Содом & Гоморра

10 июня 2001 в 00:00, просмотров: 474

То, что Библия называет злом, злом было всегда. С первых страниц книги “Бытие” и до евангельской проповеди Христа проводится линия на “хорошо и плохо”. Семья, освященная браком, — это хорошо. Не семья — плохо. Мужчине быть с женщиной — хорошо. Не с женщиной — противоестественно, более того — отвратительно. И так далее, вплоть до слов святых апостолов о том, что живущие порочной страстью не наследуют царства Божия. И тем не менее человечество рискует...

Но вернемся к Библии: “И пришли те два Ангела в Содом вечером, когда Лот сидел у ворот Содома. Лот увидел, и встал, чтобы встретить их, и поклонился лицем до земли. И сказал: государи мои! зайдите в дом раба вашего, и ночуйте, и умойте ноги ваши, и встаньте поутру, и пойдете в путь свой. Но они сказали: нет, мы ночуем на улице. Он же сильно упрашивал их; и они пошли к нему, и пришли в дом его. Он сделал им угощение, и испек хлебы; и они ели. Еще не легли спать, как городские жители, содомляне, от молодого до старого, весь народ со всех концов города, окружили дом. И вызвали Лота, и говорили ему: где люди, пришедшие к тебе на ночь? выведи их к нам; мы познаем их. Лот вышел к ним ко входу, и запер за собою дверь, и сказал: братья мои, не делайте зла. Вот у меня две дочери, которые не познали мужа; лучше я выведу их вам, делайте с ними, что вам угодно; только людям сим не делайте ничего, так как они пришли под кров дома моего. Но они сказали: пойди сюда. И сказали: вот пришлец, и хочет судить? теперь мы хуже поступим с тобою, нежели с ними. И очень приступали к человеку сему, к Лоту, и подошли, чтобы выломать дверь. Тогда мужи те простерли руки свои, и ввели Лота к себе в дом, и дверь заперли; а людей, бывших при входе в дом, поразили слепотою, так что они измучились, искав входа” (Бытие, гл. 19). Гость на Востоке всегда почитался Божиим посланником, поэтому Лот предлагает обезумевшим содомлянам своих дочерей вместо гостей.

Что было дальше, известно — ангелы вывели поутру семью Лота, предупредив: “Ибо мы истребим сие место; потому что велик вопль на жителей его к Господу, и Господь послал нас истребить его”. Обещание свое Господь выполнил: “И встал Авраам рано утром, и пошел на место, где стоял перед лицем Господа. И посмотрел к Содому и Гоморе, и на все пространство окрестности, и увидел: вот дым поднимается с земли, как дым из печи” (Бытие, гл. 19).

С тех пор противоестественные половые отношения между людьми принято называть содомским грехом, а творящих его — содомитами.* * *С принятием Европой и Ближним Востоком христианства человечество разделилось, как говорили тогда, на “клир (духовенство) и мир (миряне)”. Новая религия после тысячелетий языческого многобожия “устаканилась” не сразу. Указом императора, волей епископа, примером подвижничества, а то и просто кнутом христианство обретало знакомые нам черты. Нередко церковь шла на компромисс, “усыновляя” в угоду простолюдинам местночтимых божков. Но не всех, а лишь тех, за кем не водилось блудодейных грехов. Ранняя церковь, как известно, свято соблюдала табу на блуд. Настолько свято, что один из отцов церкви, христианский философ Ориген, собственноручно кастрировал себя, дабы “бес в ребро” не мешал ему размышлять о вечном. Этот беспримерный шаг поставил в тупик многих “колеблющихся”, продолжавших сочетать служение единому Богу с культом Диониса и сатурналиями. В конечном итоге таковые были извергнуты обратно в греховный мир. Церковь кричала им вдогонку слова апостола Павла: “Называя себя мудрыми, они обезумели и изменили славу нетленного Бога в подобие образа тленного человека, и птиц, и четвероногих, и пресмыкающихся. Поэтому предал их Бог в похотях сердец их нечистоте, так что они бесчестили свои тела: они заменили истину Божию ложью и поклоняются и служат твари, вместо Творца, Который благословен вовеки, аминь. Поэтому предал их Бог страстям бесчестным: ибо и женщины их заменили естественные сношения противоестественными; подобным же образом и мужчины, оставив естественные сношения с женщиной, разгораются в вожделении своем друг на друга, мужчины на мужчинах делая срам и получая в самих себе должное возмездие за свое заблуждение. И поскольку они не рассудили иметь познание Бога, предал их Бог безрассудному уму делать недолжное: исполнены они всякой неправды, лукавства, любостяжания, злобы; полны зависти, убийства, ссор, коварства, злонравия, наговоров; они клеветники, богоненавистники, обидчики, высокомерны, хвастливы, изобретательны на зло, родителям непокорны, несмысленны, вероломны, нелюбивы, немилосердны. Они, познав суд Божий, что делающие таковое достойны смерти, не только то творят, но и делающих одобряют” (Рим., гл. 1).

