АЛЕКСАНДР СЕРГЕЕВИЧ! МЫ С ТОБОИ!

7 июня 1999 в 00:00, просмотров: 226

День рождения Пушкина каждый отмечал по-своему. Кто-то предпочел уединение с томиком поэта в руках широко разрекламированным гуляньям. Другие шли смотреть английского "Онегина". Третьи привычно пили, радуясь поводу для тоста: "Ну, за Александра Сергеевича!" Пожалуй, самое страшное испытание выпало на долю политиков. У них, в отличие от простых москвичей, выбора не было. Одно дело всякие там докладные записки и проекты законов читать, и совсем другое дело — Пушкин. Об этом, кстати, поведал россиянам Борис Ельцин, решивший перечитать поэта "на свежую голову, в два часа ночи". Вывод, который сделал для себя президент: в первом классе было гораздо легче! А сейчас годы уже не те, да и Пушкин, вот уж действительно сукин сын, пишет замысловато... Хорошо хоть Сергей Степашин не подвел. На официальной церемонии открытия праздника на Пушкинской площади он хорошо поставленным командирским голосом прочитал пару четверостиший, причем ни разу не сбился. В отличие, например, от академика Велихова, которому, очевидно, не хватило времени и усидчивости выучить пару строк наизусть. Пришлось посреди выступления лезть в карман за бумажкой. Лужков стихов перед собравшимися политиками и прочим бомондом (на церемонию открытия можно было попасть только по специальным приглашениям) не читал, решив, видимо, что нечего зря бисер метать. В отличие от премьера, сразу после возложения венков отправившегося работать, мэр мог позволить себе веселиться вместе с простыми москвичами целый уик-энд. Впрочем, все площадки, на которых пели, плясали, показывали сказки, крутили сальто и признавались в любви к Пушкину, обойти не мог даже он! Под праздничные гулянья на два дня отдали весь центр Москвы плюс традиционные места отдыха москвичей — Коломенское, Останкино и Поклонную гору. На Поклонную Лужков приехал не случайно. В субботу здесь проходил фольклорный праздник, в котором приняли участие 64 российских региона, и расчет организаторов угадывался легко. Кандидат на пост президента должен продемонстрировать регионам свою любовь и внимание. Лужков искренне братался с представителями различных народов, не морщась пил кумыс и жевал шашлык, оказавшийся не по зубам даже здоровенному охраннику. Оказалось, что, даже отдыхая на Кипре, мэр готовился к юбилею Пушкина. Например, от местных историков он узнал, что царь Гвидон отнюдь не плод воображения поэта, а реальная историческая личность. Однако наибольший восторг у мэра вызвала ярмарка ремесел. Среди традиционных вышивок, керамики, деревянной резьбы частенько встречалось что-нибудь "пушкинское". Взгляд репортеров "МК" сразу привлекла Русалка, сплетенная из ивовых прутьев, как и подобает, с хвостом, с бюстом (плетеным же!), с распущенными волосами... Однако мэр как вкопанный замер у столика с горшками и прочей глиняной утварью и не успокоился до тех пор, пока мастера не пообещали научить его гончарному делу. "Круг у меня уже есть, — сообщил Лужков, — и печь тоже. Но мне нужна глина. Много глины". Рассекая толпы гуляющих, целеустремленно маршировали к центральной стеле Поклонной горы парочки новобрачных со своими "сопровождающими лицами". Проведенный экспромтом блиц-опрос выявил среди брачащихся в этот знаменательный день лишь одного Александра и одну Наталью, да и то они оказались в разных парах. На вопрос, хотела бы она, чтобы ее молодой супруг стал таким же знаменитым, как Пушкин, невеста Наташа ответила отрицательно: "У Пушкина-то вон как неудачно вышло, только до 37 лет и дожил. Пусть уж лучше мой Толя будет хорошим семьянином!" Воздадим должное родителям Александра Сергеевича. Они очень удачно подгадали дату появления на свет сына-гения: именно так, чтобы его 200-летний юбилей пришелся как раз на уик-энд. А тут еще и погода расстаралась!.. Так что народ столичный особенно дома не засиживался. Даешь Пушкина! В Коломенском посетителей ждала "Ярмарка-сказка". Тут уж ни одному мало-мальски известному персонажу пушкинских сказочных произведений не дали "посачковать". Явная недостача обнаружилась только с Учеными Котами. Дубов-то в