КТО К НАМ С ОГНЕМ ПРИШЕЛ, ОТ МЕЧА НЕ ПОГИБНЕТ

6 декабря 1999 в 00:00, просмотров: 708

Сегодня поляки пронесутся по Москве с огнем и мечом. Будут на коне или под конем, сказать трудно. Но то, что желающих увидеть новую европейскую кинопремьеру "Огнем и мечом" будет предостаточно, сомнений не вызывает. Киноэпопею стоимостью в 8,5 миллиона долларов сделал патриарх польского кинематографа Ежи Гофман. Среди польских и европейских звезд — восходящая звезда московского театра Александр Домогаров и бывший наш, а ныне суперстар с Украины Богдан Ступка. "Московский комсомолец" первым получил уникальные сведения об этой картине. "Огнем и мечом" — первая часть исторической трилогии Генриха Сенкевича. События разворачиваются в 1647 году. Восстание под предводительством Богдана Хмельницкого. Украина рвется из состава Польши, в то время Речи Посполитой. Запорожская Сечь с языческой экзотикой и чубатыми казаками. Гордые шляхтичи. Адский любовный треугольник с яростными мужчинами и ясноглазой красавицей с косой толщиной в кулак. И битва. Рубка. Мясорубка. Все огнем и мечом. Огнем и мечом... Преобладающие цвета — красное с золотом. Золото с красным. Вот такой этот фильм. Сколько огня и сколько меча? У Польши теперь тоже есть свой "Титаник". Во всяком случае, статистика картины впечатляет. "Огнем и мечом" имеет: — 118 съемочных дней; — 130 километров кинопленки "Кодак"; — 80 объектов; — 350 актеров; — 20 тысяч статистов; — 118 только поименованных персонажей; — 120 рыцарских доспехов, часть из них — доподлинно исторические, часть — заново созданные; — 1 тысяча специально сшитых костюмов; некоторые платья главной героини в весе тянут до 40 кг, а в стоимости — до 10 тысяч злотых; — 6 тысяч предметов реквизита; — 250 лошадей; — 300 человек ухаживало за лошадьми; — каждое животное за съемочный день зарабатывало 30 злотых для своего конезавода; — 200 наездников; — производство фильма, его прокат и 4-серийная телеверсия обошлась в 8,5 миллиона долларов; на рекламу затрачено 2,5 миллиона злотых, то есть 1/10 бюджета картины. Откуда взялись такие деньги — читай ниже. Белые пятна "Огня" Этот польский "Титаник" снят в рекордные сроки — почти за три месяца. Но его дорога на экран растянулась почти на... 19 лет. Впервые о съемках в Польше заговорили в 80-м году. Ежи Гофман, к тому времени отснявший две части национальной трилогии Сенкевича — "Пан Володыевский" и "Потоп", завел серьезные переговоры о съемках с Украиной, обладавшей в то время приличным кинопотенциалом. Однако из-за сложной политической ситуации в стране тему польско-украинской войны на историческом экране закрыли. В середине 80-х она опять всплывает с формулировкой "ликвидировать белые пятна в польско-украинских отношениях", и при поддержке министра культуры, историка Александра Кравчука, Гофман получит от государства дотацию на три года. Успеет закупить материалы на костюмы, оружие, найти объекты для натурных и павильонных съемок. Однако уже на следующий год киноэпопее перекроют кислород, но не по политическим мотивам, а из-за чисто экономических причин: Польша — в страшной экономической яме, и денежки практически становятся трухой. "Огнем и мечом" законсервируют, а все собранные материалы и проекты киногруппа отдаст на хранение Лодзинской киностудии. Была попытка спасти неродившееся дитя с помощью богатого Голливуда. Американцы, рассекающие кинофишку лучше других, выставили одно жесткое условие — актеры должны говорить только по-английски. Гофман на это не идет, и в 93-м году на "Огнем и мечом", похоже, дают пожизненный антракт. Однако если ребенку суждено появиться на свет, он появится. Судя по всему, "Огнем и мечом" был тем самым ребенком. Первыми завелись журналисты, которые изо всех сил раскачивали лодку общественного сознания и проводили всевозможные опросы. Спрашивали: "Нужно ли вам "Огнем и мечом"?" и "Кого бы вы выбрали на главные роли?" Оголодавший народ с энтузиазмом включился в игру и назвал своих кумиров. От плебисцита того времени в "Огнем и мечом" остался