Однако прошло время, и церковь, получив многочисленные земельные и денежные подарки от императоров, королей и князей, чью власть она покрывала, превратилась в ненасытное и сладострастное чудовище. После разделения ее на западную и восточную, истории похождений римских пап и константинопольского духовенства по громобойности затмили собой личную жизнь императоров-извращенцев — Калигулы, Каракаллы, Нерона... К тому же обе церкви успели крепко увязнуть в политике, в государственных интригах и обмирщиться. Первые крестовые походы дали рыцарям и сброду, который их сопровождал, возможность поживиться и сотворить во имя Господне чудовищные притеснения на христианских же землях. Тысячи изнасилованных монахинь из монастырей византийской провинции, тысячи опороченных и растерзанных мальчиков в захваченных городах и селах. Мир словно рехнулся — кровь, огонь и насилие сопровождали славное христианское воинство, спешившее ко Гробу Господню в “опоганенный варварами Иерусалим”.

В ХХ веке об отдельных римских папах, папах-садистах и тиранах, живших со своими тайными дочерями и дочерями дочерей (то бишь с детьми и внуками), с юными “тещами” и их розовощекими сыновьями, с целыми женскими монастырями-гаремами и с собственной охраной, будут написаны книги. Но тогда, в средневековье, слабым мира сего приходилось все больше помалкивать и терпеть капризы сильных, шепотом передавая друг другу рассказы о диких извращениях и убийствах, творящихся за толстыми замковыми и монастырскими стенами — в Риме, в Константинополе, вокруг... Позже реакция “слабых” станет выплескиваться в народных войнах за чистоту христианской веры. Но это будет позже.* * *Русские, принявшие в 988 году “хитрую греческую веру” из Константинополя, своими чистыми языческими душами безоглядно доверились ей. Византия, то есть “второй Рим”, словно предчувствовала скорую гибель. Говоря словами великого нашего философа Василия Васильевича Розанова: “Разлагаясь, умирая, Византия нашептала России все свои предсмертные ярости и стоны и завещала крепко их хранить... Дитя-Россия испуганно приняла эту непонятную, но святую для нее мысль; и совершила все усилия, гигантские, героические, до мученичества и самораспятия, чтобы отроческое существо свое вдавить в формы старообразной мумии, завещавшей ей свои вздохи”.

Учение о том, что “жизнь — это ночь, а смерть — это рассвет” — учение отшельническое, “старческое”, нравилось не всем. Ведь большую часть жизни, а то и всю жизнь, включая смерть, человек проживает молодым. Молоды и плотские потребности его, и страсти, и тяга к семье, и даже тяга к... извращениям. Смирять плоть постом, молитвой, плетью — получалось далеко не у каждого священнослужителя. Хорошо, когда он “белый” и женат, а если монах, если дал ранее обет безбрачия, а нынче терпеть “плотского беса” нет сил, и уже ни пост, ни молитва не помогают, а рядом в соседней келейке сладко так позевывает молоденький пухлогубый послушник... Что тогда, неужели возможно переступить порог греха содомского? И эх, была не была, Бог не выдаст, свинья не съест, разочек-то можно. А там и другой разочек, и третий... И хорошо-о!

