Анекдоты от пана Зюзи

8 апреля 2001 в 00:00, просмотров: 222

Я, братцы мои, господа хорошие, наконец-то уже как-то точно убедился, что все-таки, несмотря ни на что, пришла Весна! Пора любви! И конечно, хочется о ней говорить возвышенно... И в этом смысле хочется поговорить о театре, и не потому, что идет, слава Богу, фестиваль “Золотая маска”, а потому, что театр — это слепок жизни и любовь к нему — это любовь к жизни. Мудрец сказал: “Все люди актеры, но где же взять для всех репертуар? У каждого человека в жизни своя трагедия, но не каждому ее пишет какой-нибудь Софокл...” И самое главное: “Какое счастье, что в театре существует яма, куда можно проваливаться со стыда”.

Театр создает легенды... В легенды попадают только самые-самые, независимо от званий, орденов и газетных восхвалений... Приемные комиссии в Легенду веками формируются из клановых актерских профессионалов. И кричи ты хоть всю свою жизнь: “Я ученик Мейерхольда!”, если не достоин, в Легенду не пустят. Как говорится, “и сказок про вас не расскажут, и песен про вас не споют”...

Сегодня про тех, о ком рассказали... Вернее, о тех, о ком сложили... Итак, для вас:
Легенды Его Величества Театра* * *Театр Георгия Александровича Товстоногова гастролирует в Лондоне. Семидесятые годы. В половине шестого утра агенты КГБ при театре ловят выслеженного ими артиста Т., выходящего из номера роскошной англичанки...

Заседает партбюро, приводятся факты, вещественные доказательства, артиста Т. собираются отправить с гастролей и т.д. и т.п. Все это выслушивает Товстоногов в полном молчании... Все ждут его решения... Он набирает номер телефона и негромко с кем-то говорит по-английски. Потом кладет трубку и заявляет:

— Артист Т. остается на гастролях. Он получил великолепные рекомендации...

— От кого?! — спрашивают члены.

— От роскошной англичанки, — отвечает Георгий Александрович. * * *Краса и гордость Императорского театра гастролер Мамонт Дальский как-то приехал в небольшой украинский театр. Он должен был играть Гамлета в одноименной трагедии Шекспира. Переполненный зал, шквал аплодисментов, и, как положено, в самом начале спектакля актер, игравший Тень отца Гамлета, обратился к Гамлету — Дальскому:

— Хамлету! Сынку мий! Здоровеньки булы! Це я! Тату твий!

Дальский возмутился:

— Да ну вас на хрен с такой родней! — и покинул сцену. * * *60-е годы. Артист Д. женился на дочке Семена Михайловича Буденного. Свадьба на даче прославленного маршала. Во главе стола сам Семен Михайлович, справа от него — его старые буденновцы, приехавшие с Дона, а слева — артисты, друзья жениха. Среди них артист А. — худенький, в очках, длинная шейка... Артист А. к этому времени сыграл в кино белогвардейца, то есть офицера Белой гвардии... И вот в разгар свадьбы, сметая салаты и закуски полой двубортного пиджака, с фужером водки в руке, огромный конник пошел на Буденного с тостом.

— Сэмэн Михайлович! Нэ могу забыть бой под Нэвынномысском. Я на коняке, а внизу беленький охвицерик, тонкая шейка, голубая жилка... Я подымаю коняку на дыбяку, оттягую сашку и разрубаю его до яиц!

Мертвая тишина. И в этой тишине артист А. произносит как бы про себя:

— Это был мой дядя.* * *Великий артист, поэт и певец Александр Вертинский на вопрос, что такое вежливость и что такое такт, отвечал:

— Если вы открываете дверь в ванную комнату и видите голую женщину, стоящую под душем, вы говорите: “Простите, сэр!” Так вот, “простите” — это вежливость, а “сэр” — это такт. * * *Сила искусства. Королева Англии заскучала. Врачи велели подданным исполнять любое ее желание. Ее спросили, чего она хочет.

— Хочу спать с Цезарем, — ответила королева.

Парламент долго думал, как осуществить желание царствующей особы. Наконец сообразили. Великого актера Кина загримировали под Цезаря, и он провел ночь с королевой. Королева осталась довольна.

Через некоторое время королева захотела адмирала Нельсона, и опять выручил Кин, и опять королева осталась довольна.

Наконец королева сказала:

— Хочу спать с гениальным актером Кином.

Послали за Кином. Он ответил:

— Господа сенаторы! Это невозможно! Я импотент!!! * * *Ну что ж, уважаемые, часы на цепочке, а время бежит, как любил говаривать мой пан Зюзя в “Кабачке “13 стульев”. Я хочу, чтобы мы все прежде всего по нынешним временам благополучно дожили до следующего воскресенья и снова встретились на этой странице. Нельзя допустить, чтоб из нас выветрили наше самое главное и великое отличие от всех народов мира — умение смеяться над собой, над своей жизнью и над ВСЕМ, ВМЕСТЕ ВЗЯТЫМ.

Чтоб вы у меня все

были здоровенькими!

Искренне ваш



Партнеры