тратить на написание грозных представлений следователю. Просто один сотрудник в погонах ленится собирать доказательства преступления. А второй чин не торопится проверять работу первого. Вот такая хитрая наука бюрократия. Думаю, на вопрос, как заволокитить уголовное дело так, чтобы оно плесенью покрылось, эти следователи ответят без запинки.

Принадлежал злополучный «ствол» Тазину или нет — сие, конечно, великая тайна. Но не настолько великая, чтобы мучиться над ее разгадкой три года. Как тот же Шарапов говорил Груздеву: если виноваты, так отвечать должны по всей строгости, а если нет — идите, как говорится, с миром. Но беда в том, что ни полиция, ни прокуратура на вопрос, виновен ли Тазин, не говорят ни да, ни нет — как кокетливая барышня. Ответ мог бы дать суд, но и в суд это дело попасть не может. А неизвестность порой куда хуже даже самого сурового наказания.



Партнеры