РОКОВОЙ ПОЛЕТ

21 июня 1999 в 00:00, просмотров: 797

20 июня ему исполнилось ровно 2 месяца. Благодаря счастливой случайности дата рождения малыша не стала датой смерти. Весной история некой Юлии Боболович, спустившей в мусоропровод с 12-го этажа своего новорожденного сына, заставила содрогнуться столицу. Сегодня о трагическом случае уже не вспоминает никто. Как сообщал в свое время "МК", это страшное событие случилось на окраине Москвы, недалеко от национального парка "Лосиный остров". Местная 12-этажка в один миг стала местной достопримечательностью. Люди, проходящие мимо, до сих пор закидывают головы и тычут пальцем в окно, где жила ОНА. Два месяца назад... — Я не сразу сообразила, что делать-то надо, — вспоминала тогда дворник Надя, которая первая обнаружила ребенка. — Помню, открыла затворку в трубе, мусор посыпался. Вдруг слышу — писк. — Мать нашли быстро. По следам крови, — рассказывает участковый района Юрий Митюков. — Квартира была открыта. Вошли и ужаснулись. Женщина вся в крови, комната тоже. Квартиру сразу опечатали. Женщину отправили в больницу №36 для умалишенных. Мальчика доставили в больницу Святого Владимира в реанимационную палату для новорожденных. Спустя месяц... Через неделю после трагического случая в редакцию позвонила молодая девушка: — Я бы очень хотела усыновить этого мальчика. Это возможно? Ответить на этот вопрос мы не могли, знали только, что в больницу так никто из родственников не позвонил. Мы познакомились с Ольгой. О себе она предпочитает много не говорить. Ей — чуть больше 20, работает в одном из столичных торговых павильонов, у Ольги уже есть собственный маленький ребенок. — Если бы я недавно не родила, вряд ли бы екнуло мое сердце, — говорила Оля. — Наверное, что-то меняется в сознании, когда смотришь на это беззащитное существо. Я постараюсь сделать все возможное, чтобы этому малышу было хорошо со мной. Для начала она познакомилась и даже подружилась с родной сестрой Юли Ириной. Та без промедления дала согласие на усыновление ребенка, тем более, что... — Да я вовсе не собиралась его усыновлять, зачем он мне? Просто нужно было как-то от журналистов отделаться, — говорила Ирина молодой маме. — Я и так воспитываю двух взрослых дочерей (17 и 20 лет) без мужа. Дочь Юли, которая живет со мной, тоже против. Конечно, на произвол судьбы его никто не бросит, мы ему подходящий монастырь нашли, там и место "застолбили" уже... Оля начала собирать документы. За 1,5 месяца она прошла полное медицинское обследование, получила положительную характеристику с места работы и места жительства, собрала справки из различных инстанций. Несколько раз в неделю Оля навещала ребенка в больнице. Когда все документы были собраны, юридически подписаны, дело оставалось за малым. Письменное согласие ближайших родственников. И тут... — Знаешь, у меня здесь родственница одна объявилась, она долго думала по поводу моего племянника и решила усыновить его сама. Вот только пусть он пройдет полное обследование, чтобы убедиться, что с головой у него не так все плохо. Еще через 20 дней... Юлия Боболович сейчас находится в психиатрической больнице им. Гиляровского №3. — Я уже устала переводить ее из одной больницы в другую, постоянно приходят какие-то люди, хотят посмотреть на сестру, — жалуется Ирина. — Она больше 10 лет находится в тяжелом состоянии. Домой я ее, конечно, забирать не собираюсь. Ей требуется усиленное лечение. Сейчас она живет только на таблетках. В храме при больнице св. Владимира мальчика окрестили Василием. Сначала Ирина хотела переименовать в Игоря, в честь отца, теперь передумала: — А что, нормальное имя, какая разница, как его звать будут, — говорит Ира. — Вот только отчества его мы, наверное, уже никогда не узнаем. Мальчик, кстати, еще долго будет лежать в больнице. На самом деле Васю из больницы уже выписали. Его перевели в изолятор дома ребенка №19. Как ни странно, об этом никто не знал. — Я 20 с лишним лет с маленькими детьми работаю, но ребенка с таким застывшим ужасом в глазах не видела никогда. Такое ощущение, что он до сих пор летит...— рассказывает главный врач дома ребенка. — Когда мальчика к нам привезли — это было что-то ужасное, он был абсолютно неподвижен. Сейчас он стал шевелить ручками, кричать... У него были сломаны две кости, тяжелый ушиб мозга. Сильно нарушена нервная система. Вероятно, он даже никогда не встанет на ноги. Лекарства сейчас очень дорогие. Некоторые препараты мы купить, к сожалению, не в состоянии. Тетка мальчика никак не определится — стоит или не стоит принимать на себя заботу о ребенке. Ольга, в свою очередь, считает, что Ирина не дает разрешение на усыновление только потому, что рассчитывает получить за этот документ приличные деньги. "Усыновлять этого малыша, на наш взгляд, вообще не стоит, — говорят врачи дома ребенка. — Это ведь такая обуза. Да и ему у нас намного лучше будет. А Бог, думаю, простит родным, если они его оставят". В истории крохи, жизнь которого началась так трагически, хеппи-энда, похоже, не предвидится.



Партнеры