Святые и мертвые

12 января 2002 в 00:00, просмотров: 503
  Январь — месяц контрастов. В самом деле, когда еще в течение года запой так старательно перемежают с молитвой? Адский коктейль получается, доложу я вам. Выпил, закусил — и в церковь, грехи замаливать. А кто не верит ни в Бога, ни в черта — просто на Рождество посмотреть, себя показать... Да и вообще, как можно общаться с Всевышним на трезвую голову? Вот еще, глупости. А если, не дай Бог, откажешься принять на грудь за здоровье Создателя — берегись. Тут же заподозрят в измене вере и шпионаже в пользу атеистов. Фраза “Да у тебя нет ничего святого!” в рождественско-святочные дни пускается в ход постоянно, так же часто в былые времена доставали из ножен шпаги, дабы покарать нахала. При этом общественный обвинитель свято верит в собственную безгрешность — уж он-то, в отличие от всяких нехристей, соблюдал все посты, ел одну лишь травку и с мухами дружил... Хотя на самом деле и Библию-то этот горе-христианин брал в руки один раз — чтобы использовать как подпорку для треснувшей ножки стола. А второй раз вооружился ею, дабы стукнуть по голове сварливого агностика.
     Так что со святостью в стране напряженка. Если разобраться, у сотен наших товарищей действительно ничего и никого святого в запасниках не осталось. Рождественско-крещенские деньки лишний раз подтвердили сей грустный тезис. Неделя выдалась — хоть святых выноси.
     Предметы культа в январе действуют на воров, как красное на быка. Какой уж тут священный ужас, к чертовой бабушке... Житель Псковской области в канун Рождества привез в Златоглавую весь свой иконостас — 14 образов. Не то чтобы шибко ценные, магазинная цена 75 тысяч рублей, но мужчина собирал их всю жизнь, хотел продать прихожанам в канун праздника. Сельчане предупреждали: мол, в Москве с таким грузом по улице не пройдешь, живо ограбят. Христианин отшучивался: “Мы псковские, мы прорвемся”. Не прорвался. В Вешняках супостат вырвал из рук сумку с иконами и смылся. Выручку, небось, уже пропил.
     Та же беда с культурными ценностями. Пока народ пил и молился, злодей ужом прополз в московскую филармонию и спер скрипку XIX века у члена оркестра, прекрасной дамы лет тридцати. Конечно, не Страдивари, не Гварнери, но все же, все же... Кстати, сотрудники милиции предупреждают: сейчас, пока служащие пребывают в алкогольно-религиозной коме, в Москве пик краж из офисов и контор. И сколько нам открытий чудных готовит ближайший понедельник, когда многие выйдут из новогодних отпусков, — Бог весть.
     Итак, антиквариат и иконы в дни религиозных праздников не наводят на преступников должного трепета. Может, хотя бы служители церкви ограждены от всяческих им ненужных встреч? Увы и ах. В канун Рождества трое прихожан вломились в дом церковного служителя. Напрасно хозяин осенял их крестом, предлагал покаяться... “Знаешь, что нам сейчас нужно?” — грозно поинтересовались бандиты и забрали 2 иконы, 20 тысяч рублей, серебряный крест. Видимо, решили открыть собственный приход. На коммерческой основе.
     К скромному, глубоко религиозному бизнесмену явились двое молокососов. Долго следили за квартирой, наконец забрались через окно, устроили шмон... Иконы, деньги, видеотехника — джентльменский набор. Правда, уйти воры не смогли: сработала хитроумная сигнализация, реагирующая на движение человеческого тела. Но даже и в безнадежной ситуации воры попытались сыграть “ва-банк”. Договорились: в руки органов сдается один, берет всю вину на себя, второй в это время прячется, дожидается, пока милиция уйдет, и спокойно выносит из квартиры награбленное, а всю выручку тратит на адвоката. Не вышло. Опера не поленились обыскать помещение и нашли-таки вора №2 под кроватью.
