ЛОЖЕ ДЛЯ РАЗВОДА

2 апреля 2000 в 00:00, просмотров: 639

МК В ВОСКРЕСЕНЬЕ Знаете, как живут в Голливуде? Подчас очень смешно. Все эти истории про "охи" и "ахи", три капли "шанели" по утрам вместо завтрака — сплошная туфта. За пределами съемочной площадки звезды такие же люди — зачастую шкодливые испуганные овечки, семейное счастье которых зависит от сантехника или парикмахера больше, чем личная жизнь иранцев от аятоллы Хомейни. Поводом для развода может стать что угодно. Например, советы врача-диетолога, который посчитает, что у парня с девушкой не сходятся уровни холестерина, или советы астролога. Мир все время усложняется. Недавно в моду вошло искусство фэн-шуй. Жених и невеста стали выяснять совместимость, ориентируясь на расстановку мебели в их доме, на цвет облаков над головами. И с каждым днем семейных оракулов становится все больше. Я не видел Брэда Питта, и не горю желанием. Зато в "далекие-далекие времена", когда путь в Западную Европу лежал через кабинет редактора "Пари-Матч", я встретился со знаменитой Энн Ляйбовитц — "фотографиней", которая наделала шума своими съемками известных мужиков. Барышникова она сняла танцующим на рояле, популярным комикам братьям Пеши вымазала лица синей краской и надела черные очки, еще одного парня — кажется, Энтони Перкинса, который специализировался на ролях маньяков, — она сняла голым на лошади. Короче, для каждого эта 45-летняя ироничная женщина находила нечто особенное. Больше всех, однако, повезло Брэду Питту. Восходящую звезду Голливуда "фрау" Ляйбовитц умудрилась снять с золотыми волосами, в золотых штанах и золотой рубахе, будто это не парень, а статуэтка "Оскара". Местом для съемки она избрала большой, я бы даже сказал, огромный диван, стоявший в ее офисе. Зачем ей понадобился этот диван — понять было нетрудно. Она — женщина дотошная, любит узнавать все про своих героев. Про Питта ей сказали, что его любимое времяпрепровождение — лежание на диване. "Он любит это делать один или с кем-то?" — спросила Энн. Ей не ответили. Диван для него — как лошадь для ковбоя, пояснили ей. В итоге она решила снимать Пита лежащим, с запрокинутыми кверху ногами, и хохочущим во все горло. Съемка шла долго. Софиты были раскалены. Питту стало жарко, он снял пиджак. Энн приказала увеличить число прожекторов. Питт снял жилетку. Энн показалось, что в комнате темновато. Добавили еще один софит. Питт снял рубаху. Энн устала и захотела лечь сама. Другого дивана в комнате не оказалось... Через две недели в журнале "Венити Фэр" были напечатаны классные фотографии Питта на диване. Из-под дивана выглядывали чьи-то ноги. Это были ноги Энн Ляйбовитц. Как ей удалось забраться под диван, осталось загадкой. Снимки Брэда Питта разошлись по всей Америке. Их увидела его подружка Гвинет Пэлтроу. Статья об Энн Ляйбовитц, напечатанная рядом с фотографиями Питта, заставила ее призадуматься. Хвалебная статья. В ней на все лады обсуждался талант фотографа проникать в самую суть своих героев. Если она хотела снять лошадей, она предварительно на них скакала. Перед тем как снять птиц, она наблюдала за их полетом. Если она желала сфотографировать женщину, она изучала ее походку и косметику, которой та пользовалась... А если в качестве объекта ей достанется мужчина на диване... — задалась Гвинет вопросом, — что она будет с ним изучать? Однако Гвинет не поддалась сомнениям насчет верности Питта. Тем более что Брэд сделал ей предложение. В конце концов, помолвка, — возможно, решила Гвинет, — это интересная повесть, в лучшем случае — роман с очень красивым началом, часто — с плохой серединой, и еще чаще с неожиданным концом. Накануне церемонии помолвки друзья ее отца, известного телепродюсера, через агентство Рейтер умудрились переслать ее агенту одну интересную фотографию. Тот, в свою очередь, умудрился найти человека, который ворвался в квартиру Гвинет и забросал белое покрывало на постели Гвинет лепестками свежих роз. Сверху он положил "ту самую" фотографию. На ней Питт был изображен с актриской Клэр Форлани. Они шли держась за руки. Но за руки — это еще не преступление. В конце концов, она могла просто поскользнуться, а Питт протянул ей руку помощи, и этот момент заснял папарацци. С точки зрения правописания "брак" — это существительное мужского рода, но