Коломенском много, а вот котов-сказочников удалось увидеть на празднике только трех. Да и Русалками не запаслись в достаточном для всех дубов количестве. Помимо многочисленных спектаклей "по мотивам Пушкина" публике, нахлынувшей в Коломенское, предлагали всякие игры. Бег в мешках; метание вареников (естественно, ненастоящих) из ложки-катапульты в рот гарному казацкому парубку (тоже, естественно, ненастоящему); ходьба на ходулях... Скоморохи-затейники соблазняли малышей принять участие в хороводах, разыгрывали перед ними смешные сценки, тут как раз совмещалось приятное с полезным: студентам 1-го курса Университета культуры, работавшим на этой площадке праздника, их творческий труд будет засчитан в качестве учебной практики. А на площади Революции в это время проходил конкурс "Мисс Москва". Из двадцати четырех претенденток жюри предстояло выбрать одну-единственную. В толпе зевак спорили на пиво, как ее будут звать: Наталья или Татьяна. Девушки совершили пять выходов, каждый из которых посвящался какому-либо произведению Александра Сергеевича. Например, "азиатский" выход символизировал "Бахчисарайский фонтан", "цыганский" — поэму "Цыганы". Итак, она звалась... Татьяна. Правда, не Ларина, а Григорьева. Зато с такой же русскою душою и не совсем русским телом. Рост — 176 см; все остальное — 89х59х89. Тополиный пух, жара, июнь — почти так поется в одной известной песенке. А если еще жара — тридцатиградусная, тополиный пух — прямо в ноздри и глаза, а июнь — не простой, а юбилейный — Пушкинский? Впрочем, люди в толпе не всегда знали, что происходит. Пробегающий мимо Сергей на вопрос репортеров "МК" о том, что для него Пушкин, спросил: "А кто это?" В шутку, конечно. Особой радости по поводу рождения поэта Сережа не испытывает и благодарен "солнцу русской поэзии за то, что из-за юбилея перенесли на другой день экзамен". Юноша Саша близок поэту только одним: его тоже зовут Александром Сергеевичем. Ходили слухи, что на празднике всем тезкам поэта будут бесплатно наливать водку и прочие горячительные напитки. Увы (или к счастью?), ничего подобного мы не увидели. Зато на Манежной площади, где в рамках фестиваля "Любовь! Россия! Солнце! Пушкин!" выступали различные музыкальные коллективы, по уху резанула фраза из песни: "Я не знал еще тогда, что ты такая б..." (?!) Автор строк "Как мимолетное виденье, как гений чистой красоты", наверное, перевернулся в гробу. Площадка "Чудные мгновения", похоже, была одной из немногих, действительно имеющих отношение к поэту. Коллаж из бессмертных произведений Александра Сергеевича благодаря прекрасным артистам — Людмиле Чурсиной, Элине Быстрицкой, Аристарху Ливанову, Юрию Васильеву — получился удачным. Взять хотя бы прекрасные декорации, стилизованные под собрание сочинений Пушкина, потрясающие костюмы, позволяющие поверить в то, что перед тобой действо девятнадцатого века. "Я помню чудное мгновенье..." — с такими словами выходит на сцену Арсений Ковальский, то бишь Пушкин-лицеист. Вокруг него порхает на пуантах и в пачке воздушная прелестница — муза поэта. Так начинается театральный рассказ о жизни Александра Сергеевича. Зритель погружается в мистическую пелену "Пиковой дамы", сказочную философию "Золотого петушка", пьянящую романтику пушкинской лирики... Действо на Манежной заворожило. "Если я не могу переиграть даже мороженое, то есть не могу заставить зрителя перестать жевать, значит, я не артист вовсе?" — восклицает "воевода" Юрий Доронин. В итоге на алтарь театра принесли все: и недоеденное мороженое, и недопитое пиво. Истосковавшейся по настоящей "Пушкиниане" публике пришлись по душе профессиональная игра любимых артистов и искренняя вера последних в светлый гений Александра Сергеевича. ...В памятной книге, которая в течение двух праздничных дней находилась у памятника Пушкину, первую запись сделал Сергей Степашин. Размашистым почерком он написал: "Александр Сергеевич! Мы с тобой!" Неизвестно, в какой жизни поэт и премьер успели перейти на "ты", но, впрочем, это не важно. Он с нами. А мы с ним. Хочется, чтобы так было не только во время юбилеев и памятных дат. Репортеры "МК".



Партнеры