Тут и сказочке конец

Разбирательство двух чиновников суд сделал секретным

1 февраля 2002 в 00:00, просмотров: 263
   Илья Муромец замочит всех покемонов. или они его… Исход поединка заранее неизвестен. Все зависит от того, к кому на помощь придут наши дети…
   В понятие “коллективного бессознательного” Карл Юнг, создатель аналитической психологии, вкладывал существующую, по его мнению, у каждого человека глубинную психическую структуру, где хранится опыт предшествующих поколений. Многие современные психологи считают, что таковой в мозге нет. “Коллективное бессознательное” черпается из окружающего мира. То есть из родительского воспитания, принятых общественных норм и народных традиций. Поэтому лишение, равно как и извращение, национальной культуры может серьезно повлиять на физическое и психическое благополучие человека.

ЧЕМОДАН С ДОБРОМ

Народная культура дает знания в нерасщепленном виде, она восстанавливает целостный образ мира…

Профессор Е.В.Безносюк

   Здоровье предполагает усилие воли. Систему ограничений, режим, тренировки и — что очень важно — постоянство. Чуть ослабил контроль над телом — оно тут же начинает жиреть, хиреть и кашлять…
   Мы это хорошо знаем. Дети — нет. Поэтому их приучают мыть руки, чистить зубы, делать зарядку и ложиться спать в десять без лишних объяснений. Так надо — и все. Или так не надо — если речь идет о курении папиных сигарет, экспериментах со спичками, электричеством и ядохимикатами. Постепенно у ребенка формируются элементарные гигиенические навыки и чувство опасности, благодаря которым в розовом возрасте сохраняется не только здоровье, но и жизнь. А вот дальше…
   Дальше — самое сложное. Наступает пора объяснять, что такое хорошо и что такое плохо. Этого мы и сами точно не знаем, поэтому часто путаемся. И когда заходим в тупик от постоянных “зачем?” и “почему?”, и снова обращаемся к испытанной системе запретов и ограничений: это нельзя, потому что плохо! Или приводим примеры из детских книжек, где плохие обманывают, воруют, грабят, ленятся работать, не слушаются и разлучают возлюбленных. Хорошие — наоборот…
   Сказки — большое подспорье в воспитании и образовании. Ребенок внимательно слушает. Не переспрашивает, даже когда встречаются непонятные слова. Не задает лишних вопросов, не требует объяснений устаревших речевых оборотов. И, что самое главное, усваивает огромное количество полезной информации о мироустройстве, этических нормах и личной ответственности за свое поведение... Вспомнить хотя бы “Гуси-лебеди”, “Сестрицу Аленушку и братца Иванушку” и далее по списку...
   — Переоценить значение сказок, былин, колыбельных песен трудно, — говорит Александр Кучинов, кандидат медицинских наук, заведующий кафедрой нелекарственных методов лечения ММА им. Сеченова. — В них собрана многовековая народная мудрость. Все формулировки — отточены. Любое предложение имеет свою мелодию, ритмику. Явный и скрытый смысл. Это как чемодан с двойным или тройным дном, где на поверхности лежит гораздо менее значимое, чем в тайнике. Это то самое “коллективное бессознательное”, которое формирует внутренний мир ребенка, чтобы постепенно и безболезненно адаптировать маленького человека к миру окружающему…
   Кстати, не только маленького... Одним из способов гармонизации душевного состояния, снятия тревоги, бессонницы, депрессии у взрослых людей является прослушивание старинных колыбельных песен. Это очень мягкая и одновременно эффективная психотерапия, механизмы которой в полной мере еще не изучены.

НЕВРОЗ — ОТ СЛОВ “НЕ ВРОЗЬ”

Современное общество, сводя искусство и культуру к узкой сфере досуга и развлечения, недооценивает те мощные возможности воздействия ряда культурных феноменов на психику человека, его здоровье, всю его жизнь, которые были основополагающими в доиндустриальное время…

