УЧЕНИЕ ЧЕЧЕНЯТ

Им неуютно в стране, говорящей по-русски

21 января 2002 в 00:00, просмотров: 364
  “Ля илля ха алла ин алла...” — покачиваясь, распевает молитву 10-летний чеченец Муслим. После молитвы его младший брат Мовсер включает магнитофон, ритмичную горскую музыку, и лихо танцует лезгинку.
     “Надо же, — думаю я. — Никаких комплексов... Такое впечатление, что это не дети, а взрослые мужчины”.
     Муслима, Мовсера и еще семерых чеченских детей из лагеря беженцев в Ингушетии забрали до конца учебного года коломенцы. Приютили, чтобы откормить, подлечить и подучить грамоте. Доставил детей в Подмосковье Фонд репрессированных народов и граждан. Сегодня чеченские дети впервые идут в русскую школу...
     Что хорошего они видели в жизни? На глазах Муслима и Мовсера разбомбили их дом в Грозном, поэтому вся семья вынуждена была переместиться в палаточный городок в Карагулаке. В городке четыре сотни палаток, в каждой по две-три семьи. Летом в помещениях жарко до одурения, а зимой — дубак. Нет света, газа, воды. Беженцев кормят раз в день хлебом с водой. Поэтому русских они НЕ-НА-ВИ-ДЯТ. “Вас отбомбить надо”, — буркнул Мовсер, когда заговорил о налетах.
     — Самолет какой-то ездил над нашим домом каждую ночь, — рассказывает Муслим. — У соседей крышу взорвал, а потом началась война. Мы играли на улице в “нохчи плен”, когда загудело много самолетов и вертолетов, а люди задрожали и побежали по домам. Мы видели, как самолет загорелся и врезался в землю. Получилась черная дырка...
     Братья еще не научились говорить по-русски. “Шнурок сломался, елораш, зуб болит — достать его надо”, — яркие опусы чеченят. Они с удовольствием играют в “нохчи плен”, берут друг друга в заложники и смотрят боевики с участием Ван Дамма, Джеки Чана, Шварценеггера и Сталлоне, а также мультик “Ну, погоди!”, который для них имеет сакральный смысл. Младшенький — более разговорчивый. Между делом он рассказал, как обхитрил всю родню. Однажды подвернул ногу, заплакал. Тогда родители нашли для мальчика шоколад. Ешь, мол, сынок, выздоравливай. На следующий день боль в ноге совершенно прошла, но Мовсер заревел и снова получил шоколадку. И так продолжалось довольно долго!
     Спрашиваю, не хотят ли ребята домой.
     — Нет, — отвечают они, — там грязно.
     Мальчикам понравились уютная Коломна и Москва, куда они ездили на экскурсию. А вот одна из приехавших девочек предпочла вернуться в родную палатку. Она почувствовала себя неуютно в провинциальном подмосковном городке, где все говорят по-русски. Другую девочку выкинули на улицу, узнав, что получить пособие на ее содержание не удастся.
     — Я знала, что именно так и получится, — признается 12-летняя Седа. — Вы, русские, одинаковые...
     В конце концов девочку бескорыстно приняла другая семья мусульман.
     То и дело она убегает в другую комнату. Общаться явно не расположена.
     — Хочу, чтоб война поскорее закончилась, — наконец произносит она. — Мечтаю вернуться в Грозный. Хотя возвращаться некуда...
     — В Чечне сейчас действительно очень плохо, — объясняет работник местной турфирмы Борис Хайруков, мусульманин, приютивший красавицу Седу. — Не от хорошей же жизни чеченцы отправляют своих детей неизвестно куда?! Мы, правоверные, принимаем их во имя Аллаха. По мусульманскому принципу уммы, людей связывает не кровное родство, а вера в Него. “Знайте, что мусульмане есть единое братство”, — это прощальное обращение пророка Мухаммеда к мусульманам. Поэтому мы никогда не оставим единоверца в беде.
     Коломенцы, кстати, неоднозначно оценивают акцию мусульманской общины. Одни говорят, что дети есть дети. На них нет никакой вины. Другие считают, что “меценаты” помогают растить бойцов против России. Ведь неизвестно, мол, чьи это отпрыски. Может быть, самого Шамиля Басаева.
     Впрочем, Бог им судья.
     По-настоящему война никому не нужна, но многим нужна ненависть. Так сказал швейцарский писатель Макс Фриш. И дай бог, чтобы эти дети перестали нас ненавидеть. Это главная цель их паломничества в Коломну.
    


Партнеры