только один артист — Збигнев Замаховский, сыгравший в картине пана Володыевского. Об этом артисте следует сказать отдельно. Замаховский — звезда польского театра и кино поколения 30-летних. Лучший артист известного в стране театра "Студио". Может играть тончайшие психологические роли, навороченный авангард, убойные комедии. Великолепно поет и несколько лет назад даже выступал в Москве на фестивале актерской песни имени Андрея Миронова. Позже опросы не проводились, и актеров подыскивал сам Гофман. Так, исполнительницу главной женской роли — Елены — нашли в Голливуде. Изабелла Скорупко, рожденная в Польше, выросла в Швеции и теперь снимается в Голливуде. Другим героем, княжеским посланником Скжетуски, стал молодой польский актер Михал Жебровский. А вот с украинцем Бохумом — третьим персонажем в этом историко-любовном треугольнике — вышла прелюбопытная история. Сначала на эту роль был приглашен самый крутой артист страны Богуслав Линда — его у нас знают по картинам "Псы" и "Телохранитель для дочери президента". Однако по каким-то причинам супермен Линда отказался, и начались поиски исполнителя. Поиски завели в Россию. Бохум, Бохум, где ты был? Польские ассистенты обратились в известное московское агентство с просьбой подыскать молодого, красивого, сильного. Агентство тут же выдало обойму наших звезд — Певцова, Лазарева, Харатьяна и даже, кажется, Безрукова, не достигшего 30 лет. Эти персонажи не устроили поляков и... дальше вступает в силу легенда об обнаружении русской звезды для польского кино. Легенды, как вы понимаете, сопутствуют только неординарным событиям и личностям. Согласно легенде два отчаявшихся польских ассистента слонялись по летней запыленной Москве 97-го года и готовы были искать пана Бохума за пределами столицы. "Может, в Питер съездим или в Киев?" — рассуждали они. И тут кривая их путешествия уперлась в сад "Аквариум", где находится Театр им. Моссовета. От тоски поляки решили посмотреть свеженькую премьеру "Милый друг". Как только на сцену вышел стройный с нагловатой усмешкой господин Дюруа, не сговариваясь поляки воскликнули: "Это он!" Возмутителей театральной тишины чуть не вывели из зала. Но разве можно верить этим выдумкам? "Как же было на самом деле?" — спросила я у Александра Домогарова. — Наше агентство отправило в Варшаву шесть кассет с разными артистами. И, насколько мне известно, в последний момент в посылку попала моя. Через месяц я получил вызов на кастинг. — Саш, в какой сцене ты пробовался? — Проба была небольшая — объяснение в любви с героиней. Я обещал ей пол-Украины за любовь. Помню, что на мне был какой-то дурацкий костюм. Но больше всего я удивился поведению режиссера: Гофман, не досмотрев до конца, вышел из павильона со словами: "Все, все". "Все, — подумал я, — пролетел мимо", и уехал в Москву. Но здесь уже ждало сообщение, что Домогаров — это Бохум. Надо заметить, что на выбор нашего артиста повлияла жена Ежи Гофмана — Валентина, которая была его душой, правой рукой и верным советчиком. Она же посоветовала утвердить Изабеллу Скорупко и не ошиблась. Печально только то, что Валентина Гофман не дожила до премьеры картины своего мужа чуть больше месяца. Говорят, что когда Валентина умерла, все были уверены, что Гоффман не придет на съемки. Он появился на площадке с зеленым лицом и только сказал: "Мотор"... Домогаров на экране — отрицательный тип: чуть что — за саблю или в морду. В сценах боев, которых в картине видимо-невидимо, он обошелся без дубляжа. Во-первых, сам хорошо владеет оружием, а во-вторых, в Варшаве с ним постоянно занимались сабельным боем. Тем более что Гофман снимал не специально поставленные для камеры бои, а добивался их натуральности. То есть как в настоящей драке. — В связи с "настоящестью" у тебя были раны? — К счастью, обошлось без кровопускания. — А лошади? Ты все время в седле. — Ну с лошадьми я был знаком и раньше. Мне выдали черного, как смоль, коня со звездочкой на лбу. Ему четыре с половиной года, горячий такой. Зовут Дамар. У него был даже личный