Страх без линии фронта

16 сентября 2001 в 00:00, просмотров: 532

В Советской армии была такая шутка. Когда старослужащий солдат последним становился в строй по сигналу учебной тревоги, он браво докладывал командиру: “Рядовой Иванов к третьей мировой войне готов!”

Сегодня это уже не звучит как шутка — войной пахнет в воздухе, ею пропитаны не только американские города, подвергнувшиеся массированному удару террористов, но и весь мир. Да, мы стоим на пороге страшных событий, вернее — мы в них уже вляпались. Это будет не привычная война, с фронтами, окопами и блиндажами, тылами, где можно отсидеться и спрятаться от бомб и осколков, а нечто неведомое военной науке. Взрывы террористов, адские машинки, самолеты-камикадзе и жертвы, жертвы, жертвы... Страх без линии фронта.

Не важно, где ты живешь — в Нью-Йорке, Москве, Тель-Авиве, Токио или Париже, — фронт будет повсюду. Свой — конечно же, самый страшный...

Нам проще, вернее — привычнее. С террористической войной Россия столкнулась гораздо раньше, чем Америка. Взрывы домов в Москве, кровавую годовщину которых мы сейчас отмечаем, были самыми масштабными, самыми громкими в длинном шлейфе преступлений против мирных людей. Двухлетний срок притупил остроту боли, но Каширка и Гурьянова врезались в память синонимами беды. Рекламные щиты в Москве о новых квартирах на улице Гурьянова вызывают нервный смех. Смуглое лицо человека кавказской национальности невольно воспринимается как потенциальный источник опасности. Теперь и американцы будут подозрительно смотреть на всех арабов, которых в Штатах предостаточно...

У терроризма нет национальности — он интернационален. Но в силу обстоятельств люди будут невольно подозревать именно определенную нацию как источник потенциальной опасности. У нас — это Чечня. У Америки... С этим трудно жить, к этому невозможно привыкнуть. Полярный исследователь Амундсен говорил, что к холоду привыкнуть нельзя — к страху тоже нельзя ни привыкнуть, ни перебороть его в себе.

Изощренный, нечеловеческий ум террориста выбирает для удара самые незащищенные места. Для него главное — посеять страх и панику, добиться максимального количества жертв. Басаев в Буденновске захватил горбольницу, а не войсковую часть или хотя бы райотдел милиции. В Москве взорвали жилые дома, а не режимные объекты. В Америке атаке подверглись здания Всемирного торгового центра. Пентагон — единственное исключение в списке жертв террора. Есть основания полагать, что “точечные удары” и впредь будут ложиться именно на наиболее незащищенные и безобидные места.

Несколько дней назад в российском военном ведомстве довелось слышать весьма крамольную мысль: мы нисколько не защищены от диверсий чеченских террористов. Десятилетиями армия готовилась сражаться на масштабных фронтах, маневрировать армиями и дивизиями, наносить удары баллистическими ракетами, высаживать десанты. Оказалось, что слон не может бороться с мышью, которой панически боится лишь потому, что она может незаметно забраться в складки кожи гигантских ног и причинить страшную боль.

— Глупо винить американские силы противовоздушной обороны в этой трагедии. Если бы самолеты-камикадзе подлетали к США от внешних границ, их бы уничтожили еще над океаном, даже если бы на их борту находились пассажиры. Здесь особый случай, ведь никто не мог предположить, что террористы используют для атаки лайнеры внутренних линий, время подлета которых до объекта диверсии составляло десятки минут. Вряд ли бы и наши ПВО смогли предотвратить теракт, если, предположим, террористы захватили бы самолет в “Шереметьево” и направили его в район Кремля, — рассказывал весьма высокопоставленный генерал российских ПВО.

