«мертвых законов в москве нет»

ДЕПУТАТ-ЮРИСТ

1 февраля 2002 в 00:00, просмотров: 219

В его кабинете на рабочем столе нет компьютера, зато всегда под рукой сборники правовых актов, начиная с Конституции. Главы и параграфы он может цитировать
по памяти, ни разу не ошибившись, называя номера статей.
Разговор с председателем столичного парламента Владимиром Платоновым происходил сразу после того, как московские парламентарии согласно новому закону определились с постоянным представителем Москвы в Совете Федерации. Теперь представлять столицу на федеральном уровне будет другой депутат. Платонов же полностью сосредоточится на работе в Мосгордуме.

Владимир Михайлович, как вы можете оценить декабрьскую кампанию по выборам в Мосгордуму? По мнению многих экспертов, отслеживающих избирательные процессы, последние выборы сильно отличались от предыдущих.
– На самом деле ни одни выборы не похожи друг на друга. На этот раз, видимо, некоторых смущают те договоренности, которые были достигнуты между четырьмя ведущими партиями по выдвижению кандидатов. Хотя все происходило в рамках закона. По моему мнению, благодаря таким договоренностям выборы стали немного чище, не было борьбы изнутри. Но и монополии на деятельность Мосгордумы не создавалось. Поскольку депутатами стали и те люди, которые не входили в партийные списки. Поэтому говорить, что в Москве все выборы решаются заранее, – нельзя. Кстати, попытки договориться между партиями, движениями и лидерами существовали и раньше. В 1993 году было избрано девятнадцать человек от движения «Выбор России». На следующих выборах по так называемому «списку мэра», которого, правда, никто не видел, также было избрано большое число депутатов. Для меня главнее другое. Во второй созыв избралось более половины прежних депутатов Мосгордумы. В этот раз – двадцать два из тридцати пяти. Результат налицо. Мы тратим меньше времени на обучение депутата. Дело в том, что парламентская деятельность требует высокого профессионализма. Да, депутатом может быть любой человек. Не важно ни образование, ни цвет кожи, ни вероисповедание – главное, чтобы люди ему доверяли. Но народному избраннику нужно еще и оправдывать это доверие – как можно быстрее начать выполнять свои обязанности. И вот сейчас, в Думе третьего созыва, на организацию комитетов, комиссий, выборы руководителей у нас ушло всего восемь дней.
«ДЛ»: Среди новоизбранных депутатов много имен, уже известных по работе в парламенте прошлого созыва. Можно ли назвать московский депутатский корпус сплоченным коллективом?
– Вы знаете, у нас нет такого, что мы дружим семьями. Среди действующих депутатов всегда есть активные сторонники и противники какого-то вопроса. Различные мнения не мешают нам общаться между собой. Это как на ринге или на татами, вышли два человека – они соперники. Но победил сильнейший, спортсмены пожали друг другу руки и дальше живут, готовятся к новым баталиям, к новым победам. Я считаю, что так должно быть и в парламенте. Каждый депутат – личность. У него мандат доверия от своих избирателей. Многие являются членами партий – должны соблюдать и партийные интересы. При обсуждении вопросов мы можем быть оппонентами, но мы остаемся людьми, уважающими чужое мнение, даже если и не согласны с ним. А работать в таких рамках нам помогает регламент, где все четко определено. И я не сторонник какой-то подковерной борьбы.
Как сказал однажды Руслан Хасбулатов: «Политика – грязь только тогда, когда ею занимаются грязные люди».
«ДЛ»: Владимир Михайлович, а ваши параллели со спортом не случайны?
– Вы знаете, я никогда не был профессиональным спортсменом, но в детстве играл в футбол, затем, не очень, правда, долго, занимался самбо. С восемьдесят восьмого года, еще со времен моей работы в прокуратуре, – снова любительский футбол, с девяносто восьмого года я занимаюсь теннисом: мне объяснили, что это не пижонство, а действительно полезно. Если есть возможность, я с удовольствием плаваю, при случае таскаю железки. Если гуляю с собакой, она может меня протащить на поводке на большое расстояние, и я не задыхаюсь.
