ОДИН ИЗ СТАИ

Несколько эпизодов из многогранной жизни чиновников Банка России

15 января 2002 в 00:00, просмотров: 1305
  А втором очередной сенсации, касающейся судьбы председателя ЦБ России, на этот раз оказался... сам председатель ЦБ. Недавно на небольшой тусовке среди коллег Виктор Геращенко в сердцах бросил: “После Нового года ухожу. Надоело. Работайте с Парамоновой”. Сказанное, конечно, вовсе не означает, что Виктор Владимирович, отпив шампанское под бой курантов, тут же отправится писать прошение об отставке. Но оснований и для раздражения, и для мыслей об уходе у него более чем достаточно.
    
     Главное, что его раздражает, если не сказать унижает, — это Национальный банковский совет. Он использовал весь свой авторитет, энергию, ресурсы, но так и не сумел убедить ни одну из ветвей власти отказаться от идеи создания этого органа. Тут он проиграл вчистую и уже не предполагает, а точно знает: поправки в Закон о ЦБ скоро будут приняты, Национальный банковский совет сформируют, и никто уже не будет спрашивать, хочет ли председатель ЦБ поделиться с Советом частью своих полномочий. Он вынужден будет сделать это автоматически, в точном соответствии с новым законом.
     Это для Геращенко невыносимо. Председатель ЦБ — человек своенравный. Благодаря своему статусу и посту он вообще не привык ходить под начальством, подчиняться чьим-то указаниям и тем более делиться с кем-то властью. И вдруг... Вписаться в новый поворот судьбы ему действительно невыносимо трудно. Проще написать заявление.
     Впрочем, не так уж важно, уйдут ли Геращенко по собственному желанию сразу после Нового года или он вынужден будет сделать это полгода спустя, когда истекает срок его полномочий. Куда важнее, какую бурную деятельность развернули некоторые его соратники по ЦБ в преддверии неизбежной смены власти.
    
     “Железная леди” ЦБ
    
     Татьяна Парамонова на финансовом Олимпе — фигура приметая. В 1995 году она даже была и.о. председателя ЦБ. Ни у кого в банковском сообществе не вызывают сомнений ее профессиональные качества, да и хваткой она может потягаться со многими мужиками — очень сильная воля, жесткость, стремление лично контролировать принятие всех сколько-нибудь значительных решений.
     Но тогда Дума ее председателем так и не утвердила. Аналитики считают, что главной причиной стала полная аполитичность Парамоновой, никогда не высказывавшей своих предпочтений ни одному из политических движений, ни одной из ветвей власти. Такой “вольный стрелок” в пору политических битв 1995-го и последующих годов не мог не вызывать опасений, что в критической ситуации она может повести себя непредсказуемо.
     И вдруг Парамонова, до последнего времени пребывавшая в тени Геращенко в качестве его первого зама, вновь оказалась претендентом №1 на пост председателя. Причем Геращенко говорит об этом, как о деле решенном: “Будете работать с Парамоновой”.
     Не берусь утверждать, что столь емкая реплика вызвала панику среди некоторых людей из ближайшего окружения Геращенко. Скорее наоборот — она укрепила их в решимости форсировать начатое. Дело в том, что с Парамоновой группа сплоченных коллег давно уже начала “работать”. Но весьма своеобразно.
     Затеяв реорганизацию внутри Центробанка, ударили дуплетом по двум целям. С одной стороны, под благовидным предлогом (сначала, дескать, надо навести порядок в собственном доме) тормознули проведение банковской реформы в стране. С другой — отобрали у Парамоновой несколько ключевых департаментов, заметно ослабив ее позиции. А дальше — тихой сапой, но последовательно, — стали избавляться от слишком верных сторонников “железной леди”. В числе тех, кто попал под “отстрел” буквально на днях, оказались Валерий Ткаченко из Департамента инспекторов кредитных организаций и Галина Ситникова из Департамента лицензирования кредитных организаций и аудиторских фирм.
     “Железная леди” все еще восседает рядом с троном, но покушение на полномочия, которого Виктор Геращенко еще только ждет от Национального банковского совета, в ее случае уже состоялось. Татьяна Владимировна отвечает за очень серьезный участок — за формирование и проведение политики ЦБ. Что-то вроде финансового гуру, небожителя. А вот земными делами, то есть деньгами, управлением коммерческими рычагами, теперь занимаются совсем другие люди. Именно те, кто исподволь начал “работать” с Парамоновой.
    
