НЕБЕСНЫЕ ПРЕДНАЧЕРТАНИЯ

30 сентября 2001 в 00:00, просмотров: 505

  Маршруты — в глубь женских тел и в неизвестность, к горизонту — сопоставимы, схожи, одинаковы… Мнится: счастье достижимо, рядом, еще чуть-чуть, вот-вот, протяни руку — коснешься его… Обретешь то, чего ждешь, жаждешь, ищешь… Но нигде, никогда я не находил пристанища и покоя. Горизонт, как женщина в постели, имеет привычку отодвигаться.

     Сколько раз в минуты наивысшего слияния и полной растворенности в дорогом существе я замирал, пытаясь осознать: что между нами — мною и той, с которой я нахожусь и которая делит со мной нежность, — что между нами общего? Кроме соприкасающихся в определенном месте тел? Ни-че-го! Только мастерски сработанный природой соединительный шарнир. Муфта и втулка, гильза и боек, сами снабжающие себя необходимой для уменьшения трения смазкой. Тем удивительней, что каждый раз заново веришь застилающему взор миражу, переживаешь череду озарений, восторгов, ничем не подкрепленных надежд и обязательных (впоследствии) разочарований. Мимолетная встреча, мелькнувший взгляд таинственной незнакомки — и закрутилась пущенная неведомой рукой канитель: смятение, тревога, праздничное ожидание чуда и совершенства; и тоска по ускользающему, как песок меж пальцев, как туман под солнцем, обманчивому образу; и стынущий холодок вечности в груди…

     Потешался, высмеивал себя: откуда высокие мотивы, какие небесные предначертания в любовных шашнях? У Провидения нет других забот — кроме как устраивать твои постельные заморочки? Окстись, все проще: узрел, выловил из потока привлекательную физию, точенную на токарном станке Всевышнего фигурку — вот и весь порыв к неземному, вот и вся причина благоволения к расчудесному, губки бантиком, божеству, вот и вся явленная на манер рыболовной блесны, на манер движущейся мишени в тире подсказка… Раз провели перед носом, другой протащили… Почему медлишь? Хватай! Пали из всех стволов! Не реагируешь? Тогда будем повторять маневр, будем подергивать мормышку, пока не клюнешь, будем гонять по кругу разодетые в разноцветные платьица силуэты с выбоинками от многочисленных предыдущих выстрелов, пока не сообразишь, что от тебя требуется, чего от тебя добиваются и хотят… (И моя детская страсть к побегам, и взрослые метания — были, если разобраться, не чем иным, как не понятым, не выявленным до конца влечением к женщине… Бывают телевизоры, радиоприемники с дефектом. Замыкают, не контачат клеммы. Нужен мастер — с паяльником и запасными деталями, — чтоб выявил брачок и аномалию устранил. В моем механизме восприятия, наведения, настройки, безусловно, наличествовал требовавший вмешательства и ремонта изъян, раскордаж.)

     Но в том-то и заключалась магия: верил — повелевают мною, понуждают совершать безумства — не минутная одержимость, не банальная прихоть, а наличие предуготованности и кем-то задуманной канвы. Не покидало ощущение: торя любовные маршруты, себе не принадлежу. Запрыгивал в поезда, срывался с насиженных насестов, сомнамбулически брел за непостижимыми лунными созданиями: прорезь, как у копилки (только снизу, но все равно тянет вбросить пожертвование, совершить вклад); бледные, удивительной нежности полуплоды, угнездившиеся меж ветвями рук наверху… Эти плоды приятно перебирать в корзинах воспоминаний… Завидя очертания бедер, заслыша стук каблучков и капроновый шорох трущихся друг о дружку чулок — терял голову. Заболевал. Шел, гнался за мнимой целью — зная, веря: стройняшечка, худышечка, толстушечка вылеплена и создана специально для меня.

     Однажды в метро — лишь долю секунды мне дано было видеть ее лицо (я шагнул в вагон, а она выпорхнула на платформу, и двери за ней сомкнулись), — но между нами сверкнула молния, пробежал электрический разряд… Другой раз, в автобусе, на сиденье напротив клевала носом, проваливалась в чертоги Морфея после бессонной (и, наверное, бурной) ночи юная нимфа. Маленькая подковка на золотой цепочке, словно клешня, покусывала в глубоком вырезе наливную грудь… Я наклонился, шепнул предложение, она сразу, мгновенно откликнулась, кивнула, мы поехали в обратном направлении, ко мне.

     Тянет, влечет не к каждой… Вот назойливая ветреница шелестит платьем близко, рядом, перед самым носом. Нарочито, недвусмысленно, щекочуще задевает тебя краем одежд. Но не трогает ни тело, ни душу… В то время как нарисованный, вылепленный воображением силуэт вдохновляет и волнует неодолимо… Откуда он взялся? Кем внушен, воздушно очерчен и ниспослан? Если в том, кого встретил в земном обличье, есть отблеск, хотя бы малое и отдаленное сходство с придуманным двойником — тогда оправданно и непредосудительно тронуться умом… Ибо нельзя не задаться вопросом: где копия, а где — подлинник, оригинал?

     Сколько раз попадал в ситуации, походившие, скорее, на фантастические, измышленные нагромождения… Выхожу из квартиры, перешагивая через беспорядочно сваленные в прихожей детские игрушки, одежду, книги; хозяйка всю ночь мыла меня в ванной мягкой губкой, мы так и не добрались до ложа; спускаюсь по лестнице, электричества нет, лифт не работает, боясь сверзиться, ощупываю подошвой ботинка ступени; внизу поджидают двое. Метелят что есть мочи, вырываюсь, бегу по грязи под проливным дождем, скользко, промокаю до нитки, двое гонятся по пятам. Пустынно, чужие улицы, струи льют за шиворот, плутаю, машины поблизости не прошмыгнуло ни одной, незнакомая далекая планета да и только, добегаю до троллейбусного круга, транспорт не ходит, но вдруг тормозит грузовик, запрыгиваю в кабину, мчим, дремлю в здании вокзала, где знобко, гуляет сквозняк, в бетонном корпусе огромная трещина, — наконец, прибываю домой, в сухую погоду и окружение привычных лиц; если б не мокрая одежда и не простуда, можно подумать: ничего не было, никуда не отлучался…

     Презентация, а, точнее Праздник прихода к широкому читателю романа Андрея Яхонтова “Бывшее сердце” состоится 4 октября в 17.00 в магазине “Библио-Глобус”, что на Мясницкой. Будут также представлены другие книги писателя — “Учебник Жизни для Дураков” и “Койка”.

    



Партнеры