Ревность-убийца

18 ноября 2001 в 00:00, просмотров: 694

Каждый день она, возвращаясь с работы домой, знала, что опять будет скандал. Муж, обозленный и взвинченный, непременно начнет допрос: “Почему так поздно? С кем была? Для кого накрасилась?”

Как она от всего этого устала... Надоело повторять одно и то же, что нельзя быть таким ревнивым, что любит она его и только его... А любит ли? Вечные претензии супруга так пообтрепали это некогда сильное чувство, что от него остались одни лохмотья. На смену пришла глубокая усталость.

Она понимала, что долго так продолжаться не может. Надо положить конец этой жгучей ревности раз и навсегда. В конце концов, если он не поймет, развестись.

Но она не успела ничего объяснить.

Так случилось, что 41-летняя москвичка Валентина Кривошеева (фамилия изменена. — Авт.), жена и мать двоих детей, зарабатывала гораздо больше своего мужа Николая, отставного прапорщика. Валентина возглавляла фирму “Берт-К” — ей принадлежали несколько торговых точек и парикмахерская. Николай же работал охранником.

Должность гендиректора требовала от женщины много сил и времени. Поэтому на семью и того и другого оставалось крайне мало. Домой она приходила поздно, а то и вовсе под утро. Так что на муже была и уборка, и готовка, и дети.

Поначалу к работающей жене Николай относился с пониманием — ведь, как ни крути, она кормилица. Но скоро его стали раздражать поздние возвращения супруги. Червячок ревности начал грызть сердце. Чем она там занимается? Наверняка, думал он, у нее полно поклонников. Вот и разъезжает с ними по ресторанам, кушает клубнику со сливками, а о муже и детях даже не вспоминает.

Семейный союз постепенно начал трещать по швам. Что ни вечер — допрос и скандал. Валентине сначала было смешно и даже где-то лестно слушать упреки мужа: ревнует — значит, любит. Но потом ей это надоело. Она пыталась вразумить супруга, что все его подозрения беспочвенны. Никакого любовника у нее нет и не было. Бесполезно. Чем больше терпения она проявляла, тем озлобленней становился Николай. Ей же каждый день приходилось буквально держать оборону. Супруги уже даже не стеснялись детей.

Однажды Валентина в сердцах ляпнула Николаю, что купила себе квартиру и пригрозила: если он будет продолжать ее “пилить”, она станет ночевать там. Супруг быстро сделал вывод: с любовниками! И упреки посыпались с новой силой.

...В тот день, 26 января 2001 г., дети были на даче. Перед отъездом они — словно чуяли беду — предложили отцу также провести выходные за городом. Однако Николай от поездки отказался. В конце рабочего дня он пришел за женой к ней на работу. Валентина, сославшись на занятость, сказала, что вернется домой позже.

Она действительно появилась в квартире ближе к полуночи. После традиционной семейной сцены женщина пошла принять душ, но разъяренный муж настиг ее. В руках блеснул молоток. Не помня себя, Николай несколько раз ударил Валентину инструментом по голове, после чего бросил ее бесчувственное тело в ванну...

Спустя какое-то время Николай пришел в себя и понял, что совершил непоправимое. Но исправить ничего уже было нельзя...

Первое, что пришло в голову — избавиться от трупа. Орудуя ножом и топором, Николай разрубил тело жены на семь частей. Затем, упаковав останки в большие сумки, он вынес их в мусорный ящик на соседнюю улицу, а голову — в другой контейнер за два квартала от дома. К пяти часам утра в квартире уже не было никаких следов кровавой драмы.

...Когда Николая задержали, он подробно рассказал следователям, как расправился с супругой.

Не ответил только на вопрос самому себе: за что он убил Валентину?* * *Ежегодно в России на почве ревности совершается по нескольку тысяч убийств, из них 90% — это классические расправы мужей над женами. Испокон веков считалось, что убить из-за ревности могут только хронические алкоголики и психопаты. Однако современные исследования показали, что среди патологических ревнивцев-убийц они составляют лишь около 25%. Все остальные — вполне здоровые граждане.

