У кого чего болит

21 октября 2001 в 00:00, просмотров: 743

Одна из московских гостиниц в духе 70-х, стекло и бетон. Опаздываю просто неприлично: все из-за проклятых московских пробок.

—Где у вас тут гоночная команда?

Девушка в окошке не совсем понимает вопрос:

—Какая еще ГОРНИЧНАЯ КОМАНДА?..

—Да не ГОРНИЧНАЯ, а ГОНОЧНАЯ. Гонщики где сидят?

—А, это вы про Витю Маслова, что ли?.. Так бы сразу и сказали. Третий этаж, там проведут...

Единственного российского гонщика с суперлицензией, дающей право водить машину “Формулы-1”, Виктора Маслова знают еще далеко не все. Я бы сказал, о нем больше известно как об обаятельном и, скажем прямо, симпатичном молодом человеке, который вместе с командой гонщиков арендует здесь офис.

— Ого! Мы последний раз весной виделись — ты со мной в этой позе и попрощался. Видимо, со своим ноутбуком вообще не расстаешься?

Супергонщик, как заправский хакер, крутит мышкой не хуже, чем баранкой своего болида.

— У меня в этом ящичке все: и переписка с поклонниками, и фотки с гонок — хочешь, и тебе сброшу?.. Знаешь, отвечать стараюсь по возможности всем. Вот и уходит все свободное время на письма. Как говорится, нас мало, но мы в тельняшках.

— Однако... Человек находится в шаге от первой “Формулы”, дружит с известнейшими пилотами, а занимается самой настоящей канцелярщиной.

— Ну, знаешь... Кому-то все лавры, а кому пока и канцелярщина. Знаешь молодого финна Кими Райкконена или англичанина Дженсона Баттона, который в свои двадцать уже в “конюшне” Фрэнка Уильямса ездил? Им повезло с раскруткой, и даже во времена ранней юности про них писали дорогущие глянцевые журналы. Восхваления сплошные. А кто тогда говорил обо мне, мальчике из Сургута?..

— Где же там было ездить? Кругом снега одни!

— Хорошо, что есть на свете “уазики”. На машине брата проехал свои первые километры по снегу. Сначала он натаскивал меня как инструктор (он ведь тоже гонщик), потом я стал обходиться без него.

— Странно, Шумахеры там всякие начинают с картинга, а ты вот — с джипа... Слушай, а перспектива “Формулы-1” тебя не пугает? Я к тому, что обычно тестеры, или рабочие лошадки, в топ-пилоты так и не выбиваются. Всю жизнь на других работают.

— А это уж как повезет. Вообще, международный чемпионат “Формулы-3000” — очень неплохой трамплин. Кое-кто считает: а зачем говорить о Маслове, если он сплошные десятые места занимает? А знаешь, какой у нас плотный финиш? И лидерам проигрываю всего несколько секунд. Если не нарвешься на какого-нибудь балбеса. Сядешь ему “на хвост”, а он перед поворотом по тормозам вдарит — и избежать “контакта” с вылетом ты уже не успеешь. Главное, что это с его стороны — не ошибка, а подлость. За такое морду бить надо.

— Ну, ты-то можешь, наверное?..

— Дело нехитрое, но чаще, пока ты идешь на разборки, успеваешь остыть. На моей памяти есть несколько случаев рукоприкладства и словесных перепалок. А толку-то? Дисквалифицируют на несколько гонок — будешь знать. Что прощают Шумахеру, не прощают нам.

— А ты ругаешься по-английски? Уж больно уверенно ты на нем шпаришь...

— Английский стал для меня вторым родным языком — на нем и ругаюсь, если вслух, конечно. А если в машине едешь, то по родной русской матушке стараюсь — на себя и на этих моральных уродов, что аварии создают.

— Ты даже когда технические премудрости объясняешь, на инглиш незаметно для себя переходишь. Как Аня Курникова...

— Взял я как-то на гонки свою девушку. Она у меня долго в Канаде прожила и английским владеет — супер. Но когда услышала наш разговор с механиками, вообще ничего не поняла. Мы были похожи на людей с другой планеты. А я ей объясняю: как с механиком поговоришь, так и поедешь. Если он тебя не понял с настройками — а это вещь тонкая, — будет беда.

