ИСПОВЕДЬ ЧЕРНОГО РИЭЛТЕРА

26 декабря 1999 в 00:00, просмотров: 944

МК В ВОСКРЕСЕНЬЕ "Я считал себя санитаром, избавляющим общество от людей, издающих вонь и смрад. То, что они скоро умрут, было известно мне из школьной программы по биологии. Все, на что они были способны, так это клянчить деньги на спиртное..." На его счету — 17 убийств. Хладнокровных и безжалостных. 17 жизней, отнятых за квадратные метры. Все жертвы — одинокие престарелые люди. Он называл себя "санитаром общества". Однако убивал при этом отнюдь не уличных спившихся бродяг, а владельцев довольно приличных квартир. После каждого преступления он шел в церковь и ставил свечку за упокой души убиенного... В 1992 году 32-летний петербуржец Владимир Тихонов, окончивший когда-то Ленинградский техникум строительных материалов, решил попробовать себя в новомодной тогда стезе. В начале 90-х как раз начали бойко плодиться риэлтерские фирмы, оказывавшие посреднические услуги при купле-продаже квартир. Проценты от одной такой сделки были как месячная зарплата чиновника средней руки. Бывший спец по стройматериалам с энтузиазмом взялся за новое ремесло. Он почувствовал себя как рыба в воде уже после первых удачных сделок. Особенно же новоявленному риэлтеру удавались обмены квартир одиноких престарелых людей. Это был беспроигрышный вариант. Главное — найти обездоленного пенсионера с жилплощадью в центре города и уговорить его переехать в пригород. С доплатой. А охотников, готовых купить питерские квартиры, даже искать не надо. Только свистни! Уже тогда Тихонов понял, что легче всего на подобные сделки идут одинокие алкоголики. Такому стакан налил, посулил еще пол-литра — и готово дело. Согласен на все. Подпишет любую бумагу... С более трезвыми пенсионерами мороки куда больше. Они, как правило, долго думают, взвешивают все "за" и "против", а в результате даже не факт, что согласятся на обмен. Терпения на таких у Тихонова часто не хватало. И он снова переходил на выпивох. Каждый раз, когда сделка удавалась и клиент-новосел расплачивался с бывшим владельцем квартиры, риэлтер с тоской смотрел на пачки купюр, исчезающие в недрах старческих поношенных сумок. Ему самому перепадало только несколько процентов от этой суммы. А как сказочно он мог бы распорядиться деньгами, которые, он знал наверняка, будут теперь пропиты в несколько дней... Эти мысли мучили Тихонова недолго. Уже к середине 1993 года в его голове созрел гениальный план. Именно с этого момента в Санкт-Петербурге стали стремительно умирать одинокие люди... n n n Внешне все выглядело вполне невинно. Тихонов, представлявшийся менеджером риэлтерской фирмы, предлагал одинокому квартиросъемщику обменять его квартиру на более скромную с доплатой или сдать жилплощадь под склад. В основном все соглашались. Кто не соглашался сразу, тот после третьего стакана все равно уговаривался, и у "риэлтера" в руках оказывались все нужные документы, необходимые для приватизации квартиры, а также паспорт жильца. После этого жилец был уже не жилец: квартиросъемщик скоропостижно умирал через несколько дней вследствие "неумеренного употребления спиртных напитков" или "ишемической болезни сердца". Именно такой диагноз совершенно официально ставили умершему алкоголику в городском судебно-медицинском морге, а затем поспешно кремировали как "невостребованного родственниками". К этому времени квартира усопшего уже оказывалась оформлена на другого, вполне здравствующего человека. Наладить такой конвейер было непросто, но Тихонов справился с блеском. Из материалов обвинительного заключения: "Стремясь в результате смерти нанимателей отдельных квартир незаконно завладеть этими квартирами, Тихонов организовал и возглавил устойчивую преступную группу, специализировавшуюся на совершении умышленных убийств, в состав которой вошли также: Григорьев, Гребенщиков, Колмаков, Цоколов, Лапшин..." Всего 15 (!) человек. Прямо какое-то малое предприятие. Сначала, правда, Тихонов привлек к делу только трех старых дружков по техникуму, но потом стал "расширяться", соблазнив высокими доходами не только старшего санитара городского судебно-медицинского морга, но и врача районной поликлиники, и даже частного нотариуса. Каждый из них честно отрабатывал на своем участке... "Действуя во исполнение единого преступного умысла на лишение жизни граждан и последующее незаконное завладение их квартирами, члены организованной преступной группы Тихонов, Григорьев... (всего 8 человек. — Авт.), согласно отведенной им роли, подыскивали квартиры, в которых проживали одинокие пожилые люди или лица, злоупотребляющие спиртными напитками, и незаконно завладевали необходимыми для приватизации квартиры документами. После этого они заставляли потерпевших принять большое количество спиртных напитков, в которые добавляли сильнодействующие вещества — дитилин и др. В результате наступала смерть потерпевших..." Опытному "риэлтеру" Тихонову, досконально изучившему психологию алкоголиков, ничего не стоило раскрутить "клиента"-доходягу на сделку. К каждому из своих жертв он искал исключительный подход. Для него это было, если хотите, творчеством. После разговора за рюмкой водки о тяжелой жизни пенсионеры начинали доверять убийце, как старому другу. Но никого за один день Тихонов не убивал. К одному и тому же человеку он мог ходить неделю, опаивая алкогольным суррогатом и наблюдая, как в том угасает жизнь. В водку добавлял то дитилин, то аминазин, то обзидан, то еще какую-нибудь смертоносную гадость. Поил, пока тот не умрет. Разумеется, убийство совершалось уже после того, как доверчивый пенсионер передавал бандиту в распоряжение свое имущество. "...Сильнодействующими веществами преступную группу снабжал Александр Колмаков (врач-терапевт районной поликлиники, получивший от подельников кличку Борменталь. — Авт.). Он же осматривал лиц, погибающих в результате насилия, примененного непосредственными исполнителями убийства, давал консультации по достижению преступного результата..." Иногда у Тихонова и его подельников случались осечки, и пенсионеры догадывались об истинном намерении новых "друзей". В таких случаях все заканчивалось быстро: жертве насильно вливали смертельную дозу отравленного питья. Затем... вызывали "скорую". "...После доставления трупов в городской судебно-медицинский морг, где работал один из членов преступной группы Лапшин, им принимались меры по сокрытию следов преступления. Он выдавал членам преступной группы свидетельства о смерти убитых ими лиц, без которых квартиры не могли перейти в их собственность. Кроме того, Лапшин обеспечивал быстрейшее захоронение и кремацию трупов..." Пользующийся в своем коллективе большим уважением 47-летний Николай Лапшин работал точно и без сбоев. Все "безродные" трупы находились в его ведении, поэтому он беспрепятственно выполнял свою роль в банде: получал труп, выдавал Тихонову свидетельство о смерти и тут же кремировал убиенного, скрывая таким образом следы преступления. Нет трупа — нет убийства. Это правило хорошо знакомо всем преступникам. Порой Лапшин настолько увлекался, что подготавливал нужные "похоронные" бумаги еще до смерти жертвы. Тому, что санитар морга мог в буквальном смысле хоронить все следы преступления, способствовало более чем странное распоряжение начальника Судебно-медицинской экспертной службы Санкт-Петербурга Андреева, вышедшее в свет как раз в 1993 году. По действующим в стране правилам, в случаях скоропостижной кончины человека его труп обязательно должен вскрываться в морге для установления причин смерти. Однако руководитель питерской СМЭС почему-то решил нарушить эти нормы и распорядился не вскрывать трупы, если визуально на теле умершего "нет признаков насильственной смерти". То есть если на трупе отсутствуют явные повреждения (кровавые раны, следы удушения, огнестрельные ранения и т.п.), то родственникам смело выдавалось свидетельство о естественной смерти несчастного. Кстати, новые правила также разрешали выдавать тело любому человеку, который объявлял себя родственником усопшего. Тихонову эти беспрецедентные нововведения давали просто уникальную возможность безнаказанно травить квартиросъемщиков (ведь при отравлении никаких видимых повреждений на теле нет) и получать в морге документы, подтверждающие, что те умерли вследствие "сердечного приступа" или "неумеренного употребления спиртных напитков". Никто, даже самые придирчивые сыщики, не смог бы доказать, что человек на самом деле был убит... n n n Конвейер смерти работал в Питере не один год. 17 человек. Одиноких, забытых, спившихся. И это только доказанные эпизоды. Как считают следователи, на самом деле жертв было гораздо больше. Около 50 (!). Они исчезали незаметно. Ни соседи, ни работники жилконтор, ни местная милиция не могли знать, что стоит за скоропостижными смертями этих безродных тихих людей. Все было рассчитано точно. Тихонов думал на 10 ходов вперед. После каждого убийства он ходил в баню "смывать кровь", а затем ставил свечку в церкви. Так прошли 93-й, 94-й и 95-й годы. Так могло продолжаться еще очень долго... n n n На банду Тихонова милиционеры вышли совершенно случайно. В январе 1996 года в поле зрения банды "черных риэлтеров" попал очередной одинокий пенсионер, проживавший в квартире на Гражданском проспекте. Мужчина страдал психическими заболеваниями, что давало Тихонову надежду на быстрое решение дела. Правда, на этот раз сценарий "кончины" квартиросъемщика несколько изменили. Бедолагу выманили из дома, посадили в машину и стали насильно потчевать суррогатной водкой. Поили до тех пор, пока "клиент" не умер. Затем его труп довезли до психдиспансера, где больной стоял на учете, и выбросили