     Ага, вспомнил! Деньги — вот святой предмет для каждого российского гражданина, в том числе, для каждого преступника. Причем желательно в инвалюте, это еще Маяковский в своей оде доллару подметил. Правда, в связи с реформой лозунг, видимо, поменяется — согласитесь, “евро — дух святой” звучит как-то не очень... Но некоторые сию аксиому уже взяли на вооружение. Мадам обратилась с заявлением о краже из квартиры. Все очень натурально: дверь нараспашку, внутри разгром, похищены кое-какие вещи, 10 тысяч рублей, 2 тысячи долларов и... тысяча евро! “А что это за евро и где оно лежит?” — поинтересовались милиционеры и попросили указать особые приметы новой банкноты. Тут дамочка язык-то и прикусила. Конечно, про евро она приврала. Как, впрочем, про рубли, доллары и вообще про сам факт кражи. Бамбарбия, киргуду... В канун Рождества эта особь поссорилась с мужем, и стражи порядка считают, что она просто под видом ограбления века намеревалась вынести из дома свои побрякушки, но малость перемудрила...
     Еще одна финтифлюшка разыграла комедию во вверенном ей магазине. Долго звонила на “02”, кричала: “Помогите! Грабят!” Затем заламывала руки, рассказывала про двоих негодяев с обрезом, про их наглость, про похищенные блоки с “Явой” и 3600 рублей. “Понимаете, работа для меня — святое, я за казенную копейку кого хочешь удавлю”, — кипятилась леди. Излишняя болтливость ее и сгубила. В минуту откровенности продавщица призналась коллеге: визит бандитов был лишь в ее воспаленном мозгу и имел под собой лишь одну цель — скрыть недостачу. А сослуживица, у которой, видимо, не столь изощренно-трепетное отношение к казенной копейке, сообщила о воровке в органы.
     Суббота уж близится, а ничего святого вокруг мы так и не нашли. Может, человеческая жизнь? Уж она-то перед Рождеством Христовым должна охраняться государством (и Всевышним)? Эх, молчи, грусть, молчи... В Щелкове компания подростков мирно отмечала праздник. Уже в пятом часу утра стали расходиться, вышли на улицу. Случайное совпадение, пересечение судеб — минут за пять до этого во дворе дома случилась драка. Одного из мачо, отморозка лет 20, крепко побили, и он побежал за ножом — отомстить за поруганную честь. Взял лезвие, вернулся и налетел на мальчишку из той, первой компании. Естественно, к драке юноша не имел ни малейшего отношения, даже не знал, что она произошла, а просто шел домой. Но для пьяного придурка это не аргумент, ему просто надо было кого-нибудь убить. Замах, удар... Погибшему было 17 лет, только поступил в один из московских вузов. Младший сын в дружной, отличной семье.
     “Скорая” и милиция приехали по вызову пенсионера: дескать, у него в доме убили квартиранта. Подойдя к избе, оперативники остолбенели — на крыльце лежали... две ноги, отрубленные по колено, как будто человек, перед тем как войти, отстегнул конечности. Неподалеку нашли остальные части тела, а в центре этого содома в доме восседал 78-летний старик хозяин. Рядом валялся топор. Внятных пояснений от пенсионера добиться не удалось. Со слов соседей, он давно впал в маразм, постоянно третировал своего жильца, приезжего из Таджикистана, и вообще вел себя по-хамски. Правда, верил в Бога, исправно молился, посты соблюдал. По предварительной версии, в религиозном экстазе сей мощный старик набросился на квартиранта с топором, изуродовал его до жути, а ноги отрубил и вынес на крылечко. Сам он ни в чем не признается, только сидит на печи, хлопает глазами и рассуждает об утрате веры. Что ж, это по-нашему, еще Белинский подметил: когда русский человек говорит о Боге, он всегда чешет задницу.
    


    Партнеры