«ДЛ»: В последние годы принято смотреть, каким видом спорта человек увлекается...
– Тогда надо сказать, что меня уговорили возглавить Федерацию дзюдо города Москвы. Поскольку я предвидел реакцию, то когда меня одна журналистка спросила: «А вы дзюдо занялись, потому что президент этим занимается?» – пришлось ответить: «Вы знаете, я скажу всю правду. В 1965 году, когда я знал, что Владимир Владимирович Путин будет президентом страны, я записался в секцию самбо...»
«ДЛ»: Точно как написал поэт Владимир Вишневский: «А я дзюдо любил и до...»?
– (Смется). Полностью «за». Согласился же я на эту должность вот почему. У нас вообще, мягко скажем, неудачное отношение к гражданам со стороны государства. И такое же неудачное отношение к спорту и спортсменам. Я же считаю, что мы должны и обязаны сделать так, чтобы спорт не ходил с протянутой рукой. Чтобы спортсмены, тратя свои усилия, здоровье, принося славу Родине, городам своим, могли достойно жить. Как и все россияне. И такую систему мы сейчас пытаемся построить. Это не так легко, поскольку, невзирая на мнение классиков, нельзя «построить коммунизм в отдельно взятой стране». Все надо решать комплексно.
«ДЛ»: И что собирается сделать Мосгордума, чтобы все мы жили достойнее? Ведь кому-то мешают гуляющие во дворах собаки, а кому-то налоги...
– Я стараюсь быть в курсе всего, что происходит в работе с законодательством. Привлекаю штатных и нештатных помощников, которые помогают мне смотреть законы, предлагать поправки. На данный момент я не являюсь автором большого числа московских законов. В отличие от Совета Федерации, в котором мы очень активно работали, поскольку имелась возможность влиять на деятельность Госдумы, внося туда поправки, в которых были заинтересованы Москва и другие регионы. А в городской Думе я являлся автором Закона «О статусе депутата», активно участвовал в создании устава парламента.
В общей сложности я работаю в пяти комиссиях, что позволяет активно влиять на законодательные вопросы в Москве, несмотря на то, что во время заседаний приходится выполнять функции председательствующего.
«ДЛ»: Дума занимается всеми вопросами, тем не менее депутаты, которые в ней работают, просто физически не могут быть специалистами по любым темам...
– Вы знаете, могут. Я считаю, что в Московской городской Думе любой депутат, получивший мандат доверия, имеющий любое образование, любой жизненный опыт, может стать профессиональным парламентарием. Для этого заранее раздаются документы, с которыми предстоит работать. Мы получаем заключения от прокуратуры, правового отдела, наши юристы всегда готовы проконсультировать, объяснить, что можно, что нельзя. Работают экспертные комиссии. Депутат всегда может привлечь внештатных специалистов, которым он доверяет, которые могут подсказывать, консультировать. Перед тем как нажать на кнопку, депутат может выяснить, конституционна ли та норма, за которую он проголосует, профинансирована ли она, и не причинит ли ее принятие ущерб для его избирателей. С виду несложно. Но на самом деле за этими тремя мероприятиями стоит огромная работа, которую надо выполнять. Мы считаем, что в Мосгордуме, какой бы у депутата ни был опыт, он может работать на высоком профессиональном уровне.
«ДЛ»: Москва, по сравнению с другими российским городами, сильно выигрывает в плане экономического развития. При этом столичные власти обвиняются в «своеобразии» построенной системы управления... Тем не менее у мегаполиса масса проблем.
– Лучше сказать: у нас заметнее экономические результаты. А экономика везде одинаковая, живем по одним законам. Наша работа по развитию экономики в основном идет через бюджет. Вот сейчас мы вынуждены отказаться от системы льготирования, ведь это те же бюджетные деньги, и распределять их нам надо более рачительно. Немаловажный вопрос о порядке привлечения и использования в Москве иностранной рабочей силы. Это – экономическая проблема. Когда мы привозим рабочих и они удешевляют рынок труда, столица несет потери, поскольку больше становится москвичей-безработных и власти обязаны им платить компенсацию, переобучать... Вообще любой вопрос, какой ни возьми, связан с экономикой.