     Искусство быть при деньгах
    
     Даже если бы этот человек не вылез вновь на сцену, его стоило бы искать — за кулисами, в оркестровой яме, в гримерных, да где угодно. Не каждый ведь день встречаешь “героя нашего времени”. Времени — известно какого. Циничного. Жестокого...
     Владимир Николаевич Горюнов впервые засветился в 1992 году. Для одних начало 90-х связано с романтическими иллюзиями и несбывшимися надеждами. Для других это было время большого хапка. Горюнов был не романтиком, а банкиром, он смотрел дальше других и зрил в корень. Пребывал он в ту пору в Цюрихе, возглавляя тамошнее отделение Внешэкономбанка СССР, но и оттуда было видно, какой бардак творится в родной стране. Для большинства смутные времена — трагедия (есть даже такое китайское проклятие: “Чтобы тебе жить во время больших перемен”). А люди умудренные, со специфическим опытом, скажут, что далеко не каждому поколению выпадает счастье жить в такое благостное время. Наиболее откровенно по этому поводу, если помните, философствовал Борис Березовский, объясняя происхождение своего многомиллиардного состояния.
     Во всеобщем бардаке осталось незамеченным для широкой публики одно чрезвычайное событие. Возглавляемое Горюновым отделение ВЭБа, а фактически совзагранбанк с балансом в 4 миллиарда долларов, вдруг... обанкротилось.
     Впрочем, отделение ВЭБа в Цюрихе официально банкротом объявлено не было. От этого его спас Геращенко. Он в то время тоже возглавлял Центробанк и, пользуясь неограниченной властью, попросту накачал цюрихское отделение деньгами ЦБ. При этом убытки государства, по самым скромным подсчетам, составили несколько сотен миллионов долларов.
     И самого Горюнова спас тоже Геращенко. С должности дал уволить, а от тюрьмы — уберег. Несмотря на требование тогдашнего председателя ВЭБа Юрия Пономарева “рассмотреть вопрос об ответственности В.Горюнова за упущения в работе, отмеченные в акте ревизии”, хода делу не дали. То ли “инстанции” было не до того, то ли в бой вступила тяжелая артиллерия, но о потерянных миллиардах на удивление быстро забыли, а самого Горюнова снова трудоустроили, и опять поближе к деньгам. На этот раз в Швейцарии, в финансовой компании ЮРАСКО.
     Читатель может устать от бесконечного соседства фамилий Геращенко и Горюнова, но тут уж никуда не деться — так у них по жизни повелось. Как говорится, нитка за иголкой. Компанию ЮРАСКО, куда прибыл для продолжения финансовой службы “наш” человек из Цюриха, учредил в 1986 году не кто иной, как Виктор Геращенко. Главный банкир страны закачал в нее 90 миллионов швейцарских франков из средств ряда государственных организаций — Ингосстраха, Сбербанка, ВЭБа и др.
     И надо же такому случиться! В 1994 году, то есть два года спустя после того, как Горюнов возглавил компанию, от 90 миллионов франков в кассе ЮРАСКО осталось... всего 20. Впрочем, не будем отдавать все лавры одному Владимиру Николаевичу. Усердно помогал ему в этом деле и некий Отто Вильгельм Хольгер Баль, которого швейцарские власти считали агентом восточногерманской разведки “Штази” и который одно время был советником Геращенко.
     Куда делись 70 миллионов швейцарских франков, так и осталось “банковской тайной”. Помимо главных фигурантов открыть ее могла бы жена Владимира Горюнова, которая хоть и наведывается время от времени в Москву, постоянно живет по-прежнему в Швейцарии и за семейным банковским счетом следит, надо думать, строго. Вот только вряд ли мы от нее дождемся откровений на эту тему.
     После очередного “упущения в работе” Владимир Горюнов понес очередное суровое наказание — расстался с госслужбой. Он вернулся в Москву и занялся самостоятельным бизнесом. Но — в компании каких людей!
    