тело на обочину дороги. Все выглядело так, будто гражданин напился и просто не дошел до больницы. По расчетам Тихонова, менты, обнаружившие труп, должны были направить тело все в тот же городской морг, санитару Лапшину. Так все и случилось. Однако РУОПовцы, доставившие неопознанного гражданина в морг, настояли на том, чтобы сделали вскрытие. Лапшин пытался сослаться на распоряжение начальства и тем самым спасти положение, но милиционеры были непреклонны. Когда же выяснилось, что погибший был отравлен, делом занялась городская прокуратура. n n n Говорят, что на самого Владимира Тихонова оперативники вышли не без помощи одной из питерских преступных группировок, члена которой "черный риэлтер" обманул с квартирой. Бандиты похитили Тихонова, отвезли в лес и пригрозили закопать живьем, если не получат обещанной жилплощади. Риэлтер поклялся исправиться, но квартиру бандитам так и не предоставил. В результате у милиции появилась оперативная информация о местонахождении Тихонова и имена членов его группировки. Через некоторое время главарь банды был задержан РУОПом. А потом арестовали и его сообщников. Причем одного из них, Алексея Яхкинда, бывшего сокурсника Тихонова, милиционерам пришлось доставать аж из Америки. Они обратились за помощью к ФБР, и агенты этого ведомства задержали Яхкинда в пригороде Бостона. Местный суд принял решение о его экстрадиции в Россию. 7 июня 1996 года Яхкинд был закован в наручники прямо на трапе самолета, приземлившегося в "Шереметьево-2". Началось следствие... n n n — В этом деле очень тяжело было собрать доказательства, — говорит следователь городской прокуратуры Санкт-Петербурга Виктор Тепляков. — Преступления давнишние, все трупы кремированы, найти улики практически невозможно... Основные доказательства строились на показаниях самих же подследственных. И тем не менее улик было собрано достаточно. Над этим трудилась целая бригада следователей. Многие участники группировки, в том числе и ее главарь, написали явки с повинной. Причем Тихонов весьма любопытно оправдывал свои действия: "Я считал себя санитаром, избавляющим общество от людей, издающих вонь и смрад. То, что они скоро умрут, было известно мне из школьной программы по биологии. Все, на что они были способны, так это клянчить деньги на спиртное... После каждого убийства я обязательно посещал баню и церковь. А затем уезжал в Испанию. Любил отдохнуть в Барселоне...". Судмедэкспертиза установила, что Тихонов с детства был вспыльчив, эгоистичен, хвастлив, а в настоящий момент "обнаруживает признаки истерического круга и склонность к симуляции". Но на самом деле Тихонов не был таким сентиментальным и придурочным, каким хотел казаться следователям. И людей он убивал отнюдь не для того, чтобы "очистить город" от "вони и смрада". К примеру, однажды, 8 мая 1995 года, выпивая с приятелем-"сердечником", Тихонов решил поэкспериментировать, на какой бутылке тот отдаст Богу душу. Для затравки "санитар" поспорил с собутыльником на 50 долларов, что тот не выпьет двух бутылок водки. Но "сердечник" выпил. И умер. n n n Следствию удалось доказать не все эпизоды преступной деятельности банды, но и того, что легло в основу обвинительного заключения (напомню, это 17 убийств), достаточно, чтобы вынести преступникам самый суровый приговор. Дело было направлено в городской суд еще в апреле прошлого года. Однако приговора до сих пор нет. Более того, судьи вернули дело на дополнительное расследование. — На самом деле это просто формальная отписка, — говорит следователь Тепляков. — Расследовать уже нечего. Судьи придрались к оформлению обвинительного заключения. В любом другом случае такая "обвиниловка" прошла бы без всяких претензий со стороны служителей Фемиды. Но здесь — история особая. Отгремевшая на всю страну. 15 подследственных. 17 убийств. Рассматривать такое дело возьмется не каждый судья. Следователям, конечно, не трудно подкорректировать обвинительное заключение. Прецедент в другом. — Они выпустили на свободу всех членов банды, в том числе и самого Тихонова! — негодует Тепляков. — Под подписку о невыезде. Но какую же подписку могут дать убийцы? Неужели судьи думают, что кто-то из бандитов теперь добровольно явится в суд и сядет отбывать пожизненное заключение? Мы столько сил потратили, чтобы всех поймать и обезвредить, а они снова на свободе!.. Трудно объяснить, чем руководствовался суд, отпуская на свободу серийных убийц. Ведь в СИЗО годами ждут приговоров даже безобидные хулиганы. В питерских "Крестах", например, сидит около четырех тысяч обычных воров. Не убийц, не насильников, а воров... Что ж, судьи тоже люди. Они слабы и могут ошибаться. И судья им — Бог. n n n P.S. Не так давно в городскую прокуратуру Санкт-Петербурга стали поступать сведения о новых скоропостижных смертях одиноких людей...



    Партнеры