С грустью можно констатировать, что Россия, как, впрочем, и Америка с Израилем, не готова к совершенно новому виду войны. Никто до недавнего времени так и не воспринял всерьез опасности, считая, что на этом фронте достаточно усилий служб безопасности, в задачу которых входит в том числе и упреждение терактов. Вспомните хотя бы беспомощный призыв властей к населению на борьбу с террористами после взрывов в Москве — разве охранять дома и подъезды входит в обязанность мирных граждан? Впрочем, тогда этот призыв был воспринят с воодушевлением, которым двигал страх за свою жизнь и жизнь близких людей. По сути дела, это была констатация беспомощности государства, с которой, правда, быстро справились — началась контртеррористическая операция в Чечне, “загладившая” очевидные недоработки ведомств, отвечающих за национальную безопасность.

Социологические опросы россиян после начала второй чеченской войны насчет уверенности за свою безопасность весьма неутешительны: более восьмидесяти процентов населения опасается террористических актов. Данные последних опросов, после американской трагедии, неизвестны — вряд ли они будут утешительны. Как известно, дурной пример заразителен, и весьма вероятно, что вскоре могут последовать теракты со стороны чеченских фундаменталистов. Деньги у них есть, фанатиков, готовых пожертвовать своей жизнью, предостаточно, существуют и надежные “крыши” во всех крупных городах России. Самое главное — налицо почти полное бездействие правоохранительных органов и спецслужб по профилактическим мерам безопасности.

Весьма интересная деталь — состояние повышенной боевой готовности после взрывов в Америке было введено в российской армии лишь на два часа. Откуда такая уверенность, что с Россией ничего не случится? Ладно ПВО и РВСН, которые и так стоят на боевом дежурстве и следят за воздушными границами, но МВД и ФСБ уж точно должны были стоять на ушах и бдеть с особой тщательностью. Вряд ли чеченские террористы пойдут по проторенной дорожке и начнут с завтрашнего дня захватывать самолеты для совершения диверсий, но на другие пакости теперь, когда практически весь исламский мир празднует “день справедливого возмездия”, они готовы. Заметим, что полевых командиров в Чечне финансирует в том числе и Усама бен Ладен, которого подозревают в том, что он основной заказчик атаки на американские города. Разве нельзя исключать и того, что он включил в этот список и Россию? Отношение фундаменталистов к чеченской войне хорошо известно, и коль они уже начали войну террора по отношению к нам, то наивно предполагать, что она уже закончилась.

Как уже стало понятно, в третьей мировой войне возможны любые методы, пусть даже самые жестокие и бесчеловечные. Отравляющие химические вещества и ядерные источники, подвергающие опасности тысячи человеческих жизней, тоже могут пойти в ход. Причем эти виды оружия есть и в Чечне, о чем террористы неоднократно заявляли. Да, это не ядерная бомба и не начиненный зарином снаряд, но для совершения терактов достаточно и того, что имеется у чеченцев. А вы думаете, что угроза боевиков взорвать атомную электростанцию блеф? Ой-ой-ой. У нас же всякий раз по три кольца имеется, через которые, однако, прошмыгивают косяком десятки боевиков.

В одной только Москве десятки и сотни объектов повышенной опасности, диверсия в отношении которых может полностью парализовать жизнь российской столицы. Не будем их называть, чтобы не стать “пособниками” террористов, заметим только, что в столице расположены 18 (!) атомных реакторов. При нынешнем финансировании обеспечения режима безопасности нельзя с полной уверенностью сказать, что новые и более страшные взрывы в Москве невозможны. (Вообще это ужасно — ловлю самого себя на мысли, с каким спокойствием и обреченностью пишутся эти строчки! Будто и не с нами все это может произойти.)* * *Наверняка американские “В-52” уже прогревают турбины перед взлетом, а в компьютеры крылатых ракет введены координаты целей, по которым будет нанесен удар возмездия. Можно не сомневаться, что какой-нибудь исламский фанатик уже вставил в адскую машинку взрыватель и ждет условного часа, чтобы взорвать его в людской толпе. Секундная стрелка неумолимо приближается к последнему барьеру, за которым начнется новый отсчет страшного времени — времени мировой террористической войны. Похоже, что Россия встретит ее, как и трагическое утро 22 июня 41-го года, — спросонок...



Партнеры