Русская красавица стала лучшей актрисой Турции

Героиню “Дьявольской симфонии” убивают дирижерской палочкой

5 февраля 2002 в 00:00, просмотров: 3567
  Екатерина Редникова стала знаменитой после выхода на экран фильма Павла Чухрая “Вор” — номинанта премии “Оскар”. Но, несмотря на внимание со стороны заокеанских кинематографистов, телефон исполнительницы главной роли от новых предложений не разрывался. Отечественные режиссеры не проявили к актрисе должного интереса, зато западные быстро рассмотрели в русской красавице потенциальную звезду.
     Теперь Редникова живет на две страны — Россию и Америку. Ее не смущают 12-часовые перелеты и огромная разница во времени. Так что когда мы встретились, Катя в очередной раз упаковывала вещи...
     Из досье “МК”.
Екатерина Редникова, актриса. Фильмы: “Уроки в конце весны”, “Риск без контракта”, “Дьявольская симфония”, “Барышня-крестьянка”, “Бездна”, “Вор” и другие.
     — Катя, когда вы впервые вышли на сцену?

     — Когда мне было шесть лет, в ДК “Серп и молот”, где работала моя мама, приехал театр “Ленком”. Для двух спектаклей — “Ясновидящий” и “Иванов”, где главную роль исполнял Евгений Леонов, — понадобилась маленькая девочка. Мама показала меня, и я понравилась. В итоге в одном спектакле я сделала книксен, в другом прошла через сцену. Позже Евгений Павлович на память написал мне на программке: “Маленькой Катеньке большого счастья!”, подписался “Винни-Пух” и нарисовал медвежонка.
     — Вам заплатили тогда гонорар?
     — Я получила пять рублей и сочла себя несказанно богатой. Главное, что после этого я твердо решила стать актрисой. “Ленком” предлагал мне детские роли, но мама отказалась. Зато потом она, видя мое безумное желание, постоянно возила меня на пробы на “Мосфильм”. Довольно долго ей говорили: “Хороший ребенок, но не для нас”, но в 15 лет меня утвердили в картину “Уроки в конце весны”.
     После школы я сразу поступила в ГИТИС. Со второго курса работала в Театре имени Моссовета, после окончания поступило предложение от Александра Калягина. В “Et Cetera” я до сих пор играю в спектакле Юджина О’Нила “За горизонтом”, хотя не являюсь членом труппы. Из-за моих частых отъездов из страны пока ничего не получается с постоянной работой в театре.
     — Когда вы в первый раз очутились в Америке?
     — Это случилось в 1997 году, когда мы повезли картину “Вор” на церемонию “Оскар”. В общем, первая поездка в Америку у меня прошла по высшему классу.
     — На вас было очень красивое платье. Дорого оно вам обошлось?
     — Это оливковое платье с вышивкой ручной работы мне дал напрокат Валентин Юдашкин. Покупать я бы его не стала, потому что у нас в таком платье появиться негде. Даже на церемонии “Ники” — это перебор.
     — Вы сидели в первом ряду?
     — Нет, там находились только режиссер и продюсер, я же сидела дальше. Я мечтала познакомиться с Джеком Николсоном, но, к сожалению, он сидел далеко от меня. Пришлось довольствоваться только его затылком.
     — Что на церемонии поразило вас больше всего?
     — Организация. Церемония начинается точно тогда, когда она объявлена, а не так, как у нас, — с задержкой на час или два. Если ты не успел войти в зал до начала, ты не попадешь туда до самого перерыва, а твое кресло занимает специальный человек, поэтому в зале никогда не бывает пустых мест.
     — Вы сильно расстроились, когда “Оскар” достался другому фильму?
     — Да, но было приятно, что нас обошел достойный голландский фильм под названием “Характер”. Когда мы были на пресс-конференции для режиссеров, попавших в эту номинацию, нам показывали начало каждой заявленной картины. Я сидела рядом со своим продюсером Игорем Толстуновым, и мы спокойно посмотрели немецкий, испанский, бразильский фильмы, но когда начался голландский, мы немного напряглись. В тот момент я подумала, что это действительно сильный конкурент.
     — Предложение сняться в “Сквозном падении” у американского режиссера вы получили сразу после церемонии?
     — Да. Продюсер этого фильма посмотрел картину “Вор” и нашел меня в Москве. В “Сквозном падении” я играла вместе с Роем Шайдером и Питером Уэллером. Кстати, по сценарию мою героиню звали так же, как меня, — Катериной. Я очень люблю свое имя, и мне с ним очень везет в работе. Катериной я также была в фильмах “Вор” и “Бездна”.
     — Вы хорошо говорите по-английски?
     — Я закончила английскую спецшколу, поэтому у меня дела с языком всегда обстояли неплохо. Другое дело, что к моменту съемок в Люксембурге у меня давно не было практики. В итоге за весь съемочный период я ни слова не сказала по-русски, кроме немногочисленных звонков домой. Поэтому у меня начали плавиться мозги и наступил умственный перегруз.
     — Говорят, что у вас в Америке есть свой агент. Для актера это роскошь?
     — В Америке это необходимость, иначе не работает система. В отличие от нас, в Штатах ассистенты по актерам не звонят им домой и не приглашают на кастинги. Их работа заключается в том, чтобы устроить актеру контракт, от которого он сам имеет проценты. Кстати, найти хорошего агента не так-то просто. Его нужно убедить в том, что именно ты талантлив, перспективен и будешь приносить ему деньги.
     — И что он вам сейчас нашел?
     — Агент появился у меня совсем недавно, а те проекты, которые у меня были, закрылись после событий 11 сентября. Один американский продюсер сказал мне, что после этой трагедии люди на какое-то время просто перестали понимать, что теперь нужно. Так что пока никаких конкретных предложений у меня нет.
     — Но вам хочется покорить Америку?
     — Я была в Нью-Йорке на фестивале русского кино с турецким фильмом “Балалайка”. Кстати, в прошлом году в Турции я номинировалась как лучшая турецкая актриса. Сценарий к фильму написал Рустам Ибрагимбеков. Это мелодрама о любви, но мою героиню в конце фильма убивают выстрелом в голову. Умирать таким образом было немного страшно, но я уже привыкла, потому что мои героини постоянно погибают. В американском кино “Дьявольская симфония” меня убивали дирижерской палочкой, в “Воре” я умерла сама, а в “Сквозном падении” мне выстрелили в сердце. Так что в этом отношении я уже стала специалистом. Там, на фестивале, я увидела одну картину, где, мне показалось, я могла бы сыграть. Позже я подошла к режиссеру этого фильма и спросила, почему он не позвал меня, а он ответил, что мысль обо мне ему даже в голову не пришла, поскольку у кинематографистов я с Россией не ассоциируюсь. Мне стало обидно: ведь я русская и живу в России. И мне хочется работать много и везде, в том числе и у нас.
    


    Партнеры