Но склонить того же послушника, келейника к содомскому греху было не всегда просто. Требовался особый подход, сноровка. Снова откроем Василия Розанова, его книгу “В темных религиозных лучах”. В главе “Около церковного сердца” читаем: “На Поперечно-Владимирской улице в столярной мастерской К.Г.Боль служит столяр П.А.С-в; у него есть брат, мальчик лет 14—15, по имени Илья: жил у сапожника учеником, но у него было стремление поступить в монастырь, и он часто ходил в Кизический мужской монастырь на церковные службы. И вот 12 августа перед всенощной мальчик решился и пошел в келью отца Дионисия — казначея монастыря, от которого зависит прием в монастырь. В келье он увидел почтенного иеромонаха, украшенного знаками отличия за усердное служение. Выслушавши просьбу Ильи о приеме в монастырь, о. Дионисий сказал мальчику: “Вот я погрызу тебе ухо, если вытерпишь, приму тебя в монастырь”. Смущенный мальчик ответил: “Не знаю, вытерплю или нет”. Отец казначей действительно погрыз ухо Илье и велел снять пиджак. Потом запер дверь и, взяв мальчика в охапку, отнес его на кровать и сказал: “Теперь я буду лежать, как царь Давид в своей келье”. Пролежав несколько минут, о. Дионисий, опрокинув мальчика вниз лицом, лег на него и сказал: “Ну, Илья, если ... то приму в монастырь”. Мальчик, ошеломленный всем происходящим и действиями монаха, лишился чувств. Когда он пришел в себя, о. Дионисий собрался в церковь и приказал мальчику тоже идти туда. Простояв всенощную, Илья пошел к послушникам, но в это время пришел мальчик Николай и сказал, что о. казначей требует Илью. Оба мальчика пошли в келью к о. Дионисию. Почтенный иерей, приказав Николаю уйти, запер парадную дверь и келью, потом, пообнимавши Илью, приказал ему раздеваться. Затем со словами: “Ну, Илья, будешь принят в монастырь”, — положил мальчика лицом в подушку и снял с него панталоны. Затем при словах: “Ну, теперь жопа моя”, — совершил акт, которому нет имени. Мальчик лишился чувств. Когда он очнулся, о. Дионисий дает ему рубль и говорит: “Ну, Илинька, не сердись и никому не говори”, — и, отворив двери, выпустил мальчика”...* * *Это история. А вот современность, правда, тоже уходящая в историю. Начало 90-х, в России церковный бум. Жители Москвы с приятным удивлением вспомнили, что они православные, и валом повалили в храмы. Начинается бурное восстановление поруганных святынь. Общественность собирает деньги на строительство храма Христа Спасителя. Открываются на всеобщее обозрение мощи святых угодников, дотоле пылящиеся в запасниках музеев. Открываются тайны вербовки и сотрудничества иерархов Русской православной церкви с КГБ, их клички, дела... Одновременно с этим в Москве происходит серия убийств священнослужителей. Убиты игумен Лазарь (Солнышко), секретарь митрополита Крутицкого и Коломенского Ювеналия, и настоятель храма Богородицы в Путинках игумен Серафим Шлыков. Первоначальная версия — убийство с целью ограбления. Однако, когда следствие стало раскручиваться, взору оперов предстала нелицеприятная картина банального “голубого” убийства на почве ревности. В кабинете следователя по особо важным делам был даже на стене лист ватмана со странным рисунком — круг, в центре которого значилось слово “Солнышко”, а от этого круга-солнышка исходили красные и синие лучи. Завершались лучи именами священнослужителей. Красные фиксировали связи деловые, синие — связи “голубые”. Синих лучей было больше, и один из них заканчивался фамилией Шлыков. Другие вели к именам известных церковных деятелей в епископском сане. Ошарашенный, я поинтересовался, как такое могло произойти, и услышал, что КГБ в свое время насильно внедряло “голубых” в семинарии, чтобы иметь под рукой “стукачков”, замазанных “голубым” компроматом. Их уверенно двигали по карьерной лестнице, ставили настоятелями в центральные храмы Москвы и Ленинграда, “возводили” в епископский сан, отправляли служить на приходы Московской патриархии за рубеж. И вот они повзрослели, остепенились, стали у церковного руля...

Другой нашумевший случай, имевший сугубо криминальный характер, был связан с именем игумена Амвросия (Носова). Сей игумен, регент прекрасного хора в храме Всех Святых на Соколе, личность известная в московских церковных и артистических кругах, возвращаясь в офис, где он сотрудничал и временами ночевал, подцепил по дороге двух мальчишек 14 лет. Ребята болтались около киосков, размышляя, как бы им выпить пива. Вместо пива о. Амвросий угостил их коньяком с лимоном. Затем помыл под душем и завалился с ними спать голышом. И все было бы ничего, когда бы он, как розановский о. Дионисий, для раскачки “погрыз” у каждого из них ухо... Но о. Амвросию, видно, сильно не терпелось, и он попытался одолеть мальчишек силой. В результате один из них схватил со стола кухонный нож и сунул его батюшке в живот. Затем юные душегубы в ужасе бежали. Но вскоре были пойманы, помещены в “Матроску” и после долгих и тяжких судебных препирательств оправданы. А ведь о. Амвросию прочили епископский клобук и теплое место на одной из хлебоносных российских кафедр. Один “неверный” шаг...