Профессор Е.В.Безносюк

   Однако не все сказки, как и йогурты, одинаково полезны. Американский ученый Герберт Шиллер писал: “Создатели популярных детских сериалов из “Уолт Дисней продакшнз” неприкрыто и с энтузиазмом насаждают в юных умах эгоизм, стяжательство и веру в не меняющуюся природу человека”.
   Между прочим, это было адресовано авторам совершенно “безобидного” дядюшки Скруджа и его компании. Что же тогда говорить о роботах, покемонах, космических пиратах и прочей индустриальной нечисти, заполонившей не только телевизионные каналы, но и магазины с детскими игрушками. Они попросту деструктивные и социально опасные элементы.
 Судите сами. В психиатрии существует “шкала детских страхов”. Дети боятся сказочных персонажей: Бабы Яги, Кощея Бессмертного, Змея Горыныча… Так вот, все эти антигерои вместе взятые, плюс крокодилы, волки, акулы и лисицы и прочие зубастики, находятся лишь в самом ее начале. А на вершине — вампиры, вурдалаки и космические монстры с горящими глазами и сипящим басом, от которых убежал бы сам Дисней, приснись ему такое при жизни.
   Конечно, детские страхи будут понятны и объяснимы. Трудно не бояться бессмысленных монстров, созданных только для того, чтобы убивать и разрушать. Нужно хотя бы, чтобы их побеждали какие-нибудь положительные герои. Такие, на которых хочется быть похожими. Но они… тоже монстры, практически неотличимые от плохих. Созданные так же убивать и разрушать, только со знаком “плюс”. Получается, с кем бы себя ни ассоциировал ребенок, все равно он — космический мутант или электронная железяка. Вот вам и вся мораль. Глубинные “архетипы” современного мира…
   Американские социологи установили, что в среднем в течение часа дети успевают посмотреть по телевизору 32 акта насилия! Даже взрослые американцы, в “распоряжении” которых — детективы, ужастики и исторические баталии, — только 4. Отрицательные, жестокие персонажи в детских и взрослых программах соотносятся как 2:1. А их жертвы — как 2/3 и 1/3 соответственно.
   Между тем такая нарочитая демонстрация ужасов и насилия подрывает уравновешенность психического состояния, смещая его в сторону тревожности, ощущения опасности, безысходности, подавленной агрессии. Эмоциональная “оглушенность” при виде страданий закладывает в подсознание глубокое равнодушие к проявлениям зла. Получается, что ребенок “переживает, не сопереживая”. А это — эмоциональная ошибка. Сбой в работе нервной системы, который часто кончается “уходом в болезнь” — как правило, неврозы и другие пограничные психические расстройства.

И СТАЛИ ОНИ БИТЬСЯ-КОЛОТЬСЯ...

Псевдокультура направлена на формирование человека, которым можно управлять средствами создавшей его псевдокультуры, и манипулировать им с помощью множества социальных, психологических и информационных технологий.


Профессор Е.В.Безносюк

   И все-таки монстры, даже самые опасные, всех не запугают. Их мишень — дети с возбудимой и ранимой психикой. Они и так всего боятся: темноты, незнакомого шума, резких движений… Таких можно вообще не подпускать к телевизору. Назначить курс успокоительных и транквилизаторов. И со временем — пройдет.
   Можно также положить любимое чадо в больницу на курс противоэпилептической терапии после просмотра сериала про покемонов (как это было в Японии несколько лет назад, когда у 700 детей одновременно случился приступ падучей). В конце концов, эпилепсия — тоже не смертельный диагноз. Иногда ее можно вылечить без последствий…
   А вот кто скажет, как проявит себя накопленный в голове багаж примитива? Того коллективного мультподсознательного, с которым детям всей земли дальше жить-поживать да добра наживать? Этот вопрос посерьезнее будет. И задавать его нужно создателям совсем других телегероев.
   Для начала — Энни Вуду и Энди Дэвенпорту, авторам образовательной программы для детей младшего возраста “Телепузики”. Считается, что они долгое время изучали детскую психику и наконец создали “новую методику обучения” для самых маленьких. Но что у них получилось?
   На бедном, если не сказать ущербном пейзаже, с домом в виде пылесоса (то ли мама, то ли инкубатор), где светит блеклое солнышко, монотонно чирикают между собой на непонятном языке четыре телепузика. Эти создания лишены каких-то принципиальных конструктивных отличий, не говоря уже о половых, возрастных и национальных…
   Их поведение ничем не мотивировано. А мимика, как у психически больных людей, лишена даже намека на эмоцию. “Обучают” они больше тому, что дети годовалого возраста уже умеют делать сами, то есть ходить, держать в руках предметы и производить с ними нехитрые манипуляции. Никакой полезной, а тем более образовательной функции (для этого нужно идти от простого к сложному) телепузики не несут, а скорее тормозят психоречевое развитие детей, которым действительно нравится, когда те же взрослые агукают и сюсюкают.
   Нетрудно представить, что если детей всей земли воспитывать на телепузиках и им подобных сказочных персонажах, то в скором времени отпадут за ненадобностью, за исключением одного, все языки, национальные культуры, религии и государства. Наступит полная универсализация — унисекс, уникультура, унижелания... — которая сделают человека будущего настолько же примитивным, как и его притязания. Вряд ли такая глобальная задача была по силам двум малоизвестным психологам…
   Кстати, о притязаниях. Их воспитание — прерогатива уже других придуманных персонажей. Например, того же самого “безобидного” дядюшки Скруджа, который все свое время тратит на поиски денег, спрятанных кладов и путей все большего обогащения. Это — высшая ценность для анимированной утки. Маленьким телезрителям она пока не так близка и понятна. Но тем, что постарше, умеющим читать и писать, уже хочется быть богатыми, чтобы позволить себе роскошь иметь все, что рекламируют по телевизору.
   Создателям Скруджа нужен идеальный потребитель — человек не просто мечущийся, потерянный в вихре неограниченных возможностей, а охваченный шквалом соблазнов — патологический, больной. Который успокаивается, приобретая вещь или услугу. А если не удается — глубоко и серьезно переживает. Болеет, мучается, впадает в депрессию. Или идет на преступление. Правда, это уже во взрослом мире...
   А пока дети взрослеют. За сказками идут книги, видеофильмы. Обучение в школе, получение паспорта, выбор профессии и… невозможность что-либо исправить


Партнеры