     Профи и братки
    
     Трое сравнительно молодых людей из числа новых русских, очень целеустремленных, желающих покорить мир сейчас и сразу, решили создать собственный банк. Деньги к этому времени у них уже были, а вот откуда они появились — это, как говорится, вопрос интересный. Звали новоявленных банкиров Роман Фрумсон, Бабек Серуф и Александр Гольцов. У кого-то из читателей эти фамилии, возможно, уже вызвали какие-то смутные воспоминания, постараюсь их освежить.
     Роман Фрумсон, приехав из Харькова в Москву в конце 60-х, зарабатывал на жизнь мелкой спекуляцией. Куда более значительной фигурой в то время была его жена Жанна — хорошо известная в столице фарцовщица. Когда евреев стали выпускать из СССР, сформировался особый рынок, на котором можно было заработать большие деньги. Одним из самых ходовых товаров были иконы, пользовавшиеся высоким спросом на Западе. Фрумсон в этот рынок с головой влез, а вылез, образно говоря, на подмостках знаменитого лондонского аукциона “Сотбис” в качестве одного из крупнейших коллекционеров. От его имени выставлялись лоты, вокруг которых разворачивалась нешуточная борьба, благо не каждый день есть шанс купить некоторые работы Фаберже, полотна К.Маковского и прочих знаменитостей.
     Но это уже станет как бы итогом его деятельности. А в промежутке будет знакомство с Бабеком Серуфом, эмиграция в ФРГ и опять же знакомство с Владимиром Горюновым, русским банкиром в Цюрихе.
     Бабек Серуф, курд по национальности, сын одного из руководителей партии иранских коммунистов ТУДЭ, воспитанник Ивановского детского дома, был бедным студентом и влачил жалкое существование. И вдруг (ох уж это загадочное “вдруг”!) в один прекрасный день стал богачом. По официальной версии, Бабек получил огромное наследство от дяди. По неофициальной — дядя не жил в Иране, а обретался в Москве в здании на Лубянке. Каким бизнесом занимался тогда Бабек, неизвестно, но деньги зарабатывал он по тем временам баснословные. И никого не боялся.
     Так вот Фрумсон, Серуф и Гольцов (последний не оставил ярких следов в бизнесе) решили создать собственный банк. Сами так решили или кто-то из профи подсказал, но банк назвали “Ялосбанк”. К этому моменту как нельзя вовремя ушел с госслужбы Горюнов. Который и стал председателем правления нового коммерческого банка.
     А теперь догадайтесь, что было дальше?
     Через два года “Ялосбанк” разорился, деньги исчезли, кредиторы остались ни с чем.
     А отцы-основатели погибли. Все до одного. Труп Романа Фрумсона нашли на вилле популярного испанского курорта Марбей. Бабек Серуф умер в Москве, по официальной версии, от менингита, по неофициальной — был отравлен. Александра Гольцова расстреляли в Москве.
     Худо пришлось в это время и Горюнову. Специалисты пришли к выводу, что банк разорили вполне сознательно. Горюнову вменяли в вину хищение более 2 триллионов неденоминированных рублей и непоступление в бюджет Москвы свыше 23 триллионов неденоминированных рублей. Под давлением Юрия Лужкова следственный отдел УВД ЦАО Москвы по факту мошеннических действий руководства АКБ “Ялосбанк” было возбуждено уголовное дело. Оперативное сопровождение осуществлялось ГУБЭП МВД России, УБЭП ГУВД Москвы. Как видите, силы были задействованы немалые и шансов у Горюнова избежать тюремных нар, казалось, не было никаких.
     И снова — о чудо! Из тени выходит всемогущественный Геракл. В декабре 1998 года председатель ЦБ назначает Горюнова... своим заместителем. Неужели не знал, что тот находится под следствием? Или именно потому и назначил, что знал? Это в старые времена, чтобы спасти своего человека от тюрьмы, надо было убрать с глаз долой, пока не пройдет гроза. А сегодня, видимо, надо действовать прямо наоборот — демонстративно назначить его на недосягаемую для следователей должность.
     Что эффективно сработало и на этот раз. Сразу после назначения, в том же декабре, уголовное дело против Горюнова было приостановлено. С тех пор прошло три года, но никто возобновлять его, судя по всему, не собирается. Надо понимать, что указаний на этот счет пока не поступало. Поступят ли они вообще когда-нибудь?
    
