КУЙ, ПОКА ГОРЯЧО!

Игра в триллер на фоне наковальни

29 января 2002 в 00:00, просмотров: 481
  НЕ ЧИСТО АНГЛИЙСКОЕ УБИЙСТВО
    
     “Священный огонь”. Сомерсет Моэм. МХАТ им. Чехова. Режиссер Светлана Врагова. Художник Валерий Левенталь.
     В роскошных декорациях стиля модерн мхатовцы представили психологический детектив образца 30-х годов, который из сегодняшнего дня не поражает детективной фабулой. Молодой красивый летчик в исполнении Сергея Безрукова в результате катастрофы стал инвалидом. Пытается быть сильным в этих обстоятельствах. Трагические перипетии его жизни как нельзя лучше проявляют истинную ценность его окружения — матери (Ольга Барнет), родного брата (Егор Бероев), жены (Екатерина Семенова), а также медперсонала. В роли врача выступает Андрей Ильин, сиделки — Евгения Добровольская.
     Высшей точкой напряжения первого акта можно считать эффектную сцену вальса в инвалидном кресле. Первый акт завершает интрига — неожиданная смерть героя, объявленная убийством. Кто виноват — разбираются во втором. Однако поступательное движение первой части спектакля явно стухает ко второму и переходит в разряд радиотеатра. Хорошие актеры в течение часа хорошо произносят текст в положении детской игры “замри”. Хотя с самого начала ясно, что интрига выеденного яйца не стоит — мать помогла мучающемуся сыну убраться с этого света. Вопрос эвтаназии ставился давно и положительно решался только в драматургии. Это единственное, что можно вынести из “Священного огня” в мхатовской версии. А также еще раз удивиться настойчивости обращения репертуарных театров к пьесам малоинтересным.
    
     МАРАТ БАШАРОВ В РОЛИ ТРУПА
    
     “Рикошет” по пьесе Эдварда Тейлора “Убийство по ошибке” в переводе Сергея Таска. “Независимый театральный проект” на сцене филиала Театра им. Маяковского. Постановка Анатолия Спивака.
     Жанр — игра в триллер.
     Удачная попытка адаптации к театральной сцене чисто кинематографического жанра. Великолепно закрученная фабула не дает зрителю расслабиться ни на минуту. Как и положено в триллере, сюжет полон “жутких” неожиданностей: верный друг оказывается предателем, любовь — подставой, жертва — убийцей.
     Несмотря на отсыл к киножанру, спектакль сделан по сугубо театральным законам. В стильных костюмах модного дизайнера Владимира V.Q. явно преобладает театральная характерность одеяния каждого из четырех персонажей. Герои спектакля не имеют ничего общего с ожившими комиксами стандартного голливудского боевика. Они по-жизненному наделены яркими индивидуальными чертами и по-театральному слегка фантастичны. Стремительно взлетающий к вершинам популярности Марат Башаров (его уже успели полюбить за роль в нетривиальной “мыльной опере” “Граница. Таежный роман”) играет обаятельного Пола, писателя-пьяницу, способного придумать сценарий идеального убийства. Сценарий он воплощает в жизнь, сделав объектом коварного замысла своего соавтора Гарольда. Но и Гарольд (Илья Исаев) оказывается достойным партнером Пола. Еще двое персонажей — жена Гарольда Эмма (Оксана Игнатова) и инспектор полиции (Георгий Дронов) вносят свою лепту в парадоксальные витки сюжета и талантливый актерский ансамбль. Писатели играют друг с другом в смертельную игру, перебрасываясь инициативой, как гранатой с вырванной чекой. В момент наивысшего напряжения из шкафа вываливается хладный труп героя Марата Башарова с двумя кровоточащими дырками во лбу.
     Смотреть интересно, хотя не страшно: в спектакле много юмора, а, как известно, смех — враг страха. В итоге получился иронический триллер, юмористический экшн и анекдотический саспенс, что само по себе неординарно. Что же касается развязки, то она, как и полагается, совершенно непредсказуема: финальная драка в замедленном движении (прием, на театре именуемый “рапид”) приводит к... Впрочем, рассказать финал триллера тому, кто его еще не видел, — за это можно и в глаз получить.
    
     ВРЕМЯ СОБИРАТЬ ЖЕЛЕЗО
    
     По тончайшей решетке тянется нежная виноградная лоза. С огромной треноги свисает изящная люстра-подсвечник. В невероятной красоты зеркалах отражаются букеты роз. И на все это буйство металла (почти 400 предметов) взирает маленький человечек, сидящий на наковальне. Действие этой сказки происходит сейчас в Центральном Доме художника, где в 10-м зале впервые совместно показывают свое мастерство московские и питерские кузнецы.
     “Да вы только посмотрите на них — все как на подбор, богатыри, добры молодцы”, — хрупкая кураторша выставки действительно терялась среди больших людей, неловко переминающихся перед публикой. Люди сказочной профессии, рабы горнов и наковален, нечасто показываются на публике. Немногословные, они привыкли говорить своими натруженными руками. И так говорить, что понимаешь: талантов в нашей стране немерено.
     “Наши кузнецы могут выковать все, что угодно, — говорил нам председатель московского союза кузнецов Алексей Кузьмин. — От ажурной скамейки до букета цветов, стоящего в вазе”.
     — А блоху подковать?
     — Мы, кузнецы, люди независтливые, повторяться не любим. Мы чем-нибудь другим удивим.
     — Почему на московских улицах так мало ваших произведений?
     — Так ведь нашим, московским властям, видимо, это не надо. Вот и ставят они заводские сварные решетки на улицах. Если вообще ставят. Не понимают, что кованые вещи могут изменить город до неузнаваемости. А ковка — это что? Это долговечность. Вон в Испании решетки — аж с IV века стоят, и ничего им не делается.
     Гильдию же питерских кузнецов не так давно возглавила энергичная женщина — Татьяна Ковша.
     — Удивительно, что кузнецами верховодит женщина...
     — Им только женщины и не хватало. Сидят по своим кузницам, света белого не видят. Вы не представляете, как счастливы они были, когда мы первые наши мастер-классы проводили. Прямо на площади устроили театрализованное представление, поставили горны, наковальни, и кузнецы наши на глазах зрителей совершали чудо — всем дарили только что выкованные подковы и цветы. Даже Яковлева посвятили в почетные кузнецы. А сейчас есть задумка — проект “300 фонарей Петербурга”. Один фонарь — один год из истории нашего города. И на каждом — имя мастера, его выковавшего.
     — С московскими конкурируете?
     — Да что вы — они во всех начинаниях нас поддерживают. Они молодцы, хотя им сложнее. В Питере кузнечные традиции более старые: пройдите по городу, и увидите, какой он у нас ажурный — решетки, фонари, флюгеры, и все разных времен и стилей.
     Нынешняя выставка, может быть, первая подобная заявка на объединение российских кузнецов. Долгие годы это легендарное ремесло стояло обособленно: кузнецы всегда были единоличниками, да и государство никогда не понимало, как их можно использовать в идеологии — кованых Ильичей если только мастерить?
     И может, с этой выставкой сдвинется что-то в умах московских властей, и поймут они наконец, что не только стеклом и бетоном можно украсить Москву.
    


Партнеры