Вечером 8 марта 2001 г. в Казани, в подъезде дома на улице Усманова, было обнаружено тело молодой женщины. Она была убита ударом ножа в сердце. Эксперты установили, что женщина находилась на пятом месяце беременности. Личность погибшей выяснилась быстро. Стало известно также, что женщина отмечала праздник в гостях в этом же доме. Все, кто находился в злополучной квартире, тут же были задержаны. Однако уже через пару часов выяснилось, что к убийству 22-летней Ольги Гороховой (именно так звали убитую) они не причастны.

Когда о смерти Ольги сообщили ее мужу, 35-летнему Сергею, тот, казалось, был безутешен. Как же, ведь они ждали первенца! Сергей заявил, что Ольга ушла из дома днем в магазин, и с тех пор он ее не видел.

Проявляя небывалое рвение в раскрытии этого зверского убийства, утирающий слезы мужчина подробно рассказал милиционерам о знакомых своей жены, назвал их адреса и целый день вместе с оперативниками устанавливал свидетелей, видевших ее в последние минуты жизни. А когда сыщики восстановили весь путь Ольги в тот роковой для нее праздничный вечер, то пришли к выводу, что женщину убил... сам Сергей.

Отпирался он недолго. Рассказал, что действительно послал жену в магазин. Она долго не возвращалась, вот он и решил, что она зашла к соседям, в ту самую квартиру.

Пошел туда, мучимый жестокими подозрениями, и как раз столкнулся с женой в подъезде. К этому времени он уже порядком накрутил себя. Возомнил, что Ольга без него заглядывается на других мужчин. Ревность затмила разум. Не говоря ни слова, он воткнул нож ей в сердце. Она даже не успела понять, в чем виновата... * * *Иногда разменной монетой в борьбе за любимого человека, продиктованной ревностью, служат дети.

Когда милицейский “уазик” приехал в деревню Большое Буньково под Ногинском поздно вечером 27 января 2001 г., шестимесячная Регина Русенко была уже мертва. Характер повреждений говорил о том, что сначала девочку трижды сильно ударили кулаком по голове. При этом она стукнулась затылком обо что-то очень твердое, но умерла от удушья.

Безутешная мать билась перед оперативниками в истерике.

Рядом с трупиком лежал пьяный папаша, который внятно ничего сказать не мог. Отца девочки, Сергея, арестовали по подозрению в убийстве собственной дочери.

А через несколько дней отпустили. Потому что история окрасилась совсем в другие тона.

...Пару лет назад бывшей нянечке из детского сада Ирине Терентьевой приглянулся приезжий парень Серега Русенко, по специальности газосварщик, которому позарез нужна была подмосковная прописка. Ира согласилась оформить с ним фиктивный брак. Ирине ее ненастоящий муж очень нравился, но Сергей положил глаз на Ирину родственницу — Лену Терентьеву, и привел ее в ту же квартиру — в соседнюю комнату. И вскоре Лена родила ему дочку.

А Ирину душила злость. И хоть завела она себе другого любовника, ревность не давала ей спокойно жить. Перебрав спиртного, Ирина не раз намекала, что пора бы Лене убираться из этой квартиры, но та и слышать ни о чем не хотела. Полгода Ирина еще промучилась, а потом потеряла всякий контроль над собой. Дождавшись, когда Лена уйдет, а Сергей захрапит на своей кровати, она вынула из коляски малышку...* * *Весьма жестокий способ мести своей возлюбленной избрал нынешним летом ревнивец из села Черное Истринского района Подмосковья. В диком приступе ревности он... отрезал ей ухо.

Как стало известно “МК”, инцидент произошел в семье таджиков, не так давно обосновавшихся в подмосковном поселке. Официально 30-летний Мансур Раджабов и его 17-летняя подруга Малика Салеева в браке не состояли, но уже два года жили вместе и растили 5-месячного ребенка.