     Кинули они всех и пошли дальше
    
     Говорят, у политиков нет постоянных союзников — есть постоянные интересы. В равной степени, надо думать, это относится и к банкирам, и к крупным предпринимателям, и к серьезному бизнесу вообще.
     Мало похоже на то, что Геращенко столь трепетно ведет Горюнова по жизни из соображений исключительно альтруистических, в силу вспыхнувших отцовских или дедовских чувств. Просто их интересы так переплелись, что бывает трудно отличить, где начинается одно “Г” (по первой букве фамилии) и кончается другое. Все, чего добивался Горюнов как госслужащий, он получал из рук Геращенко. Еще одним красноречивым подтверждением тому служит история со странным банкротством банка “Империал”.
     Во время следствия, то есть после разорения “Ялосбанка” и до назначения на пост заместителя председателя Центробанка, Владимир Горюнов успел не очень долго, зато весьма эффективно поработать заместителем президента в “Империале”. Развязывая ему руки и давая время на проведение операции, ЦБ своим приказом от 25 августа 1998 года лишил “Империал” лицензии. На этот момент активы коммерческого банка составляли более 850 млн. долларов, причем более 200 млн. долларов в банк поступило не от коммерческих структур, а из госбюджета.
     Когда все активы банка были выведены, Владимир Горюнов, на тот момент уже заместитель председателя ЦБ и “центральный” куратор (!), доводит начатое дело до конца. 4 июня 1999 года ЦБ отменяет свой предыдущий вердикт и новым приказом №ОД-201 возвращает “Империалу” лицензию. Операция завершена. Сделки по выводу активов, которые совершались в банке после отзыва лицензии, а также начиная с весны 1998 года, легализованы.
     Была у этой блистательной многоходовки не только финансовая корысть, но и политическая цель: ударить по престижу только что назначенного премьер-министра Сергея Степашина. Геракл очень не любит, когда кто-то пытается поставить его на место или навязать ему свою волю. А премьер-министр в очень жесткой форме потребовал отзыва лицензий у банков-банкротов, на чем не менее жестко настаивало и МВД. Не тут-то было: Центробанк в пику ему полностью восстанавливает в правах “банкрота №1”. Мало того что Горюнов почти в течение года у всех на виду нагло выводил активы на сотни миллионов долларов. Он успел еще избавиться и от недвижимости. “Империалу”, например, принадлежало великолепное здание в Санкт-Петербурге. Перерегистрировали — теперь то же здание числится за неким ООО “Дисет”.
     Но была в этом вызове Геращенко, наверное, и своего рода месть за то, что Сергей Степашин выступал против назначения Горюнова на пост председателя правления Сбербанка...
    