тренер. Но у меня с ним не было никаких проблем. Роль свою Домогаров зазубривал по-польски, но в кино его все равно переозвучили. С коллегами общался на русском: поляки все знают русский, только подзабыли. Артист Замаховский даже по-русски в альбоме ему написал: "Сашка! Спасибо, что ты мне не убил, а я тебя за то (и не только) полюбил!" — А как тебе звезда Голливуда — Скорупко? — Она классная девчонка. Без звездного налета, без закидонов. В Польше ее просто обожают, а в ее родном Белостоке — я был свидетелем — буквально носят на руках. Надо сказать, что тандем Скорупко — Домогаров продолжился за пределами Польши. Изабелла сосватала своего партнера на съемки в Швецию, и Саша вместе с ней сыграл в шведском боевике "Ныряльщик", уже достаточно нашумевшем в Европе. Там он играет русского бандита, и, что самое интересное, его партнерша временами в картине говорит с ним по-русски. Учитель у нее был хороший. Когда зимой в Варшаве состоялась премьера "Огнем и мечом", то Александр Домогаров в полной мере понял, что такое слава. Его, сыгравшего мерзавца, польские "кобьетки" (девушки) предпочли положительному земляку Жебровскому. Как свидетельствуют очевидцы, по городу Саша мог передвигаться только на такси. А стоило лишь пройти по улице, на нем висли сумасшедшие фанатки. Он получил тридцать журнальных обложек за месяц и море поклонниц. Особенно отчаянные разрывали на себе одежды и подставляли спины для автографов. "Бохум, Бохум!" — вопили они и теряли контроль над собой. — Сознайся, приятно, когда много славы? — Приятно, но по городу ходить опасно. Надо сказать, что у артиста Домогарова крыша не навернулась. Его друзья и знакомые уверяют, что он не изменился — такой же нормальный парень, и даже застенчивый. Такой же трудяга. Много играет в театре и не востребован нашим кино. Впрочем, такой порядок вещей в России всегда считался нормальным. Коронный гетман саблей не рубит Мы дозвонились Ежи Гофману в его частную варшавскую киностудию "Зодиак Ежи Гофман фильм продакшн" накануне московской премьеры. Выпускник ВГИКа, ученик Михаила Чиаурели и Ивана Пырьева, прекрасно говорит по-русски. В Москве известен как Юрик. — Пан Ежи, какие политические мотивы в начале 80-х годов помешали запуску этой картины? — Основное прежде всего то, что Украина входила в состав Советского Союза. Когда говорилось, что Украина на веки вечные с Россией, нельзя было вспоминать период, когда Украина входила в состав Польши и уж тем более могла быть в союзе с Турцией. — Не обиделись украинцы на то, что казаки у вас на экране слишком агрессивные и кровожадные? — Вы знаете, я в своей картине сделал два зеркальных отражения, у меня одинаковые и поляки, и украинцы. Мы показывали фильм в Киеве, в зале на 3,5 тысячи человек. Реакция была прекрасная. — Почему именно русского актера вы пригласили на роль Бохума? Неужели в Польше не нашлось? — Я вам скажу: я считал, что Бохума должен сыграть актер или украинский, или русский. Бохум — это характер. Но на Украине я не нашел подходящего героя. Когда мне показали рекламный ролик Домогарова, я его тут же вызвал в Польшу и буквально с двух слов понял, что это тот герой, который мне нужен. — Кто его дублировал на экране? — Наш очень молодой актер, фамилию сейчас не скажу. Его голос очень похож на голос Саши. Но поет в кино сам Домогаров. — Пан Ежи, что было самым сложным на съемках — массовые сцены? — Нет, потому что я до того снял несколько фильмов с массовыми сценами, и мне ставить это не проблема. Единственной проблемой для этой картины были деньги, потому что, когда кончились вопросы цензуры, встал вопрос денег. Так теперь, между прочим, и у вас. 11 лет — это наша битва за деньги. — Подошли к главному вопросу: откуда деньги? 