ДИКТАТОР-ДЕМОКРАТ

29 марта 1999 в 00:00, просмотров: 288

СУИЦИД Cлободан Милошевич родился в августе 1941 года в оккупированной Югославии, в одном из городков к юго-востоку от Белграда. Его отец-черногорец — православный священник — семью бросил, а в 50-х годах покончил с собой. Спустя двадцать лет после него, в середине 70-х годов, свела счеты с жизнью и мать Милошевича — сербская коммунистка. Если и папа, и мама оказались самоубийцами, можно себе легко представить, каким ядовитым флером было окутано детство нынешнего президента Югославии. Закрытая от посторонних глаз семейная жизнь, несомненно, отличалась явными или подавленными обидами, истериками и ссорами. Известно, что склонность к суициду передается по наследству. Умный, проницательный, целеустремленный, но закомплексованный — в другом государстве человек бы так всю жизнь и просидел директором горбанка. Но Слободан Милошевич оказался востребован — его родная страна столь же закомплексована, как и он сам. Люди, жившие при Тито сорок лет в мире и согласии, поддались вдруг вирусу вражды. Назревала резня. А Слободан Милошевич оказался не только удачливым карьеристом, но и даровитым популистом. Всенародной любви Милошевич достиг в 1987 году — 24 апреля он выступил перед тысячами собравшихся на Косовом поле сербов. Лидер белградских коммунистов внезапно заговорил тогда об историческом праве сербов на Косово. Милошевич разом заручился поддержкой националистов, набиравших силу во всех уголках ослабленной после смерти Тито Югославии. Милошевич — единственный коммунистический вождь в Европе, удержавшийся у власти в бурные 90-е годы. Интересно, что жена Милошевича не предала вслед за мужем свои идеалы — она осталась под красным знаменем и даже возглавляет ныне коммунистическую партию. Нетрудно понять, что сам Милошевич порозовел только снаружи, а внутри остался таким же коммунистом, как и был. Кстати, жена его — профессор социологии. Что Мирьяна Маркович изучает в теории, ее муж воплощает в буднях. Он гений политических комбинаций, интриг и демагогии. Нынешний президент хочет во многом напоминать великого Иосипа Броз Тито. Чтобы вжиться в его образ, Слободан Милошевич вселился на виллу некогда всесильного маршала, в одном из районов Белграда. 24-летний сын бывшего вождя компартии Марко Милошевич заправляет собственной дискотекой под названием "Мадонна". Ходят слухи, что это не единственная его собственность. С именем Марко Милошевича в Сербии связан не один скандал — авария на ночной дороге, пальба на улицах, избитые журналисты, пытавшиеся написать что-то о сыне президента. Кстати, недавно президент Югославии стал дедушкой — подруга Марко родила сына. Дочь президента Мария руководит собственным телеканалом. Родной брат — Борислав — возглавляет посольство в Москве. Кстати, здесь не обошлось и без курьезов — несмотря на то, что они родные братья и по отцу и по матери, Слободан записан в паспорте сербом, а Борислав — черногорцем. Феномен Милошевича, безусловно, попадет на страницы учебников политологии — это диктатор, которому власть раз за разом достается демократическим путем. Но это формальная демократия — в Сербии задавлены и независимая печать, и бизнес, и вся судебная система. Оппозиция и раньше жалась где-то в углу политической жизни, а с началом косовской войны и вовсе распалась. Вук Драшкович, прежний "бунтовщик №1", которого сам Милошевич не раз саживал в тюрьму, теперь стал вице-премьером. Цветущую, некогда самую богатую страну в соцлагере, Милошевич не только опустошил, но и ухитрился поссорить со всем окружающим человечеством. А народ продолжает ему рукоплескать и завораживаться от его длинных и энергичных речей. И сам "Слобо", вопреки всем своим комплексам, очень простонароден, он не брезгует посидеть за одним обеденным столом с селянами-передовиками и обговорить с ними сенокос или православные святыни в Косове. Село, точнее провинция, — это главная опора президента. Это безработные мужики, что сидят целыми днями в деревенских кофейнях, курят, стучат в кости, сосут пиво, поют патриотические гимны и... нахваливают своего Слобо. В Белграде картина обратная. На последних выборах 60 процентов жителей столицы проголосовали за оппозицию, и градоначальником Белграда стал прозападный демократ Зоран Джинджич. Другой прозападный политик — Мила Джуканович — возглавил на последних выборах вторую югославскую республику — Черногорию. (Так что наши стоны о братьях-сербах сильно отдают лукавством. Брат брату рознь.) Миллионы югославов — самые, как правило, талантливые и оборотистые, — голосуя против Милошевича "ногами", убежали за рубеж. Борис Ельцин лучше кого бы то ни было знает, что Милошевич никогда не был нашим союзником. Не зря Ельцин сетовал насчет "трудного переговорщика". Время от времени Кремль, конечно, соглашался замолвить перед ООН словечко за сербов. И каждый раз наступал момент, когда Милошевич рвал все договоренности и вел себя так, как диктовали обстоятельства. А тем временем главным партнером Белграда, как ни странно, всегда был Запад — ведь Запад ближе, важнее и богаче. Многие россияне, не следившие за событиями в Югославии, не понимают, за что на Западе Милошевич прослыл "кровавым диктатором" — он же не рубит диссидентам головы. Но именно он, как считается, опекал армию боснийских сербов, проводившую карательные чистки против мирных мусульман и хорватов. Сербский генерал Ратко Младич подчинялся, говорят, напрямую указаниям из Белграда. А за войсками боснийских сербов официально числится преступлений не меньше, чем за любой эсэсовской дивизией. Чего стоит одна Сребренница — городок в Боснии, на стадионе которого 13 июля 1995 года, по утверждению экспертов, сербы расстреляли пять тысяч местных мужчин—мусульман, включая стариков и шестимесячного младенца. По поводу таких вот "эпизодов" по Милошевичу и тоскует Международный трибунал в Гааге. Потому-то миролюбивые в принципе немцы и французы участвуют сегодня в воздушных налетах на Югославию. Конечно, Милошевич не Гитлер. Он ни на кого не нападет первым, он слишком слаб. Но западным странам претит соседство даже с мини-Гитлером. Именно жажда моральной справедливости и толкнула западников на войну. Сила Милошевича в том, что он всегда последователен в своей непоследовательности. Он принципиально беспринципен. И еще — он не боится крови. Каждый раз меняя взгляды, предавая соратников, нарушая свои обещания, Слобо преследовал и преследует одну цель — это личная власть. Он играет на национальных струнках, когда обращается к народу, и на нервах, когда общается с Западом. На протяжении многих лет он прибегал на переговорах с Западом к одному и тому же нехитрому приему — тянул резину, доводил ситуацию до "точки кипения", и когда раздосадованный Запад предъявлял очередной ультиматум, в последнюю минуту Милошевич неизменно шел на попятную. Но бесконечно проделывать эту штуку не мог даже он. Нельзя было столько раз возбуждать патриотические порывы, а потом раз за разом гасить их и капитулировать. Пора дать себя и побомбить — и Милошевич пустил страну под пресс армады Северо-Атлантического альянса. Югославии сделали кровопускание, теперь диктатор сможет еще долго оставаться у власти. Теперь он — герой.



    Партнеры