Я считаю, что вскоре остро станут вопросы собственности. Работает президентская комиссия по вопросам разграничения полномочий при совместном ведении землей. Здесь много вопросов. По моему мнению, наличие полномочий – это и наличие ответственности. Тогда все в первую очередь упирается в финансы. Если федеральная власть хочет взять себе полномочия решать вопросы, то это право должно быть профинансировано через бюджет. Если подобного не происходит, то полномочия автоматически переходят субъектам Федерации. Благодаря такому подходу закладывается необходимый минимум гарантий по вопросам совместного ведения территориями.
«ДЛ»: Какие новые шаги от властей следует ожидать столичному бизнесу?
– Ближайшая задача – упростить взаимоотношения между государством и предпринимателем, поскольку сейчас выстраиваются чрезвычайно сложные временные и документальные схемы. Порой их можно ускорить. Наши законы, в отличие от федеральных, разрешали более упрощенные системы отчетов для малого бизнеса. И малый бизнес защищает и защищал Москву. Появляется много жалоб на проблемы с регистрацией предприятий. Но здесь властям надо быть очень внимательными. Не прихоти ради и не по гадости чиновников. Если человек приходит и говорит: «Я хочу печь булки»,– мы должны сделать все возможное, чтобы потом эти булки не оказались с гвоздями. Перегибы какие-то существуют, но может и должна быть выработана модель, которая облегчает деятельность и гарантирует качество производимого продукта.
«ДЛ»: Владимр Михайлович, а как быть с законами, которые принимались несколько лет назад? Жизнь меняется с такой скоростью, что они могут просто тормозить движение...
– За восемь лет работы мы приняли более четырехсот законов. Сейчас действуют двести девяносто. Какие-то просто становятся ненужными, какие-то перестают существовать, поскольку противоречат федеральному законодательству, и мы их отменяем. В сегодняшнее законодательство мы вносим поправки, стараясь реагировать как можно быстрее на изменение жизненной ситуации. Мертвого закона, который бы совершенно не работал, я не могу назвать ни одного.
«ДЛ»: А как складываются отношения в столице между ветвями власти? Не существует ли каких-либо претензий одних к другим?
– Нас часто обвиняют в какой-то зависимости. Можно долго обыгрывать это слово, приводить какие-то примеры, но я хочу напомнить статью десятую Конституции РФ, где перечислены все ветви власти: законодательная, исполнительная и судебная, и написано, что они самостоятельны. Мы живем по основному закону, так что обвинения под собой основы не имеют. Наши отношения с исполнительной властью совершенствуются. Несколько лет назад я лично убедил коллег отозвать законопроект мэра, касающийся нотариата. Сейчас исполнительная власть порой отзывает законопроекты, не дожидаясь их отклонения в первом чтении. Но это не из-за того, что исполнительная власть плохая и не то предлагает. На самом деле доля плохо продуманных законопроектов одинакова и относительно исполнительной, и относительно законодательной власти.
«ДЛ»: У вас есть чувство удовлетворения от того, что вы делаете?
– Вы знаете, если бы его не было, я бы не избирался вновь. В свое время я ушел из прокуратуры только потому, что работа перестала доставлять мне удовольствие. А проблемы в работе, конечно, существуют. Вот взять подготовленный мною законопроект об отзыве депутата. Это не страшилка. Это для того, что бы не было позорящих нас явлений, подобных тем, что существовали в первом созыве. Депутат два года находился во всероссийском розыске, и мы не могли снять с него полномочия. А во втором созыве депутата три года никто не видел в зале заседаний. Я считаю, что нас такие факты позорят.
Ошибка во власти – это страшная ошибка на четыре года. Я думаю, что своим трудом мы поможем москвичам не разочароваться в тех людях, которых они избрали. Это взаимный процесс, и пусть он продолжается всегда.



    Партнеры