В начале лета девушка сообщила мужу, что нашла себе работу официантки. Мансур же решил проверить правдивость ее слов. Однако в заведении общепита, где якобы должна была работать Малика, таджику сказали, что никогда не знали сотрудницы с такими именем и фамилией. Вечером того же дня последовали бурные выяснения отношений. Совсем мужчину вывела из равновесия запись, найденная у Малики в блокноте: “Люблю Бободжона”. В итоге разъяренный азиат схватил лезвие от обычного станка для бритья и, подскочив к Малике, мгновенно и под самый корень отрезал ей левое ухо. Девушка была госпитализирована. Сейчас пострадавшая чувствует себя вполне нормально, только вместо уха у нее осталось ровное место.

Милиционеры задержали Раджабова в тот же вечер, после чего ему было предъявлено обвинение по статье “Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, выразившееся в неизгладимом обезображивании лица”. Через пару дней после случившегося, находясь под стражей в ИВС Истринского УВД, Мансур, видимо, раскаялся в содеянном и решил реабилитироваться в глазах своей изуродованной возлюбленной. Своими руками Раджабов успел до половины оторвать себе ухо, после чего его самоистязание прекратили сокамерники. Мансуру повезло больше, нежели его девушке: впоследствии хирурги наложили ему на хрящ несколько швов, так что пока ухо таджика остается на месте. * * *Что уж говорить о простых смертных, когда жертвой банальной ревности становятся видные исторические персоны.

1 декабря 1934 года в Смольном выстрелом из нагана был убит секретарь ЦК и Ленинградского комитета ВКП(б) Сергей Миронович Киров. Предательский выстрел в затылок всколыхнул всю страну. Всех волновал один вопрос: кто и зачем убил Кирова?

Кто — понятно. Убийца, 30-летний партиец Леонид Николаев, был задержан на месте преступления. Но почему он это сделал?

Сталину, который лично(!) допрашивал убийцу, было выгодно объявить Николаева врагом народа в свете начавшейся волны репрессий. Это, мол заговор заклятых противников молодой советской власти. Расстреляли как самого преступника, так и всю его семью.

Вплоть до смерти вождя эта версия была единственной. Потом же партийные комиссии не раз пытались докопаться до истинных причин убийства Кирова. При этом каждый раз выводы экспертов соответствовали политике своего времени. Факты же таковы.

С 1925 года Леонид Николаев занимал различные руководящие посты в низовых партийных и комсомольских организациях, но в силу неуживчивого характера подолгу нигде не задерживался. В апреле 1934 года он был исключен из партии “за отказ подчиниться партдисциплине”.

По одной из версий, Николаев считал, что всеми бедами в своей жизни он обязан своему партийному боссу — Кирову. Поэтому-то он и решил его убить. 1 декабря он пришел с загодя приобретенным наганом в Смольный, пристроился сзади к шествовавшему по коридору Сергею Мироновичу и за одним из поворотов выстрелил ему в затылок.

Между тем современные исследователи напрочь отвергают эту версию. Причину расправы над партайгеноссе они видят в... банальной ревности. Дело в том, что у Кирова была любовная связь с женой убийцы — Мильдой Драуле. Эта дама служила официанткой в секретариате Сергея Мироновича, который отличался любвеобильным характером. Когда по Ленинграду поползли слухи об интимной связи Кирова с Мильдой Драуле, Николаев не мог не отреагировать на это.

Знаменитый разведчик Павел Судоплатов в своих мемуарах писал: “От своей жены, которая в 1933—1935 годах работала в НКВД в секретном политическом отделе, занимавшемся вопросами идеологии и культуры, я узнал, что Сергей Миронович очень любил женщин и у него было много любовниц. Мильда Драуле прислуживала на некоторых кировских вечеринках. Эта молодая привлекательная женщина также была одной из его “подружек”... Вся семья Николаева, Мильда Драуле и ее мать были расстреляны через два или три месяца после покушения”.



    Партнеры