     Богатый покос на золотой ниве
    
     Когда проблемы “Империала” были благополучно “разрешены”, Владимир Горюнов вместе со своим шефом, засучив рукава, взялся за банк “СБС-Агро”. Если помните, был такой крупный банкир с опытом кооператора и тюремных нар — по фамилии Смоленский. Впрочем, если учесть, что он кинул десятки тысяч вкладчиков, то все они и их близкие до конца своих дней будут помнить эту зловещую фамилию. Но тут надо до конца быть честным: надул-то он не только частных вкладчиков, а еще и казну. И не сам, а тоже с помощью ЦБ.
     Еще до кризиса 1998 года все специалисты отлично знали, что банк Смоленского — банкрот и спасти его может только чудо. И чудеса начались. Осенью в “СБС-Агро” вводится временная администрация. И сразу после этого коммерческий банк получает от ЦБ 7,4 миллиарда рублей стабилизационного кредита. Откуда деньги? О, это интересный вопрос! Согласно закону, Банк России имеет право выделять кредиты только под обеспечение, то есть под гарантию, что в случае чего поручитель сам вернет деньги в казну.
     Все было сделано в высшей степени профессионально. Накануне, то есть в августе 1998 года, Правительство России приняло постановление “О неотложных мерах по повышению эффективности работы птицеводства в 1999 году”. Там был пункт №7, в котором говорилось: “Рекомендовать ЦБ РФ определить банки — агенты из числа коммерческих банков, обслуживающих средства специального фонда для кредитования организаций агропромышленного комплекса на льготных условиях, и выдать им кредиты под бюджетные гарантии регионов в размере 2,5 млрд. рублей” (здесь и далее выделено мной. — Авт.). А дальше — дело техники. 44 субъекта Российской Федерации в обмен на обещанные кредиты предоставляют ЦБ поручительства и заключают с ним 78 договоров на общую сумму 6,8 млрд. рублей.
     Забегая вперед, скажем, что наши бедные губернии этих денег так и не увидят. Кредит в размере 7,4 млрд. рублей будет направлен в банк Смоленского...
     “СБС-Агро” благополучно обанкротился. Деньги исчезли, имущество — тоже. А кто же вернет кредит в Банк России? Для руководства ЦБ даже такого вопроса не было. Как это кто? Субъекты Федерации, разумеется. Они давали поручительства, заключали договоры — вот пусть и платят, согласно закону. И ЦБ, пользуясь своим правом, стал изымать из бюджетов городов и весей соответствующие суммы.
     Первыми восстали пермяки. Они раскопали оригинал Генерального соглашения между ЦБ и “СБС-Агро”. И выяснили, что после подписания в него вносилось шесть (!) изменений. Обнаружился в нем и такой пункт: “Настоящее соглашение, а также любая информация о его заключении, исполнении и/или прекращении рассматривается как строго конфиденциальная и составляющая коммерческую тайну каждой из сторон в отдельности”.
     И губернаторы взбунтовались. Вспомнили о разъяснении Высшего арбитражного суда по аналогичному поводу, где было сказано, что, согласно статье 356 ГК, любые изменения без уведомления поручителя делает соглашение юридически ничтожным. И потребовали вызвать в Совет Федерации председателя ЦБ.
     В августе 2000 года такая встреча состоялась. Виктор Геращенко был весел и не уставал шутить. Первым делом он заявил, что вопрос очевидный и юристы Центробанка, безусловно, выиграют дело в суде, и игриво добавил: “Но судить мы будем не по суду, а по справедливости”.
     Г.Игумнов, губернатор Пермской области: “Мы не получили ни копейки денег — почему мы должны платить?”
     В.Геращенко: “Дело по суду вам все равно не выиграть. Это справка нашего юридического департамента. Как поручитель вы обязаны были проверить. Но я же сказал, решать будем по совести”.
     Г.Игумнов: “Мы выиграем дело в суде — мы нашли это кредитное соглашение! Это Генеральное соглашение по повышению финансовой устойчивости банка. То есть мы поручились за санацию. Это подмена!..”
     А.Суриков, губернатор Алтайского края: “Поддерживаю постановление о проверке Счетной палатой и просьбу ЦБ не списывать пока средства. А вот предложение дать поручение Генпрокуратуре считаю излишним”.
     М-да... Просить большого сюзерена о пощаде, чтоб не обчищал как липку, — это у нас в крови, а вот требовать рассудить по закону — ни-ни! Не зря ведь и Геращенко напирал на суд по совести и справедливости.
     Дело прокуратура все-таки завела. Так оно и тянется уже больше года. Одного виновного даже нашли и посадили в камеру предварительного заключения. Не обольщайтесь: это не Геращенко и даже не Горюнов. Организатором этой грандиозной мошеннической операции считается скромный заместитель начальника ГУ ЦБ РФ по г. Москве Алексеев, чьи подписи стоят под соглашением. Другие фигуранты следов в виде подписей якобы не оставили...
    
     Еще не вечер?
    
     Сегодня Горюнов понимает: уход Геращенко для него сравним с гибельным землетрясением. Но если знать что к чему, то и к землетрясению можно подготовиться — укрепить какие-то конструкции или на худой конец найти безопасное место. Целенаправленность, с которой он вместе с некоторыми соратниками пытается стреножить Татьяну Парамонову, наводит на подозрение, что мы имеем дело с очередной хитроумной многоходовкой. Если Геракл действительно хочет видеть на своем месте “железную леди” ЦБ, то почему он позволил своему самому близкому товарищу резко ограничить ее полномочия в Центробанке? В конце концов, он председатель, без него такие дела не делаются. Или же суть в том, что прихода именно Парамоновой он больше всего боится и, называя ее, только подливает масла в огонь?
    


    Партнеры