— А после гонки о чем вы с механиком разговариваете? За ужином, за бутылочкой...

— Никаких бутылочек: для меня спиртное — табу. Очень мешает ездить. А о чем говорим? Не скажу. Попадется моей девушке “МК” — она прочитает и убьет меня. (Смеется.) О женщинах говорим, конечно. Мы же люди. А о гонках — редко: надо уметь забыться.

— Было бы странно: супергонщик — и не умеет расслабляться. Наверное, и увлечения какие-то есть...

— Хватит тебе с этим “супер”... Я как русский человек люблю рыбалку. Хорошо, что ты мне напомнил: вот закончится “осенне-зимний синдром” с поисками спонсоров — обязательно возьму брата и поеду в Сургут рыбачить. Сто лет не был на родине.

— Да ты, пожалуй, чаще в Бразилии бываешь!

— Там моя любимая трасса “Интерлагос”. Повороты с уклонами — сказка! Еще люблю Бельгию, Германию, а вот новое малайзийское “чудо” — полный отстой. Обогнать там вообще невозможно. Искренне хочется, чтобы у нас, в Москве, наконец-то трассу построили. Мечтаю гоняться в Нагатине, мечтаю выиграть. Чтобы российский флаг подняли, гимн прозвучал...

— Вы в команде, я смотрю, патриоты: на болидах — никакой рекламы, только слово “Россия” на весь корпус, да и шлем новый ты себе сделал в расцветке нашего флага.

— Слово “Россия” есть в названии нашей гоночной “конюшни”, а флаги у многих на шлемах обозначены. Это дело святое. У меня там флаг, а на макушке — звездочка.

— Это уже “закос” под Шумахера!

— А вот и нет. Когда я трудился над своей расцветкой, прикинул, как будет шлем смотреться в пасмурную погоду. Думаю, со звездочкой будет повеселее. Ох уж этот шлем!.. На Гран-при Франции в Маньи-Куре я слишком сильно затянул на нем пленочки — так они оторвались и прилипли к антикрылу. Так и ездил по-дурацки. Это еще ладно. Когда я гонялся в “Формуле-3”, у одного деятеля пленка пробила корпус машины — а это уже катаклизм.

— Вот едешь ты по трассе на скорости 200 км/ч — о чем все мысли?

— Те, кто сам не ездит, думают, что у нас предельная концентрация, и все мысли — только о гонке. Это, конечно, вариант идеальный, но получается не всегда. Надо уметь отдыхать и за рулем.

— Меня все-таки сильно интересует твое будущее. На следующий год ты останешься в своей команде?

— Да, но, если по секрету, веду сейчас переговоры с некоторыми командами в “Ф-1” и, возможно, буду там тест-пилотом. А могу и в гонке поучаствовать — первым из российских драйверов. Так недавно случилось с моим чешским приятелем Томашем Энге. Он заменил травмированного бразильца Бурти в “Просте”. Чем черт не шутит?!

— Признавайся: с какими командами?

— Пока не скажу — сглазить боюсь. А потом, зачем раньше времени карты раскрывать?

— Ну ладно, про гонки больше не буду. Хотя бы про девушку расскажи!

— Уверен: каждая твоя девушка должна быть счастлива, и это зависит только от тебя. Надеюсь, у нее с этим все в порядке, к тому же мы и на гонках не расстаемся: она всегда меня сопровождает и болеет за меня. Ну а жениться?.. Не готов еще ни морально, ни, поверь мне, материально. А потом, это никуда не уйдет. Я вот подумываю с институтом своим разобраться, а то брат, который поступил только со второй попытки, уже с дипломом ходит, а я дальше первого курса не уехал...

— Времени мало, что ли?

— Забросил я свой международный политико-юридический по горячности. Не всем, думаю, суждено стать политиками или юристами. Увлекался больше всего экономикой — на эти лекции и ходил. А из латыни только одну поговорку помню: dum spiro spero. Что означает по-русски: “Пока дышу, надеюсь”.

— Можно считать это девизом?

— Пусть так.




Партнеры