в жизни он подчиняется законам женского рода. В единственном числе может быть только в грамматике, а во множественном числе терпим лишь тогда, когда в нем участвует не больше двух лиц. А потому стоит терпеть. И Гвинет решила закрыть глаза на еще одну компрометирующую фотографию Брэда. Через две недели помолвка состоялась. Гвинет и Брэд стали мифической парой Голливуда, правда, немного виртуальной. Гвинет уезжала на свои съемки, Брэд — на свои. Давние подруги предупредили Питта: "Как только ты женишься на Гвинет, твои голубые глаза погибнут навсегда. Эти чертовы шатенки... их гены всегда побеждают. Детей с голубыми глазами не жди". Питт обещал подумать. А Гвинет продолжала бороться с искусом подозрения. Вскоре в кабинете своей агентши она увидела европейский выпуск "Плейгерл". Девушка его пролистала. Там была фотография Питта и Гвинет, отдыхавших на острове Святого Бартоломью в Карибском море. Папарацци сфотографировал их вдвоем голыми. Все было очень красиво. С единственной разницей — Гвинет не была на острове Бартоломью. Значит, Питт был с девушкой, очень похожей на Гвинет. В конце концов, это не преступление. В Карибском бассейне очень часты сильные порывы ветра. С Питта могло сорвать одежду во время бури и с девушки тоже. Этот момент и заснял папарацци. Гвинет отогнала от себя все дурные мысли. Хотя, вероятно, могла подумать, что искусство фотографии — это самое мерзкое искусство на свете. Питт оправдывался в прессе, что проводит все время на диване. Журналисты добавляли — не один. Питт настаивал, что в компании телевизора. Пресса муссировала слухи. Гвинет затыкала уши. Питт категорически заявлял, что верен своей невесте. Через месяц Гвинет отдыхала одна в Париже. У себя в номере она обнаружила массу журналов. От скуки стала их разглядывать. В одном из них обнаружила фотографии Питта, идущего рука об руку с актрисой Дженнифер Энистон. На пальце Дженнифер поблескивало кольцо. Точно такое же, как на руке Гвинет. С точки зрения геометрии, состояние помолвки — это состояние двух параллельных линий, которые тянутся рядом через всю жизнь и никогда не могут пересечься. Но Гвинет все еще в этом сомневалась. Она позвонила Питту и спросила, что, с его точки зрения, означает этот снимок. Некогда прилежный школьный ученик Брэд ответил, что с точки зрения физики помолвка — это такое явление, когда два тела для приобретения большей устойчивости имеют общую, но воображаемую точку опоры и поэтому очень легко теряют равновесие. Гвинет с ним согласилась. Финал не заставил себя долго ждать. Про их жизнь стали рассказывать небылицы. Я слышал оригинальную версию их разрыва. Сколь забавную, столь и правдоподобную. Гвинет Пэлтроу решила, что жизнь после сумасшедшего успеха триллера "Семь", где ей отрубали голову, должна коренным образом измениться. Для этого ей захотелось изменить цвет волос, образ жизни — перейти на морковные супы — и вообще измениться, как советовал психоаналитик, чтобы бессознательное отрубленной головы ее героини не нашло бессознательное ее собственного "Я". Первым делом она пригласила дизайнера, чтобы переделать квартиру. Друзья Донателлы Версаче рекомендовали ей одного входящего в моду дизайнера-негра с китайским именем Вонг, но предупредили: он несколько радикал. — Как это "радикал"? — Увидишь. Гвинет увидела, как только открыла дверь. Лицо у Вонга было перекошено отвращением. Она провела его в гостиную. Вместо "здравствуйте" он сказал: — Это диван? — Диван. — Придется сменить. — Но... — Диван — это первое, с чем люди сталкиваются, приходя в вашу гостиную. Это как дорогой, но пустой поднос. Он должен готовить к тому, что гости на нем увидят, немного недоговаривая. Пустой диван должен провоцировать на запретные мысли, будить интерес, не портя сюрприза, и намекать на эротические идеалы владельца. И знаете, что этот диван говорит о вас? — Что? — Ничего. — Ничего? — Ничего. Это — диван. Это — всего лишь необходимость, место для лежбища, а не ночной манифест двух раскрепощенных тел. Он не говорит ничего. Только: "Я — диван". И все. Это диван, который не желает беседовать. — А что он должен говорить? — опешила Гвинет. — А что вы хотите, чтобы он говорил? — ответил вопросом на вопрос дизайнер. — По-моему, все диваны должны молчать, в лучшем случае — скрипеть, — неуверенно возразила Гвинет. — Вот и неправда! Какие ожидания вы хотите вызвать в людях? С каким лицом вы хотите, чтобы они входили в ваш дом? Наверное, не с таким. И Вонг продемонстрировал собственное лицо, лицо человека, похожего на швабру, который только что увидел печальное зрелище дивана без будущего. — Может быть, вы посмотрите гостиную? — обнадеживающе попросила Гвинет. — У меня там нет телевизора. — Вы уверены, что я должен это сделать? — строго спросил дизайнер. — Почему бы и нет, если я вас позвала? Вонг скептически посмотрел на дверь гостиной. — Мне не нравится эта дверь. Если я войду в эту достойную сожалений дверь, вы будете в моих руках. Вы должны будете соглашаться со всем, что я скажу, делать все, что я прикажу. Одно противоречие, одно-единственное, и я выйду через эту дверь. Или выброшусь в окно, чтобы не видеть этого дивана еще раз. — Входите, — обреченно сказала Гвинет. — Думаю, лучше сразу решить вопрос с дверью. — Что вы предлагаете? Вонг осмотрел всю Гвинет с головы до ног в течение нескольких секунд, полуприкрыв глаза. После чего заявил: — Дверь должна быть из обработанного дерева. Легкая, с вензелями. Нечто рококо, но с вызывающей деталью. Например, буддийские колокольчики из гипса. — Это — я. Ни прибавить, ни убавить, — восторженно согласилась Гвинет. Дизайнер вошел. Они обошли просторную гостиную. Гвинет впереди, Вонг за ней, даже не пытаясь скрыть презрение. Но говорил мало. Например: — Эта стена. У вас с ней что-нибудь связано? Вы ее любите? Если нет, придется снести. — По-моему, на ней держится потолок. — Потолку придется держаться самому по себе. Или: — Гм-мм. Камин. Очень шестидесятые годы. Но говорят, что мода шестидесятых может вернуться. Во всяком случае, эта кочерга для камина должна быть расплавлена, и мы отольем из нее замечательные браслеты на руки. — Вы имеете в виду наручники? — спросила Гвинет. — Шутки здесь неуместны, — ответил Вонг. — Эту кочергу очень любит мой парень, — попробовала заступиться за любимую вещь Гвинет. — Ему придется полюбить что-нибудь другое, например, устриц, — прокомментировал дизайнер. В спальне он заявил, что кровать, на которой спала Гвинет, на самом деле не кровать, а место для публичных выступлений учеников поэтической школы для глухонемых. Для кровати нужно нечто более радикальное. Например, рама под наклоном в 45 градусов. Кухня ему не понравилась еще больше. — Среди этой мебели можно потерять аппетит. В этот момент в дом неожиданно вернулся Брэд Питт. — У меня декоратор, любимый! — крикнула Гвинет. Брэд вошел на кухню с написанным на лице недоверием, сжал руку Вонга с непривычной силой и задержал ее в своей, спрашивая: "Стилист, дизайнер?", как будто в зависимости от ответа мог швырнуть Вонга в стену. — Он все переменит в квартире. Актер не отпускал руку Вонга. — Да? Все? — Начиная с дивана. — И сколько это будет стоить? — Мы об этом еще не говорили, любимый. — Если мне придется гипсовать руку, проект будет дороже, — заметил Вонг. Расстроенный Брэд Питт отпустил руку Вонга, пробормотал что-то невнятное и отправился принимать душ. Проследив за взглядом Вонга, Гвинет спросила: — Что вы о нем думаете? Вонг отрицательно помотал головой. — Нет, — скептически вынес он приговор. — Мы не подходим друг другу? — с удивлением спросила Гвинет. Вонг снова отрицательно покачал головой. — Окончательное и бесповоротное "нет". Я представлял себе приземленные формы с преобладанием теплых цветов и серого. Он — высокий и слишком светлый. Да еще с голубыми глазами. Не вписывается в интерьер. — Но... — Смените на более коренастого и смуглого. — Но... — Желательно с раскосыми глазами. — Но... — И которого не волнуют расходы. — Но... — Что? — Это — его квартира. Вонг вздохнул. При таких условиях работать было невозможно. Вышел, не простясь, равнодушный к призывам Гвинет дать ей немного времени подумать. Необходимо расторжение помолвки, потом объяснения с журналистами и переезд на новую квартиру. На это нужно время, он не мог бы вернуться? Но Вонг уже вошел в лифт, прижимая к груди руку, как маленького ребенка. Гвинет рассталась с Питтом. Бесповоротно. С тех пор она полюбила искусство фотографии. Еще одной звездной голливудской парой стало меньше. Из-за какого-то пустяка. Из-за дивана.



Партнеры