8,5 миллиона, и не злотых. — Мы нашли банк, который дал нам кредит. Но банк не хотел давать кредит государственному предприятию, и мне пришлось пойти на пенсию и оставить государственную студию, которую вел многие годы. Я сейчас пенсионер. Так я получил 4,5 миллиона долларов. Кредит, данный нам до 2000 года, мы вернули через четыре недели проката картины. — Можно ли вспомнить самый драматичный момент съемок? — Я вам скажу: в картине бывают всегда более или менее драматичные моменты. Например, мы снимали, как это по-русски говорят, — музей из деревни? — Заповедник? — Да. Мы сделали декорацию именно в такой старой деревне. Это еще не были горы, но такая гористая местность. И там вдруг выпал снег. Там застряли машины, техника, все застряло. Вручную пришлось тащить все наверх. Даже телевидение, которое приехало снимать наши съемки. Но по большому счету нам все благоприятствовало: и погода, и не было ни одного несчастного случая ни с лошадьми, ни с людьми. Хотя в "Потопе" и в "Пане Володыевском" (первый и второй фильмы Гофмана по трилогии Сенкевича) такие случаи у меня были: конь сломал ногу, человек сломал ногу, на "Потопе" загорелся каскадер. Здесь — ни одного случая. — А можно ли вспомнить самую комичную ситуацию? — Могу вам сказать. Ночная съемка. Сцена, когда наш прекрасный молодой актер (Жебровский) через болото уходит из осажденного города. Ночи были холодные, вода холодная. Я ему говорю: "У тебя одна задача — тебе нелегко, пробирайся". А он мне — чисто актерский вопрос: "О чем я сейчас думаю?" Я кричу ему на всю местность: "Ты думаешь о Елене, о героине!" И все это среди грязи... — Гонорар актеров — это коммерческая тайна? — В какой-то степени да. Но... люди у нас полгода работали без денег. То есть злотые у нас были на бумаге, а не в руках. Нам поверили, и когда мы получили деньги (большинство людей уже вовсю работали на площадке, не только актеры), мы заплатили всем, как должны были. — Можно назвать суммы, которые получили главные исполнители? — Одно вам могу сказать: на польские условия — это деньги приличные, на европейские — деньги средние, на американские — смешные. — "Огнем и мечом" стоит 8,5 миллиона долларов. Есть надежда вернуть? — Мы уже вернули. В Польше фильм посмотрели около 7,5 тысячи человек. Фильм окупился уже неоднократно. И теперь мы на нем зарабатываем. К тому же зарабатывают и кинотеатры: в Польше более 90 кинотеатров поменяли оборудование, как это сказать... модернизировали экраны, звуковую аппаратуру. Прибыль идет нашей студии "Зодиак". — Ваш фильм — брутальный. Много рубки, скачек... А сами-то вы владеете саблей? Скачете на коне? — Я когда-то ездил на лошади. Но, начиная с "Пана Володыевского", как только я приступал к съемкам большого фильма, я подписывал контракт, в котором обещал не садиться на лошадь. Потому что один день простоя, если бы я упал с коня, обошелся бы дороже, чем мое удовольствие прокатиться. А насчет фехтования — у меня есть специалисты. Я знаю, чем отличаются основные принципы фехтования саблей от фехтования на рапире или шпаге. — Когда вы снимали огромные массовые сцены, сражения, кем вы себя чувствовали — маршалом? фельдмаршалом? — В Польше, в Речи Посполитой, были следующие звания — великий гетман, коронный гетман и боевой — это как маршал и фельдмаршал. Но мне присудили звание коронного гетмана кинематографии. Сегодня в Доме кино состоится премьера "Огнем и мечом". В Москву приехала вся съемочная группа во главе с Ежи Гофманом. Актерский состав будет представлять только наш Александр Домогаров — польские звезды в это время оказались заняты (поляки тщательно готовятся к своей премьере). За неделю до премьеры ломали голову над сложным билетным пасьянсом: желающих куда больше, чем посадочных мест в Доме кино. Но никого не хочется обидеть. Ежи Гофман по факсу прислал свой персональный список из 15 человек, которых бы он лично хотел видеть на премьере. Среди них Михалков, Табаков, Козаков, Вознесенский, Горин, Кулиш, Жванецкий, поэт Завальнюк и три женщины — Волчек, Ахмадулина и переводчица Лена. Завтра "Огнем и мечом" Гофман обсудит со студентами ВГИКа — своей альма-матер — и вечером отбудет в Санкт-Петербург. За помощь в подготовке материала "МК" выражает благодарность заместителю директора Польского культурного центра Малгожате Шняк.



Партнеры