Или, скажем, “голубой” скандал, связанный с екатеринбургским епископом Никоном (Мироновым). Назначенный правящим архиереем в столицу Урала, он, прежде скромный и ни в каких постыдных делах не уличенный монах, тут словно с цепи сорвался. Возомнив себя наместником Бога на земле, предался пьянству и разврату. Местное духовенство, видавшее на своем веку всякое, было попросту шокировано. Гомосексуальные подвиги уральского владыки освещали все столичные газеты и телевидение. Дважды в Екатеринбург выезжал управляющий делами Московского патриархата митрополит Сергий Солнечногорский. Благодаря его принципиальности скандал был вынесен на рассмотрение Священного синода. Решение синодалов было однозначным — епископа Никона лишить кафедры и направить на перевоспитание в монастырь. Изменить решение оказалось не под силу даже магистру “голубого лобби” в Русской православной церкви — викарному епископу Москвы Арсению (Епифанову), известному коллекционеру “юношей бледных со взором горящим”, которых он якобы содержит на конспиративных квартирах в Москве.* * *Глава католиков Папа Римский Иоанн Павел II, открыто и яростно “бичующий” своих европейских, американских и африканских священнослужителей за случаи педерастии, вряд ли представляет, с каким нежным состраданием и “пониманием” относятся синодалы Русской православной церкви к своим “овцам заблудшим”. Восточные византийские традиции, где содомский грех грехом и не считался (грешнее было монаху совокупиться с женщиной, ввергнувшей когда-то человека в конфликт с Богом), сладостная тяга к мальчикам, монастырские “за семью печатями” тайны — все это живо и по сей день. Однако “замолчать” порно- и педоскандалы удается не всегда. Мощнейший из них раскрутился не так давно в суверенной Латвии.

Бывший во времена Союза командиром пограничного катера на Дальнем Востоке капитан Янис Адамсонс, он же позже министр внутренних дел Латвийской Республики, обнародовал факты, свидетельствующие о крепких педофильных контактах фирм-поставщиков и латвийского правительства. Мальчики от 10 до 15 лет поставлялись гурманам “человеченки” через Интернет. Седовласые мэтры от политики и церкви забавлялись с ними в саунах, массажных кабинетах, на виллах Рижского взморья и даже в офисах. Видеозаписи и “заказы” через компьютерную сеть стали неоспоримым доказательством участия в оргиях и главы Латвийской православной церкви (Московского патриархата) архиепископа Александра (Кудряшова). Оный владыка Александр был поставлен на латвийскую кафедру еще в 1989 году с подачи КГБ. Нужный человек на нужном месте с хорошо отрегулированным нравственным изъяном... Когда Латвия получила независимость, благодарный владыка не забыл своего благодетеля — заместителя председателя Совета по делам религии в республике “гэбиста” Александра Ищенко. Специально для него был создан Фонд Латвийской православной церкви (зарегистрированный как “три очка” — “000”), где тот фигурировал сначала учредителем, потом директором, потом “тенью” с подставным руководством. На этот фонд, кстати, отписана сегодня вся “православная недвижимость” Латвии на 49 лет аренды. А закручивал “педрильные” контакты приятель владыки Кудряшова и Ищенко молодец-разводчик Александр Коростылев (кличка Рыжий) сорока с чем-то лет, известный практически всей “голубой” церковной элите России.

С колоссальным трудом скандал удалось замять, пожертвовав при этом политическими силовиками Латвии — премьер-министром, генеральным прокурором, а также автором скандала — министром внутренних дел Янисом Адамсонсом. Таков уровень свободомыслия в свободной стране!* * *Возникает вопрос: как могут церковнослужители оправдывать содомский грех, когда Священное Писание ясно и недвусмысленно осуждает его? Почему постоянные члены Священного синода Русской православной церкви так снисходительны к церковным гомосексуалистам, наводнившим епархии? Не извержение из сана, не запрет в служении, а всего лишь “исправление” в монастыре, где для такого “горе-пидора” “работы” непочатый край... Один из наиболее ярких епископов Русской церкви, митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл, председатель Отдела внешних церковных сношений, сознательно закрывает глаза на подчиненных-педерастов. Более того, сам придерживаясь традиционной сексуальной ориентации, он ревностно защищает епископов-содомитов в Священном синоде. Быть может, они кажутся ему более управляемыми? “Голубая” зараза сегодня проникла и в так называемую катакомбную церковь. Один из самозваных епископов-катакомбников, Михаил Потемкин, ставший епископом Мануилом (Платовым), недавно угодил в “Матросскую Тишину” за развращение малолетних. Но самое печальное то, что извращено сознание церковников. Оправдывая себя, они вспоминают евангельские слова, обращенные к городам, не пожелавшим принять проповедь Христа: “Но говорю вам, что земле Содомской легче будет в день суда, чем тебе...”(Мф., 11,24).

Грустно, когда простые миряне сталкиваются с “голубыми” священниками и монахами, многие утрачивают уважение к сану. Порою кажется, что необходима капитальная чистка церковных рядов, иначе поколеблется сама вера православная, и люди начнут перетекать к католикам, протестантам... А то и вовсе ударятся в какую-нибудь шибко экзотическую религию типа рерихианства или кураеведения. Или того хуже — в хаббардистский бред.



    Партнеры